Наследники империи (ЛП) - Вебер Дэвид - Страница 71

Его соратники изумленно уставились на морских пехотинцев, но они также были вооружены, к тому же двое из них прошли полное био улучшение, и одного Морского пехотинца разнесло на части, когда ночь взорвалась в жестокой перестрелке. Энергетическое оружие убило второго десантника, повсюду раздавался треск дротиков гравитационных пистолетов, и третий Морпех опустился на землю — раненый, не убитый — но Морские пехотинцы имели боевую броню, которой у террористов не было.

Сорок одну секунду после первого выстрела, трое Морских пехотинцев было убито, а пятеро ранено; и четверо из оставшихся в живых террористов получили ранения.

Прескотт направил своих медиков к раненым, затем повернулся, когда припаркованные транспорты рванули вверх. Они все еще лихорадочно поднимались когда штурмовой шаттл Ланселота разбил их строй, выключив свой режим невидимости.

Забавно, но я мог бы поклясться, что предупредил Оуэнс, чтобы она дала им предупреждение, прежде чем стрелять. Прескотт попытался вспомнить разговор со своим пилотом. Ой, по-моему, нет.

“Приятель,” произнесла лейтенант Флота Эстер Стайнберг, “меня в действительности не очень то интересует заговоришь ты со мной или нет. У нас есть еще трое твоих приятелей, и один из вас расскажет мне все то, что я хочу знать.”

“Никогда!” Молодой человек, прикованный наручниками к стулу, под детектором лжи выглядел куда менее вызывающе, чем он старался казаться. “Никто из нас ничего не скажет слугам антихриста!”

Ты слишком много треплешься, приятель. Хочешь немного потрепать нервы, не так ли? Хорошо. Трепещи, сволочь!

“Думаешь нет?” Она скрестила руки на груди. “Позволь мне кое-что объяснить. Мы поймали вас с поличным, и вы убили трех Флотских Морпеха. Знаешь, что это значит?” Ее пленник уставился на нее, угрюмым испуганным взглядом, и она улыбнулась. “Это означает, что шутки кончились. Тебя будут судить и осудят так быстро, что ты и глазом моргнуть не успеешь.” Молодой человек громко сглотнул. “Я не думаю, что твои мама и папа будут очень рады видеть как стреляет их маленький сыночек — а они увидят, потому что каждый новостной канал будет транслировать это в эфир. Я думаю, ты видел как поймали одного или двух человек с их грави пистолетами, так же? Немного неприятно, не так ли? Я полагаю, частично вспышка взрыва должна тебя выделить из этих двух, приятель. Думаешь, что твоим родителям это понравится?”

“Сука!” закричал пленник, и она еще раз холодно улыбнулась.

“Палки и камни, приятель. Палки и камни. Я постараюсь выкроить время, что бы тоже на это посмотреть.”

“Ты-ты-!” Пленник забился в своих наручниках, забыв о ранах, с бешеным взглядом, и смех Стайнберг был ушатом с ледяной водой.

“Ты, кажется, немного расстроен, дружок. Это плохо.” Она повернулась к люку, затем остановилась, прислушиваясь к его бессвязному бормотанию, испугу, яростному гневу и оценивая его настроение. Этот мальчик уже почти созрел.

“Только одна вещь.” Он замер, глядя на нее. “Поговори со мной, и я попрошу в ОНИ для тебя снисхождение. Тебе все равно не понравится то, что произойдет, но ты будешь жив.” Она улыбнулась, как акула. “Весь нюанс в том, что мы будем иметь дело только с одним из вас — и у тебя десять секунд, чтобы решить, будешь ли ты этим счастливчиком.”

“Это,” заметил Капитан Флота Рено, “достаточно своенравный лейтенант.”

“Действительно, она такая,” пробормотал Таттиаглиа, просматривая голо ‘интервью’ его сотрудницы, когда террорист начал колоться, затем перевел взгляд на капитана ОНИ. “Я не собираюсь лить слезы по заключенным, но будет ли это доказательством в суде?”

“Не в гражданском суде, но этого и не будет. Его Величество воспользовался правом Акта о Защите Империи, что дает судам военные юрисдикции в отношении заключенных, захваченных военными. Кроме того,” ухмылка Капитана была такой же акульей как и у его лейтенанта, “они нам не нужны. Ваши мальчики и девочки поймали этих Шутников с достаточным количеством вещественных доказательств, что бы перестрелять их всех.”

