Аватар войны. Книга вторая: чёрный металл (СИ) - "Кросскун / Krosskun" - Страница 146

Дух-аист продолжил:

— Души людей не задерживаются в нашем мире. Земные привязанности, бремя невыполненных обещаний и тяжесть сотворённого зла отправляют их обратно, обрекая на новый круг боли и мучений, до тех пор пока они не очистятся и не обретут внутренний баланс. Только тогда им может быть оказана величайшая честь в виде дозволения остаться с нами.

— Вечность в мире, где нет ни холода, ни голода, ни болезней. Величайшая награда, — высоким, певучим голоском заявила игуана, подцепив когтистыми пальцами костяшку розы и передвинув в правый квадрант, тем самым делая ход, — которой ты недостоин. Твоя аура темна, а карма отягощена злодеяниями и болью.

— Не достигнув внутренней гармонии, ты вряд ли долго протянешь в нашем мире, — продолжил дух-аист. — Но ты храбро сражался со злом, что угрожает балансу между нашими мирами и самому их существованию. Поэтому мы согласны исполнить просьбу Айро и дать тебе выбор.

— Но… — только и сумел выдохнуть поражённый таким откровением духов юноша. — Я не могу сбежать в мир духов, оставив своих друзей на растерзание этому монстру. Его нужно остановить, пока он не уничтожил наши миры.

— Некоторые пытались, — заметила дух-игуана, — для них это плохо кончилось.

— Поэтому мы решили более не вмешиваться, — кивнул длинноносой головой её оппонент, передвигая фишку щита вперёд. — Чужак всего лишь смертный, в отличии от нас. Поэтому нам проще подождать в стороне, а время возьмёт своё.

— Сколько духов за это время он успеет убить?

— Ты всё так же нетерпелив, Зуко, — с тоской вздохнул дядя.

— Ни одного, если к нему не приближаться. Вы, люди, могли бы поступить так же.

— Это уже неважно, Зуко, — мягко произнёс Айро, подходя ближе и кладя ему руку на плечо. — Как бы то ни было, у тебя есть выбор.

— Спасибо, дядя, — понурив голову ответил юноша. — Но как я смогу смотреть в глаза друзьям, когда они попадут сюда в ожидании следующего круга перерождений? Как я смогу обрести покой, зная что бросил их там, обрекая на страдания?

Старик только тяжело вздохнул, после чего с грустью улыбнулся, потрепав его по плечу и отходя прочь.

— Я же говорил, что он откажется, — заметил оппонентке дух-аист, выставляя на стол костяшку огня. — Ты проиграла.

— Подумаешь, — отозвалась дух-игуана, выкладывая на левый угол центрального поля костяшку земли. — Мальчик слишком глупый, чтобы понять, от чего отказался.

— Прости меня, дядя, но я должен всё исправить.

— Не извиняйся, Зуко. Что бы ты не избрал, я всегда буду на твоей стороне. Но ты не должен возвращаться отягощённый старыми долгами. Смирись с прошлым и войди в новую жизнь с чистыми помыслами. Не нужно брать с собой груз вины.

— Что ждёт нас в новой жизни, дядя? Мир под властью колдуна Азулы? Бесконечная война? Гибель страны Огня? Хорошенькое наследие я оставил после себя.

— Зуко, Зуко, — дядя шагнул к костру, пламя которого взвилось вверх при его приближении. — Ты нисколько не изменился, всё так же меня не слышишь. Что бы ни ждало нас в новой жизни, важны лишь наши поступки.

— Зуко? — донёсся откуда-то едва слышный голос.

— Родишься ли ты в семье крестьянина, воина, ремесленника, торговца — главное, чтобы ты оставался человеком. Ты понимаешь, о чём я говорю, мальчик мой?

— Да, дядя, — вздохнул маг огня, оглядываясь в поисках источника звука. — Ты слышал это?

— Зуко? — снова донеслось словно откуда-то из тумана над чёрной как ночь водой. — Зуко, вернись!

— Слышал что? - переспросил Айро, с сомнением взглянув на своего племянника.

— Голос, что зовёт меня вернуться. Мне кажется что это… Мей!

— Что я говорила, — усмехнулась дух-игуана, выложив по центру костяшку водяной лилии. — Слишком глупый чтобы умереть.

— На этот раз ты права, — кивнул дух-аист, передвигая в контрпозицию костяшку корабля. — Как и его сестра, он силён.

