Аватар войны. Книга вторая: чёрный металл (СИ) - "Кросскун / Krosskun" - Страница 147

Вместо ответа Зуко схлопотал пощёчину, да такую, что чуть не отрубился.

— Будешь так шутить, я убью тебя раньше Азулы.

Зуко взглянул в сверкнувшие холодной яростью глаза жены и поцеловал её.

— Я так рад тебя видеть снова! Нужно поскорее выбираться отсюда. Я не желаю чтобы наш ребёнок появился на свет в тюрьме. Кстати, где мы?

— В карцере на флагмане Азулы.

— Ты всё это время была здесь?

— Нет. Меня доставили из столичной тюрьмы на дирижабле. А когда привели в камеру, тут уже лежал ты. Полагаю, моя подруга Азула хотела ещё раз заставить меня страдать. — пряча забинтованную правую ладонь ответила Мей, отводя глаза. — У неё это получилось. Я решила, что её колдун лишил тебя разума, как…

— Без колдуна не обошлось, — горько усмехнулся бывший Хозяин Огня, поднимаясь на ноги и разминая затёкшую спину. — Правда, он скорее пытался оставить меня без души, нежели свести с ума, но он не знал, что ради тебя… ради вас я готов вернуться даже из мира духов.

— Тебя и смерть не исправит, мой упрямый муж.

— Давай продолжим этот разговор когда окажемся на свободе.

— И как ты намерен там оказаться? — уперев руки в боки неожиданно спросила Мей. — Ну прожжёшь ты переборку магией огня. Ну перебьёшь ты несколько десятков матросов и гвардейцев, а дальше нас встретят либо Азула, либо Тоф, которая с ней теперь за одно, либо колдун, которому ты не сможешь сделать вообще ничего и который на этот раз может преуспеть в том чтобы прикончить тебя.

— Колдун такой же лжец, как и Азула. И вся его сила сокрыта в зачарованном доспехе. А без него он просто человек. И огня он боится так же как и любой, не имеющий над ним власти.

— Пусть так, но как ты собрался выковырять его из доспехов, если это не сумели сделать ни Катара со своей магией крови, ни аватар со всей своей космической силой?

— Мы просто ни разу не смогли застать его врасплох. Ну не в доспехах же он в баню ходит. Даже когда он снял только маску, явив свою уродливую морду, он уже стал уязвим.

— Тише! — неожиданно шикнула на него жена, ухватив за руку и потянув к себе, как только за дверью послышались тяжёлые шаги. Не понимая причины такой резкой перемены в поведении любимой, маг огня обнял её чтобы успокоить, и неожиданно почувствовал что она дрожит как лист. А тем временем разносящийся эхом по коридорам металлический лязг кованных сапог по стальному полу только усиливался.

Когда загремел замок их камеры, она разве что не вскрикнула от ужаса, ещё сильнее вцепившись ему в руку. Юноша резко обернулся к двери, пряча возлюбленную за спиной. И очень своевременно, потому что открывшейся дверной проём оказался практически полностью перекрыт массивной фигурой закованного в сталь доспехов колдуна. Как и следовало ожидать, навестить заключённых он пришёл в шлеме и маске. А ещё вооружившись своим здоровенным топором, на который опирался как на трость. Боком протиснувшись в узкие двери, он так и не смог полностью распрямиться из-за низких потолков карцера, нависая над пленниками. Зуко понимал, что раз этот трус сам явился сюда, значит он неуязвим для магии огня, но желание спалить его живьём было велико как никогда. За всё то, что этот урод сделал с его женой, так запугав несчастную.

— Вижу, моя гипотеза подтвердилась, — громогласно пробасил чужак, с лязгом перебирая пальцами по украшенному колдовскими знаками лезвию. — Ты оказался достаточно силён, чтобы сохранить рассудок после нахождения за гранью. А это значит, что ты можешь пригодиться мне.

— Чего ты от меня хочешь?

— Где ведьма по имени Катара? — в лоб спросил чародей. — Правда ли что она находится на северном полюсе?

— Правда, — не стал скрывать юноша, поскольку догадывался, от кого великан узнал об этом и кому придётся расплачиваться за его ложь. — Но тебе до неё не добраться. Цитадель Северного Племени Воды неприступна.

— Это мы ещё посмотрим, — буркнул колдун, продолжая буравить собеседника взглядом.