“Тогда какой во всем этом смысл?”

“В точку, Капитан Таттиаглиа,” сказал офицер ОНИ, выключая голо проекцию и поворачиваясь к командующему Ланцелота, “смысл в том, что у меня есть еще кое какая работа для вас. Помимо всех прочих лакомых кусочков, о которых проговорился наш доблестный фанатик — он указал место, где находился его штаб — здесь Эстер установила новый личный рекорд, расколов этого маленького ублюдка. Если мы поспешим, мы можем свалиться на их головы раньше, чем они поймут, что их рейдеры не вернулись.”

“Вы имеете в виду-?”

“Я имею в виду, Капитан, что больше двадцати террористов просто сидят там и ждут, когда им на голову свалятся несколько Морских пехотинцев.”

“О Боже,” прошептал Таттиаглиа. О Боже, о Боже, о Боже! Теперь я знаю, что Бог существует.”

Адмирал флота Макмахен с волчьей улыбкой изучала доклад. Лейтенант Стайнберг весьма проницательна. Нужно будет сделать что-то приятное для нее когда будет следующее распределение вакансий. Да и люди Таттиаглиа заслуживают, как минимум, одобрительного похлопывания по спине.

Она закончила читать доклад со вздохом глубокого удовлетворения. Приятно. Очень приятно. Люди Джефферсона предотвратили попытку покушения во вторник, и мы в четверг захватываем всю ячейку. Не очень хорошая неделя для Меча Божьего.

Конечно, это не приблизило их к раскрытию Мистера Икс, но она не жаловалась. Она внимательно разобрала и изучила голографическую запись террористического убежища. Стайнберг сопровождала Морпехов и предоставила все данные до последнего бита, а также свои выводы в отчете, и Нинхурсаг присвистнула от размера ‘Арсенала’ террористов. Там было много Имперского оружия, и она сделала в уме пометку, чтобы запросить серийные номера. Они не были особо удачными в этом отношении, за исключением случайных успехов Джефферсона, но они были гораздо лучше оснащены аппаратурой на этот раз, и все, в чем они действительно нуждались, это сильное руководство.

Голо запись выхватила помещение центра планирования террористов. Они, похоже, были хорошо оснащены картами, даже слишком хорошими, и она нахмурилась, когда увидела, точность, с которой были отмечены некоторые объекты. У них даже была трофейная комната, отметила она, морщась от увешанных дисплеями стен. Тупые ублюдки. Они собирали кусочки и фрагменты из прошлых набегов, как если бы они подсчитывали победные кубки! Ну, возможно, это поможет её людям выяснить, за какие атаки должна нести ответственность эта ячейка, и -

Нинхурсаг Макмахен ударила по кнопке стоп и медленно встала, побледнев, как смерть, углубляясь в голо проекцию, разглядывая, в частности, один трофей. Она облизнула губы, пытаясь убедить себя, что она была неправа, но она не ошиблась, и она тихо, испуганно прошептала молитву, уставившись на ее худший кошмар: инициатор второго уровня супер бомбы Цзянь Тао-линя.

В совещательной комнате было тихо. Колин и Джилтани сидели между Джеральдом Хэтчером и Цзянь Тао-линем, с такими же бледными лицами как и у Нинхурсаг.

“Господи Иисусе,” наконец пробормотала Джилтани. “Твои новости даже хуже, чем самое плохое я вообще предполагала, Нинхурсаг, но с Божьей помощью ты сможешь отыскать эту угрозу.”

“Аминь.” Колин нахмурился, уставившись на столешницу. “Означает ли это, что существует связь между Мечом и Мистером икс?”

“Я так не думаю,” произнесла Нинхурсаг. “Ни один из выживших не может сказать нам, от куда, в частности, пришли эти ‘трофеи’, но они все являются сувенирами от проведенных этой ячейкой нападений. Я бы хотела знать, откуда они; по крайней мере, тогда мы будем иметь некоторое представление о том, где искать того, кто имеет к этому отношение. Возможно, Меч атаковал их, прежде чем они все закончили, но это, в общем то, ничего не меняет. Тот, кто скрывается за этим, наверняка, сделал больше чем одну копию чертежей. Потеря одной конструкторской группы может замедлить процесс; но это его не остановит.”