Теория заговора - Деружинский Вадим Владимирович - Страница 64

Тем не менее, он волевым решением мог организовать свой побег — с инсценировкой своего самоубийства. Он, надо признать, был знаковой фигурой в партии и был бы нужен для, скажем, «революционного подъема Южной Америки». Что касается Евы Браун, то она вполне могла бежать, но, как кажется, только в одном случае — если бы бежал сам Гитлер. Или, по крайней мере, с его разрешения и его участия в этом вопросе.

В этой связи у нас есть вполне надежный показатель: если останки, выдаваемые нацистами за останки Евы Браун, окажутся очевидно и намеренно подложными — мы вынуждены будем признать с большой долей вероятности и даже без всякой связи с анализом предполагаемых останков Гитлера, что подложны и останки фюрера.

И еще такой момент: хорошо, скажет иной читатель, рассматривающий вместе с нами в этом разделе главы сами обоснования побега, — если они в самом деле сбежали, почему об их дальнейшей судьбе ничего до сих пор не известно? Отвечу так: а много ли известно о Мюллере, Бормане, других сбежавших нацистах? Они ждали своего часа — ждали новой мировой войны между Западом и Востоком. Тогда, на руинах США и СССР, они, переждавшие войну в мирной Южной Америке, и заявили бы снова о себе.

Не надо забывать, кто это. Это не бандиты, скрывающиеся от правосудия. Это отцы Рейха, правившего половиной мира. Они знали и умели то, как этот мир — при подходящих условиях — снова вернуть себе. Меньшее их не интересовало. Такова их психология, пусть иллюзорная. Но их возможности в Южной Америке были огромны — и в плане финансов, и в плане конспирации, и в плане специальных операций.

Нацисты многократно делали то, что казалось невозможным. Следует помнить, как служба СС вытащила Муссолини из плена. Поэтому не нужно их недооценивать. Тем более в вопросе ухода фюрера со сцены.

«Брак Гитлера и Евы Браун»

Общепринятой точкой зрения является тот якобы факт, что Гитлер и Ева Браун вступили в брак 29 апреля 1945 года. Это бракосочетание якобы было совершено Вальтером Вагнером в присутствии Бормана и Геббельса в качестве свидетелей.

Никто из названных лиц сам этот факт не подтверждал. Сам слух о браке исходил из источников, внушающих малое доверие (секретарши). Причем, они ссылались на рассказы лиц, опять-таки услышавших эту новость от других людей — и уже погибших к этому времени. Существенно, что Ханна Рейч, находившаяся в бункере, и генерал Роберт Риттер фон Грейм — немногие выжившие свидетели последних дней бункера, приближенные к фюреру, твердо заявляли, что никакого бракосочетания не было. Они были уверены, что это только сплетни секретарш.

Кроме секретарш, склонных к сплетням, никто в верхушке Рейха не подтвердил факта бракосочетания. Очевидно, что Гитлер известил бы об этом соратников — если бы, впрочем, считал это нужным.

Есть, правда, еще одно упоминание о бракосочетании: это так называемое «завещание» Гитлера, где он пишет:

Однако сам этот документ, подписанный какой-то завитушкой, мало похожей на подписи фюрера, вызывает у историков большие сомнения (графологи не подтвердили его подлинности, а анализ фактов, связанных с появлением этого документа, заставляет подозревать подлог). Историки предполагают, что этот документ был создан для того, чтобы ввести в заблуждение и, воз можно, сокрыть убийство Гитлера.

Далее мнения расходятся не только с официальной точкой зрения, но и между собой. Одни считают, что фюрера просто пристрелили соратники (Борман), создав при этом легенду о «гибели богов» — бракосочетание, завещание, красивое самоубийство. С этой целью и распространялись нужные слухи среди персонала бункера. У этой версии есть определенные доказательства.

Не могу не заметить, что эту легенду тогда могли создавать только те, кто собирались бежать — то есть жить на свободе и продолжать дело партии. Ее автор очевиден — Мартин Борман. Ну а тем, кто был обречен на смерть или плен, никакие легенды не были нужны: сама эсэсовская охрана бункера с облегчением восприняла известие о смерти фюрера — ибо с этого времени могла заняться вопросами собственного спасения.

