Город моей мечты (СИ) - Грез Регина - Страница 13

Я не сразу поняла, что такого особенного в его доме, а Слава продолжал:

— Снести хотят, там же земля «золотая», еще можно «свечку» воткнуть, хоть в двадцать этажей, все коммуникации есть. Мешает им бабкин домишко, а я — единственный владелец теперь, им придется мне квартиру выделить. Вот и бегаю по адвокатам, столько денег уже угрохал, слава Богу, вроде сдвинулось малехо. А раньше застройщик даже разговаривать не хотел, представляешь? Уже два суда прошло, но решилось все в мою пользу. Немного осталось ждать.

И вот зачем он мне все это сейчас рассказывает? По сути же я для него — незнакомый человек, что же он сразу в откровенности-то пустился. Прямо вся душа на распашку… Я хоть и в селе выросла, но с чужими людьми стараюсь держаться настороже. Мало ли у кого что в голове. Могут и посочувствовать деланно, а про себя посмеются. Был у меня такой случай в первый год учебы, да, кажется, не один.

— Тань, во сколько завтра заехать-то к тебе?

— Я в три точно дома буду.

— Это хорошо! Меня уже тетенька твоя знает, еще покажусь, отпрошу тебя погулять.

Я плохо слушала лекции в этот день, на последней «паре» даже не стала ничего записывать, просто не смогла сосредоточиться. Один парень из нашей группы не удержался от замечания, прислал мне записку: «Таня сегодня задумчивая. Наверно, в меня влюбилась». Еще пару дней назад я бы, конечно, покраснела от столь пристального внимания к своей скромной персоне, но не сегодня.

Ночью тоже плохо спала, все ворочалась, а в голове одна только мысль: «Завтра у меня свидание!» Аня с Васей остались на городской квартире, я была одна в комнате. Уже за полночь поднялась с диванчика и села к окну. Луна стояла прямо над нашим домом, будто нарочно заглядывая в мои «покои», где-то у соседей выла собака, и сами собой вдруг сложились у меня рифмованные строчки:

Луна скатилась на подоконник,

Пес хриплым воем пророчит метель,

Ближе кладу потрепанный сонник,

Ежась от страха, крещу постель.

В доме жарко, а пол изо льда,

Свечка плачет слезами сальными,

На небе не удержалась звезда,

Упала она за лесами дальними.

Вот еще новости, никогда прежде не сочиняла стихов, а тут с чего-то решила их еще и оставить на память. Достала из тумбочки потрепанную толстую тетрадку, куда еще со школы записывала всякую всячину — от интересных книжных фраз, до собственных «афоризмов», аккуратно занесла и свою нынешнюю придумку. А потом не удержалась, заглянула на заднюю корочку…

Там приклеена Славина «визитка». Уж не знаю зачем, телефон ведь и так помню наизусть. Но пусть будет. Первая моя почти настоящая визитная карточка — «Вячеслав Рублев».

Он заехал за мной на какой-то странной машине, точно не иномарка, но и наших таких я не встречала, кажется.

— Слава, а какая это марка?

— Эге, да ты что, «Волгу» не узнаешь? Это ж «русский мерседес», модель для советской элиты.

— Ясно все с вами…

— От отца наследство, поезжу маленько еще и тоже продам. Я сам двигатель перебрал, кстати, и много чего поменял, привык уже как к родной за полгода. У меня раньше-то «Хонда» была подержаная, а пришлось продать, когда с адвокатами связался, столько возни, но вроде оно того стоило.

— А родители твои где? Отец-то жив?

Видно, что ответ Славе дался не просто:

— Помер он прошлой зимой. А я даже слезу не пролил, представляешь? Не могу ему маму простить за все, что он с ней сделал. И меня бросил на бабушку, когда сам новую семью завел. Под старость только опомнился, у него же две девчонки, а я вроде, как единственный сынок, хоть и не любимый.

Мать свою — старуху уговорил городской дом переписать на меня, машину вот от него получил по завещанию. Грехи, видно, хотел замолить, только я не сильно-то с ним общался перед кончиной, но отказываться от добра тоже не стал, мне-то надо о себе думать.

Про маму Славину я спрашивать уже не стала, видела, что тяжело ему говорить о ней. Только позже все-таки узнала ее грустную историю — она работала товароведом на крупном складе, а начальство проворовалось. Директор попросил ее взять всю вину на себя, мол «у тебя маленький ребенок, сильно не осудят, повинись». Обещали потом помочь, а может, просто запугали.

