Я – эфор - Дроздов Анатолий - Страница 6

Так вот откуда у нее такая правильная речь…

– А почему риелтор?

– Так зарплата у редактора… На еду еле хватало. Надоело у папы просить. Плюнула и устроилась в агентство. Здесь все честно: как потопаешь, так и полопаешь.

– За это и выпьем! – предложил я.

Мы чокнулись. Спустя короткое время глаза Жанны заблестели, лицо раскраснелось. Мы пили, ели и разговаривали. Вернее, говорила она, я больше кивал. Ни одна cеть, ни одно средство массовой информации, фильм или книга не дадут столько информации о стране, как живое общение с аборигеном. Разумеется, не всяким. Абориген должен иметь обширные контакты с людьми. Самыми разными. Таксист, продавец, медик… Он должен быть умным и наблюдательным. Остается разговорить. Совместная трапеза, алкоголь, чувство благодарности за угощение… Я направлял беседу, задавая уточняющие вопросы, Жанна отвечала. В ее глазах я был иностранцем, который приехал в ее замечательную страну, но ничего не знает о ней. Такого следует просветить. Вот и пусть. Мозг после проанализирует информацию и сделает выводы. Но я сам видел, что пригласил Жанну не зря. Она умна и образована. Разбирается в людях. Не агрессивна и не алчна. Хотя последнее стоит проверить.

– Уф! – выдохнула Жанна, бросив взгляд стол. – Объелась и, кажется, напилась. А ты хитрый! – она погрозила мне пальцем. – Все подливал и подливал, – она хихикнула.

– Могла не пить.

– Вино вкусное, – вздохнула она. – Давно не пробовала такое. Что теперь?

– Казино.

– Ты игрок?

– Играть будешь ты.

– А сам?

– Мне нельзя. Религия не позволяет.

– Ты сектант?

– Похож?

– Нет, – сказала она, посмотрев на стол. – Нисколечки. Но почему я? Никогда не была в казино.

– Вот и замечательно! Новичкам везет.

Я подозвал официанта и рассчитался за ужин. Прибавил на чай – вино оказалось неплохим. А вот еда могла быть лучше. Ладно… Мы встали и перешли в другой зал – казино примыкало к ресторану. На входе я купил десять фишек по десять рублей – хватит. Осмотрелся. Справа – игровые автоматы, дальше – карточные столы, слева рулетка. В казино было достаточно многолюдно, хотя места у игровых столов имелись.

– Выбирай! – предложил я Жанне.

– Это мне не нравятся, – она указала на автоматы. – В картах я не разбираюсь. Рулетка?

– Начнем с карт, – предложил я. – Там ничего сложного, проще, чем в двадцать одно. Проверим твое везение.

– Хорошо! – согласилась она.

Я отвел Жанну к столу для игры в блек-джек. Сначала мы посмотрели, как этим занимаются другие. При этом я комментировал Жанне на ушко ход игры и объяснял правила. Скоро она освоилась и села на освободившееся место. Я сунул ей в руки фишки. Она выставила одну на зеленое поле. Дилер раздал карты. У него с Жанной случился «стей», другие проиграли. Жанна сохранила ставку и заметно приободрилась. В следующий раз она выиграла и заулыбалась. Дальше игра шла с переменным успехом: Жанна то проигрывала, то теряла ставку. Я наблюдала за лицами игроков. Некоторые пытались казаться невозмутимыми, другие не скрывали эмоций. Я фиксировал их памяти – Мозг разберется.

Игра не затянулась. Спустя десять минут Жанна повернулась ко мне:

– Осталось две фишки…

Смотри ты! Сумела остановиться.

– Пойдем к рулетке?

Она кивнула и выбралась из-за стола.

– Ты говорил, что новичкам везет, – сказала, когда мы отошли. – А я, считай, в прах проигралась.

– Главное – вовремя остановиться. А ты смогла.

– Собиралась отыграться, но передумала.

– На желании отыграться строится расчет казино. Или думаешь, их открывают альтруисты?

