Я спас СССР! том 2 (СИ) - Вязовский Алексей - Страница 46

Хрущев снова задумался, барабаня пальцами по столу.

– Если только в Крым слетать на недельку, поплавать в море… Заодно на обратном пути можно будет в Киев заглянуть. Пообщаться, так сказать, с товарищами перед Пленумом в неформальной обстановке.

На обратном пути выясняется, что у местной детворы лето – это не только школьные каникулы, но и благодатное время для разного рода мелкого заработка. Поток туристов с каждым годом уверенно нарастает, и оленёвцам грех на этом не заработать. Взрослые сдают отдыхающим жилье и торгуют на рынке овощами-фруктами. Пацаны, что постарше, ловят рыбу на продажу и занимаются «ракушечным» бизнесом. Раз в неделю сюда приезжает скупщик из поселка Черноморское, забирающий у местных ребят ракушки рапанов по две копейки за штуку.

– Эх, жалко, что мне бабушка не разрешает нырять, я бы за лето уже на велосипед накопил – жалуется Ванька, и, увидев наши скептические лица, пылко добавляет – Не верите?! А Шурка на прошлой неделе вот та-а-кую ракушку нашёл, ему Семеныч за нее аж целых рупь дал. Честное пионерское!

Чтобы не обижать его, мы дружно делаем вид, что верим. Хотя ракушки показанных Ванькой размеров разве что в тропиках встречаются.

– А чем местные зимой занимаются?

– Да, ничем. Скукота у них здесь.

Тем временем мы подъезжаем к нашему лагерю. Ванька первым выпрыгивает из машины, с интересом разглядывает организованный нами бивуак. Знакомим его с Димоном и Юлькой, но та сразу же уходит купаться. Парнишка уважительно косится на вторую машину, накрытую чехлом, обводит острым взглядом палатки, «столовую» под тентом, и санитарную зону. И вдруг замирает, увидев мою доску, скромно стоящую в теньке на просушке.

– Это что??

Приходится объяснять любопытному парнишке, что такое серфинг и с чем его едят. Восхищенный Ванькин взгляд впивается в доску, и парень …потерян для общества. Это явно любовь с первого взгляда. Пионер медленно подходит к доске, осторожно проводит по ее гладкой поверхности, повторяя пальцами плавные очертания корпуса. В глазах сияет восторг сродни религиозному. Кажется, еще секунда – и он упадет перед доской на колени, трепетно прижавшись к ней щекой. Мы с друзьями тихо посмеиваемся, немного удивленные произведенным на парнишку эффектом. Ванька с легким придыханием и надеждой в голосе просит.

– А мне дадите покататься?

В глазах такая мольба, что отказать ему просто невозможно. Обещаем дать. В команде почитателей серфинга пополнение. Лева коварно пользуется моментом и спрашивает:

– Слушай, Вань… нам бы на ужин рыбы наловить. Поможешь?

– Да, легче легкого! А у вас какая снасть есть?

Мы достаем из багажника все наши богатства и раскладываем их на траве. Два складных бамбуковых удилища, спиннинг. Это наша давняя мечта с Димоном – настоящий складной спиннинг в аккуратном матерчатом чехле. Да – с бамбуковым клееным удилищем, да – с большой алюминиевой инерционной катушкой, но ведь спиннинг же! Вещь крайне полезная, можно даже сказать жизненно необходимая. А еще три закидушки, сделанные под чутким руководством нашего однокурсника из Одессы Сереги Прохоренко, который провел с нами целый ликбез по ловле рыбы на Черном море. Закидушка представляет собой отрезок лески в четверть миллиметра толщиной и длиной двадцать пять метров, на конце которой располагается грузило из свинца, отлитое в столовой ложке, и поводок с крючком. Снасть нехитрая, но как заверил нас Серега очень эффективная.

Ванька придирчиво все это осматривает, уделив особое внимание закидушкам и большой жестяной коробке с «запчастями» – крючкам разного размера, поплавками и прочей нужной мелочевкой. Потом с важным видом выносит свой вердикт.

– Годится. Теперь нужно для насадки чего-нибудь наловить – мидий там или лиманного червя…

Тут уже охотничью стойку делаю я?

– А где вы мидии обычно собираете? Там крупные встречаются?

– Ну, …можно на пирсе, а можно на скалы сходить. Но чтобы крупных найти маска нужна.

– Сейчас, подожди…

Из багажника достаются две маски и две пары ласт. Да, подготовились мы неплохо, не зря длинные списки составляли, хотя всего предусмотреть, конечно, невозможно.

Ванька одобрительно кивает головой:

– Ладно, пошли тогда сейчас до пирса прогуляемся. Только ведерко и авоськи не забудьте.