— Если это всё, то оставь нас с женой в покое.

— Не всё. Мы с твоей сестрой и дядей начали было одно дельце. И у нас осталось не так много времени чтобы закончить его.

Зуко заслонил собой жену, угрюмо всматриваясь в бесстрастную маску чужака.

— Если ты будешь шантажировать меня жизнью Мей, лучше убей нас сразу.

— Она послужит гарантией твоего послушания. Ты не оставляешь выбора.

— Ты выбрал давным-давно! А ведь мог довериться Аангу, и уже вернуться в свой проклятый мир. Но вместо этого ты продолжаешь делать всё по-своему. Куда нам, немытым дикарям, оспаривать решения такого великого мудреца как ты? Ты же знаешь всё лучше нас и точно вернёшься домой своим способом, даже если для этого потребуется проложить дорогу, мощённую человеческими костями.

Чужак медлил с ответом, и пауза затягивалась. В какой-то момент Зуко даже показалось, что ему удалось достучаться до совести этого урода.

— Раньше я не убивал детей. Но вы заставили меня убивать. Вы, а не я, отправили их совершить покушение на Азулу в столице Республики. Вы сделали из них убийц. И не оставили выбора ни им, ни мне, — неожиданно заявил великан, перехватив топор за древко у лезвия и делая шаг вперёд. — Раньше я не пытал беременных. Меня тошнит от одной мысли об этом! Но если ты не будешь сотрудничать, у меня не будет выбора.

— Не верь ему, Зуко, — прошептала Мей за спиной. — Он уже пытал меня.

Этих слов оказалось достаточно, чтобы наполнить сердце юноши клокочущей яростью. Вспыхнувшее пламя ненависти было столь жгучим, что на его фоне меркли все другие чувства. Он был готов наброситься на эту гору стали с голыми руками и порвать его на мелкие кусочки, даже если ради этого ему самому придётся умереть. И только держащееся на самом краю сознания беспокойство за вцепившуюся в его руку жену, которая наверняка пострадает в этой драке, удерживало юношу на месте. Хотя того просто колотило от злобы.

— Достаточно будет оставить её наедине с Азулой, чтобы она умерла в муках. Но всё, что сможет придумать твоя сестра — всего лишь невинные детские шалости на фоне того, что могу сделать я. Так что если не хочешь увидеть, как плоть будет слезать с костей твоей ещё живой возлюбленной, ты будешь делать то что я скажу.

— Чудовище… — кулаки юноши сжались, выпуская огненные лезвия. Которые он не пустил в ход только потому, что жена стиснула его пальцами с такой силой, что он почувствовал это даже сквозь толстую и грубую ткань тюремной робы.

— Чудовище из меня сделали вы сами, — холодно проревел чародей, словно не замечая огонь в руках пленника. — Вы так долго и слепо верили в то, что я монстр, относясь как безмозглой злобной твари, которой можно лгать в лицо и травить толпой, что я и сам поверил в это. Вы посеяли эти зёрна ненависти, и теперь пожинаете всходы.

— Получив желаемое, ты всё равно избавишься от нас. Отдашь Азуле, чтобы не пачкать руки, — сделав над собой чудовищное усилие и погасив огонь прорычал Зуко. — Так какой смысл мне помогать твоим планам погубить весь наш мир?

— Я уже устал повторять, что ничего с вашем миром не сделается, — шумно вздохнув, громыхнул чародей. — Если хотите знать, я уже пробивал таким способом границу вашего мира раньше. Провёл модельные испытания в уменьшенном масштабе. И знаете что случилось?

Драматическая пауза затянулась, поскольку никто из пленников не задал ожидаемого вопроса.

— А ничего не случилось! — устав ждать громогласно воскликнул колдун, взмахнув руками и впечатав обух топора в потолок камеры, от чего та загудела как колокол. — Конец света не наступил. Никто даже не узнал об этом. Всё, к чему я стремлюсь теперь — увеличить масштаб и провести правильный ритуал. Чтобы самому вернуться именно в свой мир, а не туда, куда бы меня выкинул ваш лысый друг.

— Я не верю тебе, — Зуко отошёл в угол камеры, по-прежнему закрывая Мей.

— Да мне всё равно! — Никола надвинулся на юношу, — Ты и твоя жена в моих руках, и ты будешь делать что я прикажу!

— Нет. Можешь нас убить.

На этот раз колдун молчал довольно долго.