Творец (СИ) - Тимирязев Евгений - Страница 3

— Алла, ну что ты телефон терзаешь и не в свои дела носом лезешь? Тебе обязательно нужно язык булавкой подколоть, — язвительно парировал я.

— Я ему нормально, а он, — вздохнув, закатила глаза она.

— Ты нормально отвернись к себе, спрячься и не раздражай меня своим голосом и будет все нормально.

Алла фыркнула и послушно отвернулась. Я решил на этом не останавливаться и добить эту стерву. —

Молодец, послушная шавка, — насмешливо проговорил я.

Пискарева не выдержала и резко развернулась, даже волосы взлетели ураганом вокруг ее головы.

— Я тебя оскорбляла? — прошипела она.

— Разве что своим присутствием, надменным видом и напущенной правильностью.

— Да пошел ты!

— И тебе не хворать.

Алла больше ничего не стала говорить, а просто уткнулась обратно в свой телефон. Этот раунд был за мной. Вот черт, как же приятно, прямо жуть. Но она все же в чем-то права. Наверное не стоит так топорно и обидно прикалываться на Огоньковой. Все же она не такая сволочная, как Алла, а со всем наоборот. Надо будет обдумать свои действия, а то не хорошо получается.

Из друга конца класса меня окликнула Наташа и показала большой палец, она тоже терпеть не могла Пискареву, хоть та и пыталась подружиться с нашей старостой. Возможно мы могли стать друзьями с Наташей Николаевой. Меня не смущает ее короткая кучерявая прическа "под мальчика", да и сама манера одеваться. Это все фантики, не достойные внимания. Человек она интересный, а это главное.

ЦЕНТРАЛЬНАЯ ГОРОДСКАЯ БОЛЬНИЦА, РЕАНИМАЦИЯ, 31 МАЯ, 4 МЕСЯЦА НАЗАД.

Я стоял в одиночной палате реанимации, возле койки и ждал. Ждал неизбежного. К смертельному исходу я был готов, все же людям с достаточным воображениям и отсутствием страха смерти довольно просто представить любую летальную ситуацию и пережить ее. Для меня смерть — это лишь дверь, в которую каждый из нас рано или поздно зайдёт. Это лишь вопрос времени. Даже бессмертных, если подумать, в конце пути ждет смерть. Только не простительно долго. Глупо бояться ее. Цепляясь и вгрызаяясь в жизнь, ты делаешь только себе хуже. Можно уйти спокойно, а можно с рыданиями и истериками сопротивляться, но там все равно оказаться. Будут вас тащить, или вы пройдете сами, зависит только от вас.

Уже пол года моя бабушка мучилась с раком головного мозга. Я буквально наблюдал за ее горением и затуханием. Да, она умереть не боялась, но и желания жизни в ней не было. Так нельзя. Надо понимать ценность жизни и необходимость смерти, иначе все пойдет не так. Сейчас она лежала в коме, и я знал, что ей уже не очнуться. Некий запах смерти уже витал в воздухе, и я ее чувствовал. Пожалуй, такое может ощутить каждый, кто увидел чужую насильственную смерть. Ты начинаешь чувствовать приближение чужого конца, нарастающим беспокойством и тревогой.

Мама уже в третий раз сказала, что надо идти, но я попросил подождать. Она на это тишь вздохнула и бросила взгляд полный боли на свою мать. Грустно. Грустно, но вполне ожидаемо. Люди, не ценящие жизнь, вряд ли долго проживут. Не факт, но имеет место быть. Жизнь не прощает пренебрежение к себе, как и Смерть страха.

Я начал чувствовать быстро нарастающую тревогу, словно сейчас что-то случится. Вокруг слышалось мерное пищание приборов и ровное дыхание больной. Что могло случится? Но… Пара секунд и дыхание смолкло, а прибор противно запищал, показывая, что пульс отсутствовал. Внутри я почуствовал знакомый обрыв, но уже не такой сильный. Тревога и беспокойство резко исчезли.

Мне оставалось только резко развернуться на пятках и выйти из палаты, навстречу спешащим врачам и плачущей матери. Вот и все. Еще одна жизнь прервалась на моих глазах. Еще одна жизнь дорогого человека, а я чувствую себя бодро. Все же эти пол года меня сильно изменили. Я стал черствее, жестче, саркастичнее, язвительнее, больше всего ненавижу теперь жалость к себе. Мне свойственно то неловкое ощущение, когда тебе что-то рассказывают, потому что ты не умеешь проявлять жалость. Таким я не был, но таким стал…

ВЛАДИВОСТОК, КВАРТАЛ ОРДЕНА "ТЕМНОГО ЗНАМЕНИЯ", ГЛАВНАЯ БАШНЯ, ЗА ТРИ ДНЯ ДО ТОЧКИ ОТСЧЕТА.