– А авоськи-то зачем? – удивляется Левка.

– А куда мидии будешь складывать – в трусы? – скалится маленькая загорелая ехидна.

Лева смущенно хмыкает и отправляется к Лене с Викой, которые уже приступили к чистке овощей к обеду, чтобы забрать у них сетчатые авоськи. Димон в это время шепчет мне:

– Рус, давай теперь Коган девчонками поможет, а? Ну, надоело мне без дела здесь сидеть!

– Иди сам с ним договаривайся и догоняй нас.

В результате на пирс идем вчетвером. Добрые девчонки и Леву с нами отпустили. Идти по косе до пирса недалеко, но он в той части поселка, где мы еще не были – на северном берегу бухты. В полуденную жару на пирсе никого из рыбаков нет – для рыбалки слишком жарко. А вот понырять с маской – самое оно. Вижу, как Кузнецу не терпится булькнуть первым и уступаю ему это право. Прошу их с Ванькой выбирать только самые крупные мидии, мелочь вообще не трогать. Пока ребята скрылись под водой, вооружившись ножами и авоськами, мы с Левой оглядываем окрестности.

По словам Ваньки со спиннингом или закидушкой здесь вполне можно ловить кефаль и лобань прямо с песчаного берега. Если знать уловистые места. Ставрида отлично клюет на закате, но за ней лучше отправиться на скалы и ловить оттуда. Или с лодки. Зато клюет так, что потом не знаешь, куда рыбу девать. Причем ловят ее как правило без наживки, на «самодур» – снасть, где ряд крючков, привязан на леску на расстоянии 15–20 см. А вот мидии местные аборигены отчего-то совсем не жалуют, а туристы так и вовсе ими брезгуют. Съесть, конечно, съедят, но без особого удовольствия – деликатесом их здесь вообще не считают. Как и рапанов. Да, что говорить, если даже креветки в 60-е годы покупатель обходит стороной. Рыба – да, крабы – да, все остальное – фу-у… Нет у нас культуры потребления морских гадов, а есть живые устрицы – в народе вообще считается буржуйским извращением. Они же скользкие и слизкие! Словно сопли. То ли дело такая простая и понятная всем рыба!

Выныривает Димон. Закидывает на пирс авоську с довольно крупными мидиями и стаскивает с лица маску. Морщится. На его левой ладони видна кровь, соленая вода попала на порез. Вот так я и знал! Кузнец умудрился поранить руку об острую кромку раковины. Предупреждал же его. Уже буквально на каждый чих провожу инструктаж – и все равно народ предпочитает самостоятельно набивать шишки. Димон гребет к берегу, эстафету перехватываю я. Прыгаю в воду, надеваю маску и подныриваю под пирс. Когда глаза привыкают к ярким бликам на воде, начинаю осматриваться, отыскивая колонии мидий, гроздьями прилепившиеся к деревянным опорам. Где-то неподалеку мелькает в воде Ванька.

Через час гордо возвращаемся в лагерь с добычей – две авоськи мидий. Ванька сияет, как начищенный пятак. Нанырялся парнишка до посинения, отвел душу. Бабушка не разрешает – а Русин, пожалуйста. Даже штук пять рапанов на дне нашел. А наши хозяюшки уже сготовили обед и зовут к столу. Ванька пытается скромно отнекиваться на приглашение, но Димон силком усаживает его на складной стул. Щи девчонкам удались на славу, пятилитровый котелок смели, словно его и не было. Ваньку отправляем домой, чтобы баба Ганя не беспокоилась, в подарок даем с собой банку сгущенки. Договариваемся встретиться часиков в шесть, чтобы вместе отправиться на вечернюю рыбалку. Лева кричит вдогонку, чтобы он притащил с собой чеснок и пучок трав для мидий. Все… а теперь тихий час…

Подремав после обеда на расстеленных в теньке покрывалах, мы снова приступаем к тренировкам, как только жара немного спадает. Темп снижать нельзя. Снова плаваем на лимане лежа на доске, вновь на берегу учимся быстро вставать в прыжке с колен. Балансируем на тренажере, сделанном из куска бревна и доски, взятых у бабы Гани напрокат. Потом впервые переходим на море. Там небольшие волны и мы по очереди, лежа на доске, качаемся на них, привыкая к новым ощущениям. Первым изо всех я встаю «на волну». Огребаю порцию приветственных криков, аплодисментов и …первые синяки – разумеется, я очень быстро лечу в воду. А падать с доски по большей части неприятно и больно – этому тоже надо учиться. Хорошо хоть под загаром синяки не очень будут заметны.