По ту сторону северного ветра (СИ) - Демидова Дарья - Страница 33

— Ты переживаешь из-за того, что потеряла народ?

— Не особо. Я потеряла свой народ, когда отец был убит. Я сама решила, что править не буду. Ещё тогда, в Уте, поняла, что Самарад в чём-то прав — Гиперборея всегда была едина до Великой войны. Пришло время возродить древние традиции. Теперь переберусь в Царну и буду рожать Лиму детей.

Саша засмеялась. Уж кого-кого, а представить Лету в роли мамаши, вытирающей слюни своим деткам, она не могла.

— Да ладно, помечтать-то хоть можно? — женщина улыбнулась.

— Прости, просто ты такая воинственная. Настоящий боец. Я не могу поверить в то, что ты можешь засесть в четырёх стенах.

— Я тоже, поэтому существуют специально-обученные девушки, которым платят за то, чтобы возились с чужими детьми.

— Что будет дальше? — спросила Саша после непродолжительной паузы.

— Пока не знаю. Мы здесь застряли. Гуаны сидят смирно и даже раскаиваются. Тех строптивых, что были преданы Самараду, уничтожили, чтобы не развращали остальных. Большинство хочет вернуться домой. Самых юных и женщин отправим на днях — нечего им здесь больше делать. С остальными пока непонятно. Всё будет зависеть от того, как пойдёт с ранеными.

— А где наследники?

— Гроган там — руководит всем, чем можно руководить. Сарас и Келен решают текущие проблемы. Война закончена, но отдельные отряды Самарада прятались по лесам и ещё не знают об этом. Всех нужно отыскать и обезоружить. Они отправляют людей на поиски, пока вроде успешно.

Ещё нужно восстановить города. Теперь, когда границ больше нет, разослали гонцов, чтобы собрали рабочих от креонов и элинов, и заодно объявили о едином гиперборейском царе.

— Больше нет креонов и элинов, также как гуанов и варвинов. Теперь вас всех правильно называть гипербореи или гиперборейцы. Не знаю. Как правильно?

— Как не назови, и то, и другое верно.

Женщины ещё какое-то время беседовали, пока лагерь не наполнился шумом голосов и звуками ожившего леса. Наступил новый день.

3

— Привет.

— А, пришелица. Заходи, рассказывай, — Лим лежал на постели. Ему только что перевязали культю, и он спрятал обрубок под одеяло, когда Саша вошла.

Мужчина захотел вернуться в свой шатёр, и после долгих пререканий Авриилу пришлось отступить. Лиму стало лучше, и лекари заходили периодически проверить всё ли с ним в порядке.

— Пришла тебя проведать.

— Да я-то что! Как Вадим?

— Также.

— Передай ему, что если князь решил оставить нас, то ему только хуже. Сарас решил закатить такую пирушку, что все земли будут на ушах стоять несколько недель к ряду!

Саша улыбнулась. Лим заражал людей своим оптимизмом. Девушка и не догадывалась насколько ему тяжело, пока Лета не рассказала.

— Ты не видела Лету? — спросил Лим, отведя глаза.

— Видела. Мечтает нарожать тебе детишек. Не упусти момент.

Лицо мужчины разгладилось, и на нём отразилось удивление.

— Я серьёзно, Лим. Лета не из тех женщин, которые готовы бросить прежнюю жизнь ради семейного счастья, пока не влюбятся по уши. Тебе повезло.

— Рад это слышать. Только кажется я её обидел.

— Не думай об этом, она умная и всё понимает.

— А где младшие братишки нашего повелителя?

— На том конце долины. Лета сказала, что к вечеру будут здесь.

— Тяжело им сейчас.

— Точно. Я хотела тебя кое о чём попросить.

— Проси.

— Лета сказала, что вас обучают держать оружие и в одной, и в другой руке на случай ранения.

— Да, это как раз про меня, — Лим невесело улыбнулся.

— Научишь меня держать меч, когда поправишься?

— Зачем тебе, война ведь закончилась?

— На всякий случай. Здесь ещё куча порталов и армия всё равно нужна. И потом, мне кажется, в отличие от других ты не будешь на меня орать, если что-то будет не получаться.

— Ты, Александра, просто прелестна. Так и быть — возьму тебя в ученицы. Только учти, из лука стрелять не научу. Сама понимаешь — не ездить мне больше на охоту.

— А раньше часто ездил?

