О чём молчал Будда (СИ) - Борзов Анатолий - Страница 34

— Подкинул ты мне задачку, — признал он после первой. — Тебя же сожрут. Уже начали грызть. Помнишь, говорили о документах — не было их. Парни оплошали, а я поверил. Никакой дарственной не было — туфта полная. А ты, поди, сам копать начал?

Подобного поворота я не ожидал.

— Вообще-то я это дело бросил, — осторожно начал я, — что скажут, то и делаю. Никуда не суюсь. Григорий Аркадьевич мне — а давай мы тебе лицензию оформим. Какие проблемы — оформляйте. Ну стрельнул в тире, молодость вспомнил, себя показал. Элла Сергеевна без претензий — у нее своя жизнь, у меня своя. А тут в баню пошел. Взял машину, и вот результат.

— Какие-нибудь соображения? — Костя налил по второй.

— Какими могут быть соображения? Деньги, говорят, возвращай.

— В чем-то они правы. Кто взял машину? — Дима. У кого украли? У Димы. Крайний получается. Документы на машину в бардачке? А там только анализов твоих нет — схема знакомая. Они и прежде поступали подобным образом — предлагали угнанные машины за полцены. А здесь адресок за тысячу. Молодцы — точный психологический маневр. И времени в обрез — час времени. Только чтобы достать из чулка деньги и пересчитать. Напугал ты их, Дима, — они тебя за фраера держали. Сунуться — они не сунутся. Хвост прижмут и будут искать другую возможность скинуть машину.

— Заметная она.

— Дима, ты откуда свалился! Знаешь, сколько развелось извращенцев? Прежде по щелям сидели, а сейчас выползли. Заметная? Они уже вечером покрасили. В каждом сарае покрасочная — только деньги плати. Кто тебя дернул сказать, что был в бане? Сказал бы, ездил на сервис или другое место. Помнишь, у нас был капитан… как его, Юра…

— Мельников?

— Юра Мельников — точно. У него машину сперли — новую, месяца не откатался. Так вот, Юра взял отпуск за свой счет и поднял на уши весь город.

— Тогда в городе было три машины, — напомнил я.

— Согласен — три и одна машина. Важен подход и знающие люди. Хочешь, поговорю?

— Сколько?

— Аванс, конечно, они возьмут — у нас в стране все же рыночные отношения. У них есть база данных — кто и как занимается угонами. По крайней мере, ты не будешь как слепой котенок.

— У меня только тысяча.

— Нормально — хорошие деньги. Для начала дашь пятьсот, а там посмотришь. Ну что — звонить?

— Сейчас?

— Дима, ты отстал от жизни. Я же говорю — рыночные отношения. Если тебе предлагают деньги, ты будешь рад им всегда, даже в три часа ночи.

— Серьезные люди?

— Специальный отдел. Я звоню.

Выбора у меня не было. Робкая надежда — все же надежда. А еще я вспомнил Афтондила — как пригодилась бы его помощь! Он хоть и мошенник — пусть земля будет ему пухом — а все одно человек. Странным каким-то образом все возвращалось на круги свои. Память — ты где? Нужно вспомнить и подельников Афтондила — живы ли они? Костя, сам того не ведая, подсказал мне направление поиска.

17

Мое решение начать самостоятельное расследование Элла Сергеевна встретила без особого энтузиазма. — Берите отпуск и занимайтесь, чем хотите. Тем более что заниматься вам здесь нечем. — Я уволен? — Сдайте оружие и удостоверение Тимуру. Григорий Аркадьевич? Он уехал.

На крыльце — Кристина. Она еще меня помнит. Говорят, Элла Сергеевна разбила машину, — сообщила девушка. — Это правда? Дима, вас выгоняют? Ах, отпуск! Пусть лучше отпуск, сейчас так сложно найти работу. Гроши, конечно, но и за них приходится цепляться. Мишу не видели? Как он? Дима, вы какой-то серый — у вас все в порядке? Вам нужно сдать анализы, хотите телефончик? Все анализы за один день, и не дорого.

Пятьсот долларов я отдал какому-то сержанту. Он их сунул в карман и повеселел. Затем прочел лекцию, какую и где следует ставить сигнализацию — похожую статью я читал как-то в газете. Лучше, чтобы была спутниковая связь, а машину нужно держать в охраняемом гараже. Наверно, я был похож на идиота. Я вручил ему особые приметы желтого цыпленка и понял — вряд ли в скором будущем услышу его простуженный голос. Выкурил сигарету, поймал такси и отправился к покойному Афтондилу.

