Глория (СИ) - Елихова Юлия - Страница 66

— Царь Клиос вынужден её вести, — нервно ответил старик, — Ему ничего более не остаётся, как бороться за свой народ! И мы, его поданные, знаем об этом и помогаем в его борьбе кто чем может.

Чтобы хоть как-то успокоить разволновавшегося старика, Макс сказал:

— Я ни в коем случае не хотел оскорбить ваши благие намерения. А преданность царю меня безмерно восхищает. Но мы немного отошли от сути вопроса: почему Глорию невозможно увидеть из космоса?

Немного успокоившись, Нугар ответил ему:

— Нас не видно благодаря магии, — пояснил он, — На Кларионе есть двенадцать храмов. Все они расположены по линии абасанела. Это центральная линия. Она как-бы опоясывает нашу планету.

— У нас такая линия называется экватор.

— Да. Так вот, жрец храма Пирон, к примеру, каждый день месяца пирона — первого месяца года, накладывает заклятие и Кларион исчезает из вида любого, кто приблизится к нам. В следующем месяце широне…

— В феврале?

— Возможно, — согласился старик, — С самого первого дня месяца жрец храма Широн с восходом Солнца проводит своим посохом по небосводу и читает заклятие. Всё это повторяется и в следующих месяцах, но уже другие жрецы читают свои песни.

В эту минуту к ним подошли Илья и Тигран. Они держали в руках какой-то чертёж.

— Что это? — спросил их Макс.

— Это макет новой боевой капсулы, — спокойно ответил Картелёв, — По её образцу сделаны луфертады. Но, как мы уже знаем, они далеки от совершенства. В отличие от этой.

— Но от куда этот чертёж?

— А ты приглядись повнимательнее. Подпись внизу тебе ничего не напоминает?

Макс стал пристально вглядываться в, соединённые между собой, округлые буквы. Но первая из них, большая заглавная «Б», отбрасывала все сомнения в сторону.

— Это проект моего отца, — проговорил Макс. Он не мог оторвать глаз от листа. В самом центре была нарисована сама капсула. Округлая, со встроенными с обеих сторон, пушками и огромным выступом на крыше, напоминающим плавник акулы. Капсула красовалась в трёхмерном изображении. Отдельно, сверху и снизу были изображены детали и функциональные части машины.

— Мы пытались воссоздать по этим рисункам капсулу. Твой отец даже дал ей имя. Он называл её «Мария».

— В честь матери, — тихо проговорил Макс и продолжал рассматривать чертёж.

— Но нам так и не удалось построить её по этому рисунку. Капитан Басаргин не оставил ни одной схемы в поперечном сечении, ни единой детали в разрезе. Всё что у нас есть, это только оболочка, внешний вид, не более, — поведал Тигран.

— Ну, в принципе, что скрыто внутри этого чертежа, так сказать, предположить не сложно. Я бы даже сказал, очевидно. Думаю, что мы сможем построить «Марию». Но для этого нужно, как минимум, месяца два живого времени и много усилий, не говоря уже о сырье и материалах. А? Что скажешь? — Илья спросил Тиграна.

Тот, своим опытным глазом посмотрел на чертёж и незамедлительно ответил:

— Думаю, что немного дольше придётся повозиться с этой крошкой. Хотя, если будет подмога может и уложимся.

— Ребята, дело не во времени. Два-три месяца. Главное — её сделать, — Макс наконец оторвался от чертежа и посмотрел на друзей, — Королёв, займись нужными чертежами. А мы с Тигром, по твоим эскизам будем собирать капсулу, по частям. Но нам нужна помощь.

Макс повернулся к Нугару.

— Можешь считать, землянин, всё что необходимо у тебя уже есть, — ответил старик.

— Тогда за работу!

Вектор был задан. Теперь после того, как ребята наткнулись на чертёж Владимира Басаргина, они чётко представляли себе то, что должны были сделать и то, что ждут от них кларионцы.

А Павел, тем временем, с головой погрузился в работу. В лаборатории Вароса царила полная тишина. Кое-где было слышно постукивание, позвякивание и трение чего-то обо что-то. Седой зарылся в документы своего отца. Он перелистывал, перекладывал листы отцовских работ. Он не понимал, как Николай Седых собирался воплотить в жизнь такие мифические вещи, как телепорт или создать машину времени. Сделать их было невозможно! Это что-то из области фантастики! И всё же. В своём дневнике отец Павла подетально описывает свои наблюдения и опыт в создании сложнейших механизмов.