— Вообще-то нет. Не люблю я зверушек убивать, уж больно они милые.

— Лим, теперь я тоже буду говорить тебе, что ты невыносим, — Саша поцеловала мужчину в щёку и отправилась в госпиталь.

4

Авриил ввёл лекарства и покачав головой удалился. Саша стала мыть тело Вадима, смачивая ткань в настое ароматных трав. Идип рассказывал, что это довольно простой сбор, но очень полезен в уходе за лежачими больными.

Вадим очень осунулся, и казалось, постарел. На его коже виднелись синяки, она была бледной почти прозрачной. Его губы приходилось часто смачивать водой, потому что они потрескались и кровили. Каждый вечер Саша смазывала коричневой пахучей мазью его ссадины и кровоподтёки. А закончив все необходимые процедуры, становилась на колени возле его кровати и молилась всем известным богам, чтобы Вадим снова посмотрел на неё своими сапфировыми глазами.

Девушка пообещала себе больше не плакать. Слезы изматывали её, делали слабее. Она чувствовала своё бессилие в том, что ничего не может изменить.

***

— Я не знаю, слышишь ты меня или нет. Думаю, да. Просто вернись ко мне. Я очень по тебе скучаю, — Саша сидела на стуле рядом с Вадимом и нежно гладила его ладонь.

Сразу после разговора с Лимом, она вернулась к нему, чтобы продолжить нести свою вахту. Так прошёл весь день. Теперь лес погрузился в сумерки, и в лагере стали зажигаться огни.

— Как он?

Саша подняла глаза и увидела, что над ней возвышаются Сарас и Келен.

— Пока ничего нового. Давно вы здесь?

— Только приехали, — Келен положил руку девушке на плечо, — иди поешь, а мы побудем тут.

Саша повиновалась. Братьям было что сказать Вадиму, даже если он их не услышит.

В главном шатре горели яркие лампы, освещая огромное пространство помещения. Гроган и Лета сидели за столом в унылом молчании.

— Если вы не скажете мне что-нибудь хорошее, я свихнусь, — Саша села за стол и взяла с тарелки красное сочное яблоко.

— Ишь, какая! — захохотал Гроган своим смачным басом, — сначала расскажи, что значит это твоё «свихнусь».

— Сойду с ума, — улыбнулась Саша.

— Мы поймали четыре отряда, которые затаились в лесах, и они сложили оружие не сопротивляясь, — элин довольно улыбнулся и положил на тарелку большой кусок оленины.

— Я замуж выхожу, — произнесла Лета будничным тоном, наблюдая за тем, как Гроган разрезает небольшим ножиком сочное мясо.

Гроган серьёзно посмотрел на девушку и отодвинул от себя тарелку:

— Вот значит, как? Хочешь совет, принцесса?

— Хочу, — было видно, что Лету насторожила резкая перемена настроения старого друга её отца.

— Не заводите больше двух детей! Поверь, как отец пятерых маленьких девочек и одного уже не маленького мальчика, я знаю, о чём говорю.

Девушки хохотали так, что Саша временно забыла обо всех проблемах, которые недавно на неё обрушились. В это время полог шатра отодвинулся и в помещение вошёл Лим.

— Лим, что ты здесь забыл?! Живо вернись в постель!

— Любимая, я уже не могу лежать. Мне скучно и одиноко, а у вас тут весело и очень вкусно пахнет.

— Я сейчас позову Авриила — будешь с ним разбираться!

Лим сел рядом с Летой и откинулся на спинку стула. Его лицо было бледным, и капельки пота проступали на лбу.

— Я никуда не уйду, пока не съем вон тот поджаристый кусочек мяса, — мужчина облизнул пересохшие губы и потянулся к блюду, но тут же скривился от боли.

— Лим — ты просто невыносим! Мы возьмём этот кусок и пойдём в палатку. Немедленно! — Лета взяла большое блюдо и быстро накидала туда всякой снеди. Затем она помогла подняться Лиму, и всё еще ругая его за столь необдуманный поступок, они покинули шатёр.

— Вот неугомонный мальчишка! — Гроган сердито покачал головой и снова принялся за оленину.

Вскоре Сарас и Келен присоединись к ним за ужином. Оба мужчины выглядели очень уставшими и молчали, поглощая вкусную похлёбку.

— Ну что тут нового? — спросил Сарас вытирая губы и принимаясь резать яблоко на несколько небольших кусочков.