Джокер только что вернулся с Туидхана — мира темных эльфов. Все из-за того, что там видели одного из Разрушителей, но кого именно никто не заметил. Спрашивается, откуда они взяли, что это Разрушитель? Только там он все понял. Тем Разрушителем оказался Голод. Черный Всадник был в своем неизменном смокинге и с чемоданчиком в левой руке, на котором были нарисованы весы на греческий манер. Из всех он был самым благоразумным. Вполне уравновешенный разумный, который не против поговорить, для чего он и вызвал Джокера. У него тёмный Магистр даже ни разу не видел оружие в руках. Да и зачем оно тому, кто выпивает жизнь и энергию через касание?

Оказалось у него была весьма неприятная новость. Сам серый Разрушитель вот вот вырвется из проклятия времени, в которой он сидел тысячилетиями. Дальше они просто разговаривали о делах насущных и прогуливались по темному миру.

Туидхан выделялся тем, что его оба солнца очень тусклые, поэтому он покрыт вечными сумерками. Здесь никогда не бывает чистого дня и чистой ночи. Это все из-за того, что планета крутится вокруг двух солнц, образуя знак бесконечности. История этого мира заключена в том, что тёмные эльфы — это потомки лесных эльфов, которые населяли весь Туидхан, но потом две звезды померкли и эльфы были вынуждены вылезти из под деревьев, чтобы ловить редкие лучи. Вскоре деревьев не осталось из-за нехватки света и низкой температуры, но эльфы к тому моменту смогли создать станции, генерирующие кислород и тепло. Именно так из отсталых полудиких лесных эльфов они превратились в технологически высокоразвитое общество темных.

Джокер поднимался по винтовой лестнице на самый верх башни, в шпиль, где находились тренировочных залы для новичков, арсенал и его кабинет. В башне был и лифт, но все же Россия есть Россия. Он стоял сломанным. Ему, конечно, нравилось больше в квартале Испании или Швейцарии, но, к сожалению, в ближайшее время театр боевых действий будет находится здесь, что его буквально приковало.

Впереди наконец показалась дверь в кабинет, навстречу шли Седой и Худа, наставник что-то ей объяснял.

— Нельзя посвящать Филистеров специально, ведь может оказаться, что его грань сознания стоит слишком близко, а Чертоги разума слишком малы. Тогда мы получим ни Творца, а Знающего. Это слишком жестоко. Знать о мире, который далек от тебя, — негодовал Седой.

— Он пройдет, не может обычный Филистер обладать таким воображением. А насчет знающих… У нашего ордена служат более пятисот тысяч Знающих только в Центральном мире, — Худа явно хотела кого-то посвятить, но Джокер тут был на стороне своего друга.

— Только вот они почти все солдаты или сотрудники спецслужб. Есть также депутаты и другие Знающие на высоких должностях. Мы их посвятили только из крайней нужды. Просто так делать этого не стоит, — вмешался Магистр и прошёл к своему кабинету, не ожидая возражений, хотя Худа уже явно собиралась выдвигать новые доводы.

Эту девушку они с Седым нашли бегущей по подворотням от дикого упыря, который неведомым образом поселился со своей стаей в городской канализации пять лет назад. Эта низшая нечисть обладала бритвенно острыми зубами и когтями по десять сантиметров, большим ртом, зеленоватой кожей, покрытой бородавками и ростом в два метра. Правда из-за сильно согнутой спины и ног, он казался ниже среднего человека. Но это не так. Эта тварь скакала, как лягушка по зданиям и хотела сожрать двенадцатилетнюю кучерявую девчушку, которую в восемь вечера мать отправила погулять, а сама напивалась со своим братом дома. Джокер терпеть не мог таких людей. Поэтому дома он оставил ее искусно вылепленный фантом, а саму поселил в тайной резиденции. Сюда, во Владивосток, она приходила с помощью портальных рун, пока ей не подарили свиток с умением "Астральный телепорт". Умение эпическое, но жалко совсем не было. В школу она ходила как надо, соединяясь со своим фантомом, а потом вновь расходясь. Тогда, убегая от упыря, она посвятилась в Грань и стала Творцом. Затем ей стукнуло шестнадцать, и она заняла место в башне, чтобы заведовать арсеналом. В школу ходила исправно, училась средне, но с их делом иначе никак.