Глория (СИ) - Елихова Юлия - Страница 67

— Владыка ждёт тебя. Иди за мной, — низким, леденящим голосом произнёс Кериф.

— Но-о-о, я уже спала! И потом, я не одета. Мне нужно привести себя в порядок. Да и вообще! Что за время для аудиенций?

Кериф не проронил больше ни слова. Он грозно посмотрел на Алекс, давая ей понять, что это приказ. А приказы царя уж точно не обсуждаются. И девушка, нехотя, набросила на свои хрупкие, узкие плечики длинный шелестящий халатик-накидку, сделанный из блестящего рубинового шёлка, и побрела следом за военачальником. Минуя потайные коридоры и залы, спустя десять минут они были в покоях царя.

— Оставь нас, — спокойно, не теряя ни капли величия, приказал Клиос своему слуге. Кериф низко склонился перед своим господином и вышел за дверь. Облачённый в темно-серебристый широкий халат, отороченный золотой нитью, царь приблизился к Алекс. Он без особых церемоний и соблюдения каких-либо рамок приличия и этикета, осмотрел Алекс с ног до головы. От такого внимания к своей персоне девушке стало не по себе.

— Ты прекрасна и в этом одеянии, чужеземка, — произнёс он и его холодные, как полярная ночь, глаза сверкнули.

Алекс слегка растерялась от такого комплемента, но нашла в себе смелость ответить правителю:

— Приятно слышать такие слова в свой адрес, Ваше величество, тем более от вас.

Он довольно улыбнулся и предложил Алекс сесть вместе с ним за позолоченный столик, что стоял рядом с, распахнутым настежь, широким балконом. Она конечно же согласилась.

— Зачем я понадобилась Вашему величеству в столь поздний час? — она осмелилась заговорить первой и царю это весьма понравилось. Её смелость импонировала ему.

— Я не имел возможности разговаривать с тобой сегодня за ужином. Но хочу знать, всё ли тебе нравиться в моём дворце, в моём городе и стране? — царь расспрашивал Алекс и, тем временем, разливал по золочённым бокалам какой-то алый напиток, похожий на креплённое красное вино. Не дожидаясь ответа, он протянул ей бокал и жестом дал понять, что хочет с ней выпить. Алекс понимала, что не может отказываться от угощения царя, и слегка пригубила содержимое своего бокала. В ту же минуту голова её закружилась, а земля, словно теплое сливочное масло стала уплывать из-под ног. Немного придя в себя, она ответила:

— Ваше величество, с моей стороны было бы большим преступлением сказать вам, что я чем-то не довольна. Напротив, я и мои друзья бескрайне благодарны Вам за всю ту заботу, которой Вы окружаете нас, — Алекс аккуратно поставила свой бокал на столик и посмотрела на царя. В его глазах трудно было что-то прочесть. Они не выказывали ровным счётом ничего.

— И всё же, я знаю, что ты, в отличие от своих товарищей, не совсем довольна той работой, за которую они взялись с охотой и старанием. Разве я не прав?

Алекс понимала, в какую сторону клонит Клиос. Ей вдруг стало тяжело говорить, и она сделала ещё один глоток вина.

— Вы правы, Ваше величество, — ответила она, стараясь казаться спокойной и невозмутимой, — Я против войны в принципе, во имя чего бы она не велась. И я считаю, что в данном случае поступаю правильно. По крайней мере, я не иду наперекор своей совести и убеждениям.

— Это весьма похвально. И до недавнего времени я был тех же взглядов, что и ты, — не выпуская бокал из своих рук, царь встал со своего места и подошёл к балкону. Он стоял рядом с открытым окном и смотрел в даль. Не отрываясь от созерцания ночным пейзажем, он продолжил, — И, следуя за своими прежними убеждениями, я должен был уже давно сдаться Хетту, отдать ему трон, переданный мне моим отцом, предать свой народ и бросить его в рабство людям этого предателя. Но, и ты это сама поймёшь, к счастью для своей страны и народа, я оставил свои стремления к мирному существованию и всем сердцем желаю истребить это семя зла.