Встретили меня довольно мило — не понятно, за какие заслуги угостили кофе. Сунули проспекты автомобилей и… забыли. Иногда заходили какие-то люди, кого-то спрашивали и уходили. Затем пришел мужчина моего возраста и спросил, что я здесь делаю?

— Жду Афтондила, — ответил я, — он скоро придет?

Мужчина нисколько не удивился, лишь более внимательно принялся меня разглядывать.

— Я вас не помню, — сказал он.

— Ничего удивительного, я вас тоже не помню, — парировал я.

— Простите, вы — кто?

— Я представился.

— Дело в том, что Афтондил Иосифович отсутствует. У вас с ним была договоренность?

— Он обещал мне машину.

— Машину? — оживился мужчина, — могу спросить, какую именно?

— Вообще-то машина нужна не мне, я лишь ее покупаю. Афтондил Иосифович обещал позвонить еще два месяца назад и не звонит. Может, он сменил телефон? У нас с ним была частная договоренность, так сказать, никаких документов о намерениях.

— Понимаю. О какой машине шел разговор?

— Машина нужна для дамы — что-нибудь особенное, но не дорогое — не более пятнадцати тысяч. Новую машину я позволить не могу, через год придется продать. Она только учится.

— Понимаю, — впервые улыбнулся мужчина, — кажется, припоминаю — Афтондил Иосифович мне что-то говорил. — Европеец или азиат?

Я вздохнул.

— Понимаю, — сказал мужчина, — все зависит от предложения. Недорогая, гольф класса машина для дамы. Яркий цвет, коробка автомат, ухоженная и не курящая.

— Именно. А вы, наверно, Алик?

— Олег Николаевич.

— Простите, у нас с Афтодилом ровные товарищеские отношения, когда в титулах нет необходимости.

— Афтондил Иосифович погиб.

— Как!

Я старался изо всех сил, выказав крайнюю степень удивления.

— Трагическая нелепость — Афтондила взорвали вместе с его любимым автомобилем.

— Даже вот так — вместе с автомобилем! Я, право, сожалею. Простите, — и я поднялся, — есть один нюанс, впрочем…

— Вы сделали предоплату?

Я кивнул.

— Сколько?

— Обычная практика — показать серьезность намерений.

— Считайте, ваши деньги пропали.

— У меня нет претензий, да и глупо предъявлять какие-то обязательства покойному. Деньги не большие, как вы понимаете, я не в обиде.

— Положение можно исправить, — оживился Олег Николаевич, — предоплата пойдет в зачет. Напомните ваши пожелания — я их запишу, чтобы не было разногласий.

Дима! — Закричал мой внутренний голос. — Куда ты опять лезешь? Тебе мало неприятностей? Они — мошенники! Заткнись, — сказал я. Хочешь, чтобы взорвали тебя? — Велика честь! За кого ты меня держишь? Взорвали! Может, еще послать стратегический бомбардировщик, чтобы ликвидировать Диму Скворцова? Да им плевать — лишь бы платили деньги.

— Мы вам позвоним, — Олег Николаевич старательно записал мои пожелания.

— Спасибо, лучше я вам сам позвоню — слишком долго прежде ждал.

— Без проблем. Вот моя визитка… как вы сказали?

— Дмитрий Анатольевич, — повторил я.

— Дня через три, думаю, мы вам что-нибудь подберем.

Конечно, это была страшная авантюра. За три дня можно слетать в космос, вернуться обратно, получить орден и дать не одно интервью общественности. За три дня можно узнать ваши родственные связи, какими хроническими заболеваниями страдала ваша прабабушка, на каком фронте воевал ваш дедушка, а также много других интересных фактов. Шанс, что мне предложат угнанный Пежо — один из тысячи. Именно на этот единственный шанс я рассчитывал. Логика — проста. Если они настоящие, а не показные мошенники, им нет дела кого и как обмануть. Мое сценическое мастерство страдало множеством изъянов, но я верил в человеческую алчность. Олег Николаевич уже считал прибыль. Я видел доллары у него в глазах. Слишком велико искушение.

Я вышел и залез в какой-то джип.

— Ты чего, мужик? — вытаращил на меня глаза водитель. — Ты что, в самом деле?