— Я смотрю, работа по изучению трудов твоего отца началась? — строго, с неподдельным интересом спросил Варос. Он незаметно подошёл к Павлу и слегка напугал его своим неожиданным появлением.

— Да-а. Я вот как раз просматривал его дневник, — задумчиво пробормотал Павел, — Надо сказать, среди по-настоящему интересных вещей встречаются ну просто абсурдные идеи.

— Надо же? И какие именно?

— Ну вот, например, машина времени, или телепорт. Ну, разве не чепуха?! По-моему, бред!

— И вовсе не бред! — возразил ему Варос, — Это всё вполне научные вещи. И, что касается телепорта, то Николай как раз и занимался его созданием в последние дни своей жизни.

— Да ладно вам, разыгрываете меня как дурака.

— Не веришь? Пойдём.

Варос развернулся и направился в какую-то комнату. Заинтригованный Павел побрёл за ним. Вместе они прошли через длинный узкий коридор и попали в неизвестный до сей минуты отсек. В нём была комната испытаний.

— Здесь мы проводим свои опыты, — пояснил ему Варос и подвел Павла к пустой стеклянной колбе.

— Что это?

— Разве ты не видишь, — с издёвкой ответил Варос.

Павел бегло осмотрел непонятный агрегат. Но никаких ассоциаций и, тем более, соображений на его счёт у юного изобретателя не возникло.

— Понятно, — слегка обиженно буркнул Седой и добавил, — Если это всё, то я, пожалуй, пойду.

Он развернулся к выходу и, уже было, собрался уходить. Но Старик остановил его, взяв крепко за локоть. Павел поморщился. Ему было немного больно. Но этот жест, всё-таки, остановил заносчивого парнишку, и Седой остановился. Варос молча посмотрел на землянина и отошёл в сторону. По правую руку от него, метрах в десяти, стояла другая, такая же колба. Но эта стекляшка, в отличие от первой, была наполнена какой-то прозрачной, розовой жидкостью. Не мешкая, Павел последовал за Варосом. Подойдя ближе, он склонился над колбой и спросил:

— Может быть поясните, что это за жижа? Или и дальше будем в «угадалки» играть?

Варос сурово посмотрел на Павла. Он не стал обращать внимание на насмешки этого дерзкого пришельца и ответил:

— Три года назад твой отец провёл здесь один интереснейший опыт. Он взял колбу с тестируемой жидкостью и с помощью телепорта, который он изобрёл здесь, на Кларионе, переместил её в эту. С тех пор, эта жидкость и храниться здесь в этой самой колбе, возле которой мы с тобой и стоим сейчас.

Павел ещё раз внимательно посмотрел на полную ёмкость, потом на пустую.

— А где сейчас этот прибор?

— Твой отец хотел его усовершенствовать. Ведь, опыты его удавались лишь с неодушевлёнными, неживыми предметами. Он стремился к тому, чтобы перемещать в пространстве и людей, и кларионцев.

— И как? Ему это удалось?

— К сожалению, нет. Он так и не успел закончить свою работу. А телепорт… — Варос подошёл к пустой колбе и, не поднимая глаз, продолжил, — Его мы тоже не нашли. Всё, что осталось нам — это его записи и эти две ёмкости, как свидетели того, что даже самые невероятные, фантастические вещи вполне реальны и осуществимы.

После ужина Алекс не стала долго засиживаться с ребятами. Сказав всем, что сильно устала, девушка отправилась в свою комнату. Но дело было вовсе не в усталости. После вчерашнего разговора с Максом, она сторонилась его и избегала общения с Басаргиным. Не успела Алекс подойти к огромной кровати, как в дверь постучали. «Макс», — подумала она. Ноги её обмякли. Сердце заколотилось, словно дробь барабанщика. И страшно, и волнительно стало Алекс в этот момент. Долго она колебалась, и наконец решила открыть дверь. Но на пороге стоял не Макс. Нежданный гость потревожил Алекс в этот вечер.

— Что вы здесь делаете? — растерянно спросила Алекс стоявшего перед ней военачальника царя.