Этот вариант, убедительно описанный в ряде новых книг историков, я считаю в известной степени возможным. Но в конце главы я дам ему альтернативу, которую — насколько мне известно — пока ни кто из историков не предлагал.

По другой версии, легенда о «гибели богов» создавалась самим Гитлером. Частью ее и были слухи о браке.

И если гибель Евы Браун оказывается инсценировкой, о чем подробно будет сказано ниже, то неизбежно оказывается вымышленной и вся легенда, включая бракосочетание. Другими словами, если труп предположительно Евы Браун на самом деле не ее, то не было и никакого бракосочетания Гитлера и Евы Браун. Это только часть легенды, придуманной для мертвой Евы Браун, а для живых Гитлера и Евы Браун, сбежавших из бункера, бракосочетание не было столь нужным. Хотя и было возможным.

С другой стороны, если бы делом заправлял только Борман — и он пристрелил Гитлера, как это сегодня полагает ряд западных историков, — то зачем в этом случае Борману в Южной Америке Ева Браун без Гитлера? Зачем инсценировать ее смерть, осуществлять подлог? Тут явная неувязка — если не исключать ту совершенно фантастическую версию, что Мартин Борман и Ева Браун были любовниками. Но эта версия, повторю, все-таки фантастическая.

Свидетели выжившие, мертвые и исчезнувшие

К числу последних можно смело причислить Бормана. Свидетельства о том, что его якобы видели погибшим при попытке выбраться из Берлина, крайне противоречивы и расплывчаты. Доказательств гибели Бормана найдено не было, зато Юлиан Семенов и западные исследователи его дальнейшей судьбы нашли много косвенных и ряд весомых доказательств того, что Борман оказался в Парагвае. Это отдельная тема.

К главным мертвым свидетелям следует в первую очередь причислить Геббельса. Напомню, по слухам секретарш, именно он с Борманом был свидетелем на якобы бракосочетании фюрера и Евы Браун.

Конечно, из числа тех, кто в эти дни находился в бункере, погибли многие, но только Борман и Геббельс в бункере были ближайшим окружением фюрера. И если создавалась легенда о «гибели богов», то ее создавать должны были первые лица, а вот лица второстепенные, по замыслу, должны были только ее подтверждать, стать ей свидетелями. А как же иначе: кто-то ведь должен был, оказавшись в плену, донести миру красивую картину «гибели богов». Кто-то, возможно, вполне сознавая под лог. А кто-то, введенный в заблуждение, — только пересказывал бы то, что слышал от других и чему свидетелем не был.

Очевидно, все это было тщательно продумано.

Многие советские и западные историки утверждают, что обитатели бункера были деморализованы, деградировали от ощущения краха — а потому, мол, и не помышляли сколько-нибудь здраво ни о бегстве, ни о том, чтобы создать легенду о своей гибели. Такое впечатление производит и известная картина Кукрыниксов «Конец. Последние дни Гитлеровской ставки в подвале Имперской канцелярии» — кто-то напился, кто-то в ужасе, кто-то держится за чемодан.

Это миф, советский и западный миф. Яркая и драматическая, но совершенно далекая от реальности версия финала, как считают современные историки. Забывается тот факт, что огромные, чудовищно огромные деньги были до окончания войны переведены приближением Гитлера на зарубежные счета. Зачем — если они, нацисты, собрались умирать? Кто этими деньгами будет распоряжаться?

Нет, безысходность в бункере если и была, то только у низших чинов. А кое-кто был бодр и верил в свое преуспевающее будущее: «все что было — только предисловие к судьбе». Замечу, фюрер обязательно знал об этих зарубежных активах, а поскольку он был борцом, то вряд ли бы сдался, имея в запасе возможность продолжать игру. Да, он должен был в любом случае окончить этот раунд инсценировкой самоубийства. Другой вопрос — доехал ли Гитлер до следующего заокеанского пункта своей карьеры?