— Силён для чего? — непонимающе переспросил Зуко, вытирая невесть откуда взявшуюся холодную испарину со лба.

— Никогда смертный не мог войти в мир духов в своём теле без помощи, — подперев клюв крылом задумчиво произнёс дух-аист. — И так было бы и впредь, если бы не явился чужак. Он нарушает границу миров и установленный с издревле баланс, проникая сюда и бродя бесплотным духом. К счастью, его визиты кратковременны, а сам он практически ничего не замечает. Но иногда он приводит с собой других смертных.

— Так вот как он спас Азулу при крушении поезда! — схватившись за голову воскликнул бывший Хозяин Огня, когда последний фрагмент головоломки встал на место. — Он пронёс её через мир духов!

— Это мерз-ско! — дух-игуана зашипела, отрываясь от перебора оставшихся в запасе костяшек. — Смертным не мес-сто в наш-шем мире! Копош-шитесь в своём, личинки…

— Некоторым, чей разум открыт, а воля тверда, открывается забытая остальными связь с миром духов. Когда он протащил ту, кого вы называете Азулой, дух-притворщик ухватился за эту зарождающуюся связь, чтобы через смертную извести чужака. Но когда он приблизился к границе миров слишком близко, чужак заметил его и убил.

— Вернись, Зуко! — всё громче и отчётливее звучал голос Мей. — Не бросай нас одних.

— Я возвращаюсь, дядя, — Зуко склонился перед стариком, отвернувшись от духа-аиста.

— Ради любимой?

— Ради нашего ребёнка.

Седые брови отставного генерал взметнулись вверх, но затем он только понимающе улыбнулся.

— Ни слова больше, Зуко, — Айро резко подошёл к племяннику и крепко обнял, — в своё время я отдал бы всё на свете, чтобы ещё раз обнять Лу Тена. Я не в праве просить тебя отказаться от этого счастья. Прости, но я не смогу встретить тебя в следующий раз. Прощай.

Отпустив юношу, старик шагнул прочь, и стена тумана начала стремительно надвигаться, сжимая и без того крохотный пятачок свободного пространства.

— Дядя! — Зуко ринулся к наставнику, чтобы обнять, но тот сделал ещё шаг назад и растворился в тумане, так что юноша ухватил лишь воздух.

— Спасибо, дядя, — Зуко задрал голову, наблюдая как звёзды пропадают в ночном небе, всё сильнее сжимающегося стеной белоснежного тумана. — Спасибо за всё.

Звёзды стали гаснуть всё быстрее, обращая окружающее в темноту, растворяя всё в тишине и холоде. Зуко почувствовал, как сам растворяется в ничто. Он только закрыл глаза, позволяя пустоте забрать себя.

*****

Холодно. В воздухе пахнет сырым металлом. Тонкая циновка на стальном полу не прибавляет приятных ощущений, как и боль в животе. Как раз там, куда его ударил колдун. И только тепло коленей, на которых лежит его голова, является единственным светлым моментом в его возвращении.

— Зуко, пожалуйста, не умирай, — умоляла Мей, кладя новый холодный компресс ему на лоб и снова начиная гладить по волосам. — Не бросай нас, любимый.

— Не брошу, — прошептал он, открыв глаза и взглянув в её заплаканное лицо. — Никогда не брошу. Клянусь.

— Ты живой! — не веря своему счастью прошептала она, взглянув в его усталые глаза. — Я знала. Знала…

Жена помогла ему сесть на полу, а затем обняла и запечатала его губы долгим поцелуем. А когда всё же оторвалась, то только для того чтобы поцеловать вновь. А потом ещё и ещё, покрывая его лицо поцелуями. И при этом не переставала повторять:

— Я знала. Знала. Знала. Знала что ты живой.

— Прости, что мы встретились вот так.

— Ничего страшного. Главное, что ты жив. Всё остальное неважно.

— В этом мире есть кое-что, что важнее меня. Ради чего можно умереть. Ради чего можно воскреснуть, — мягко ответил он, аккуратно погладив любимую по уже заметно округлившемуся животу, который не могла скрыть тюремная роба. — Но почему? Почему ты не сказала мне? Почему скрыла от меня эту радостную весть?

— Потому что боялась вновь потерять тебя, теперь уже навсегда.

Мей вновь зарыдала, уткнувшись в плечо мага.

— Ты так изменилась, — Зуко провёл ладонью по мокрой щеке. — Куда делась та бесстрастная девушка, способная убить взглядом?