Отец Славы работал водителем в этой организации, не смог жену отстоять, подсказать правильное решенье. Женщине дали приличный срок заключения, а вернулась она оттуда хоть и раньше, чем должна была, но уже сломленным человеком. Вскоре ее не стало, а Славика вырастила бабушка, так как отец потерял к нему интерес, увлекаясь новыми романами.

И вот теперь Вячеслав Рублев один на целом свете и светит ему квартира в городе взамен старого бабкиного домишки. И зачем-то этот Рублев теперь катает меня на древней синей «Волге» по заснеженным улицам Зареки, потом увозит в центр и смущенно предлагает зайти в заведение с огромной вывеской «Советская столовая».

— Слава, я есть не хочу!

— Зато я хочу очень, я голодный с самого утра. Ты не думай, что это забегаловка какая-то, здесь кормят получше, чем в ресторане напротив, я там бывал разок у другана одного на свадьбе. А что вывеска такая чудная, так это реклама, мол, все как раньше, у них даже флаги с серпом и молотом в зале висят и пионерские горны для антуражу.

— Да уж…

— А порции, знаешь, какие большие? И всегда все горячее, свежее, сюда с бизнес-центра «офисные» обедать ходят, место намоленное. Тут блинчики делают, как при Первом Петре.

— Ага! Ты и те пробовал? У тебя «Волга» не машина времени случайно?

— Не-а! Но я представить могу, у меня знаешь какая фантазия. Я в мечтах уже сына своего второго в школу веду. А у тебя какие планы на жизнь? Вот скажи!

Я задумалась. А тем временем мы прошли в чистенький, светлый зал, сели за свободный столик в самом дальнем углу и пока ожидали заказ, продолжили беседу.

— Я, Слава, ничего особенного не планирую. Все как у всех, как правильно должно быть. Через полтора года закончу учебу, найду работу в городе, жилье буду снимать, может, тетя Маша еще не выгонит — поживу у нее.

— А замуж когда? А детей хочешь? — допытывался Рублев, строго глядя мне в глаза.

Эти вопросы застали меня врасплох. Как-то уж очень напрямик, слишком откровенно, разве можно вот так сразу личные вопросы задавать.

— Когда встречу хорошего человека, тогда и пойму…

— А пока, значит, никого не встретила?

— Пока нет.

— Ну, ведь встречалась же с кем-то?

— А если нет, и что?

Он тоже вдруг призадумался, уткнувшись взглядом в скатерть перед собой.

— У тебя, разве, ни с кем ничего не было?

Тут меня прямо зло взяло, обязательно ему это все выспрашивать:

— Не было, ну и что? Мне сначала бы с учебой разобраться, профессию получить.

— Так одно другому не мешает. Или ты привередливая просто? Запросы высокие?

«Хоть стой, хоть падай, да какие у меня запросы, просто не нравлюсь никому, вот и все объяснение». В груди будто тесно стало, как-то даже сердце заныло, а в горле комок…

— Слава, что тебе надо от меня, только честно скажи!

Нам принесли поднос, составили на стол тарелки с борщом и куриным рулетом. Все это изобилие Рублев сам выбирал, хотя я отчаянно заверяла, что совершенно не голодна. Когда официантка отошла, Слава чуть наклонился ко мне и шепотом пробормотал:

— Влюбился я в тебя, понимаешь, еще тогда, когда вез в пустой машине до твоего колдовского дома. Ты меня, наверно, приворожила, это как пить дай. Жить без тебя не могу.

Высказал мне все это и, как ни в чем не бывало, начал хлебать борщ. Кажется, и правда, очень голодный был. Уплетал за обе щеки, а потом занялся рулетом. Я же только шевелила ложкой в тарелке и кусочка хлеба не могла проглотить, все пыталась понять — это он сейчас в шутку сказал или все всерьез.

— Слава… я тебя не привораживала. Я такого даже не знаю и знать не хочу.

— А мне не важно. Все равно жить не могу.

— Шутишь, да? Издеваешься?

— Почему это вдруг? Тань, я человек-то серьезный и уже не очень молодой. Мне осенью тридцать три будет, пора уже что-то понимать в жизни. Я тебя давненько приметил, даже в будние дни ждал, когда сядешь ко мне в «маршрутку». Ты особенная, не похожа на других совсем. На остановке стоишь, как будто не из этого мира. Все вокруг обычные люди, а ты другая. Необыкновенная. Я давно познакомиться хотел, да как к тебе подойти. Вы же — студентки «универовские» от таксистов шарахаетесь, мы для вас низший сорт. И с чем к тебе подкатить?