Царь развернулся к Алекс. Он хотел видеть её лицо. Но девушка старалась смотреть в сторону, время от времени пряча свои глаза. Тогда Клиос сел на своё прежнее место — как раз напротив Алекс и продолжил:

— Есть ещё кое-что. — Царь выдержал паузу. Сделал он это преднамеренно, чтобы подчеркнуть огромную значимость того, что хотел поведать далее своей ночной гостье. — Если случиться так, что Хетт захватит власть в свои руки и убьёт меня, будет нарушено равновесие. Кларион устремится навстречу Земле и тогда два мира будут разрушены. Я не могу этого допустить. Пусть и ценой войны.

Алекс с недоумением посмотрела на него. Всё что она услышала сейчас от царя слабо походило на правду.

— Но-о, как такое может быть?

— Это древняя магия. Она походит от царя Сиоза. Его жрецу Фавонну посланниками Бога была дана в руки великая сила, великий дар.

— Магия?

— Да. Платой за эту благодать Божью был мир, жизнь без насилия и страданий. И в благодарность за милость великую, Фавонн пообещал хранить её и наложил заклятие: если род царя прервётся и он не оставит после себя потомков, и сам он умрёт не своей смертью, а от руки врага — Кларион прекратит своё существование. Поэтому, жизнь царей на Кларионе всегда была святыней. Но сейчас моя жизнь, как единственного потомка царя Сиоза под угрозой и судьбы всех жителей Клариона и Земли соответственно.

Алекс смотрела на него круглыми глазами и не могла поверить услышанному.

— С самого первого дня, когда нога первого царя ступила на землю Клариона, его судьба так же, как и всех его потомков стала нераздельной с судьбой нашей планеты. Но и связь с Землёй, где зародилась наша цивилизация, осталась сильна. В наших летописях сказано: «Клариона и Земля — две части одного целого. Ни будет одного, не будет и другого. Великое равновесие нельзя нарушать».

— Но почему Вы ничего не рассказали нам раньше?

— Какая разница когда? Твои товарищи и так уже помогают нам. Но я хочу, чтобы ты тоже была не безучастна в нашей общей беде — беде Клариона и Земли.

Глаза царя сверкнули холодным огнём, и Алекс стало снова не по себе.

— Ваше величество, — осторожно проговорила она, — После всего, что вы поведали мне сейчас, я не могу понять одного.

— Спрашивай, — будто приказал он.

Алекс ещё немного помялась и, понимая, что отступать не куда, сказала:

— Если Вы последний из царского рода, почему же до сих пор Вы не обзавелись наследником. Ведь, риск для вашей и моей планеты очень велик?

Клиос посмотрел на неё, и едва заметная улыбка скользнула по его лицу.

— Наверное потому, что до этой самой минуты из всех женщин, что живут на Кларионе, я не смог найти себе жену. Ту, которая смогла бы разделить со мной и трон, и постель.

Царь встал со своего места и вплотную подошёл к девушке. Он взял ладонь Алекс в свою руку и прислонил её к своим устам. Круглыми, безумными глазами она смотрела на царя. Клиос стоял рядом и не выпускал её руки. Вокруг воцарилась тишина. Алекс хлопала глазами и не знала, что ему ответить на это. Но понимала: она должна достойно выйти из сложившейся ситуации.

— На вашей планете много красивых девушек и я уверена, что Вы, Ваше величество, обязательно найдёте среди них будущую царицу Клариона. А я и мои друзья будем только рады за Вас.

С этими словами она поклонилась Клиосу и добавила:

— А теперь я прошу прощение, потому что хочу удалиться в свою комнату.

— Как? Уже? — царь едва сдерживал своё негодование, вызванное отказом Алекс. Но, при этом, старался быть спокойным и не терять своё царское лицо.

— Семила обещала, что завтра мы с ней отправимся в зоологический сад. С самого утра. Поэтому мне нужно как следует отдохнуть и набраться сил. Спокойной ночи, Ваше величество, — спешно проговорила она и направилась к двери. Царь попытался её остановить, но это было весьма трудно. Даже для него.

— Что ж, будем считать, что наш разговор не окончен. Мы к нему ещё вернёмся, только позже. Когда ты будешь готова. А теперь ступай. Кериф проводит тебя обратно. И помни, — Клиос нахмурил брови и приподнял подбородок. Вид его был весьма суров, не то, что ещё пять минут назад. — Всё, что ты сегодня здесь услышала — чистая правда. И я очень хочу, чтобы в истории Клариона именно ты сыграла свою важную, главную роль.