– Но кто-то ж выигрывает?

– Бывает, – согласился я. – Но если делает это постоянно, его перестают пускать в казино.

– Жулики! – сказала Жанна. – Обобрать бы их!

– Не жалко?

– Кого жалеть? Казино туркам принадлежит.

– Желание дамы – закон!

Я отвел ее к рулетке. Здесь мы постояли, наблюдая за игроками. Я вновь комментировал, разъясняя правила. Мозг меня хорошо просветил. Для игры в рулетку не существует системы. Так считают. На какой номер шарик упадет, высчитать невозможно. Однако опытный крупье может запустить его так, что упадет в нужную выемку. У крупье вырабатывается мышечная память и собственный алгоритм. Эфору его нетрудно просчитать. Поэтому нам запрещают играть.

– Делаем ставки! – объявил крупье.

– Клади фишку на угол между цифрами 20, 23 и 21, – шепнул я Жанне.

Она подчинилась. Другие игроки тоже сделали ставки. Крупье запустил шарик. Он попрыгал и скользнул в углубление.

– Двадцать три, красное! – объявил крупье. Он сгреб лопаткой ставки других игроков и придвинул к Жанне восемь фишек. Она сгребла их со стола.

– Что дальше? – спросила меня.

– Поиграй! Ставь, куда хочется.

Рисковать Жанна не стала. Выбирала черное или красное, «колонку» или «дюжину». Пару раз выиграла, пять проиграла – дважды выпало зеро.

– Остались две фишки, – сообщила мне десять минут спустя.

– На линию между номерами 17 и 18, – шепнул я.

Вокруг стола стояла толпа, многие делали ставки, на нашу крупье зевнул. Тем более что перед ней кто-то вывалил на номер 12 сразу пять фишек. Крупье запустил шарик, и только затем разглядел. По его сузившимся глазам я понял, что он спохватился, но поздно. Шарик прыгнул несколько раз и лег в ячейку.

– Семнадцать, черное! – объявил крупье. Затем сгреб фишки со стола и придвинул к нам целую груду.

– Это наше? – изумилась Жанна.

– Ага! – подтвердил я.

Она стала сгребать фишки. Они не поместились в ладонях. Крупье подал Жанне поднос. Она благодарно кивнула и сунула ему фишку. «Молодец!» – оценил я. Жанна с подносом отошла от стола.

– Что теперь? – спросила.

– Хочешь играть?

– Нет! – сказала она. – Возьму деньги.

Хм! Умница.

– Пойдем!

Мы направились к кассе. Жанна держалась скованно, видимо, ждала подвоха. Но его не случилось. Кассир без звука принял у нее фишки и выплатил выигрыш. Мы вышли за дверь, и Жанна протянула мне деньги.

– Зачем? – удивился я. – Играл не я.

– Но фишки купил ты. И подсказывал.

– Мне нельзя брать выигранные деньги.

Она насупилась. Да, характер.

– Можешь вернуть мне деньги за фишки. Остальное – твое.

Она протянула мне банкноту достоинством в сто рублей. Остальные сунула в сумочку. И вдруг захохотала.

– Ты чего? – удивился я.

– Мы их все-таки обобрали, – выдавила она, смеясь. – Это был класс! Кому рассказать… Пригласили в ресторан, напоили, накормили, затем отвели в казино и помогли выиграть. Николай, ты кто?

– Человек, – сообщил я.

– Я таких не встречала, – сказала Жанна, и я понял, что она пьяна. Пока были в казино, держалась. А теперь поплыла.

– Идем! – я взял ее под локоток. – Смотрят. И поздно уже.

В гардеробе я помог ей надеть пальто и вывел из гостиницы. Из ближнего такси, поняв мои намерения, выскочил водитель и распахнул дверь.

– До завтра. И возьми, – я сунул ей паспорт.

– Едем ко мне! – она попыталась меня обнять.

– В другой раз.

Я погрузил ее в такси и захлопнул дверь. Затем протянул водителю пятьдесят рублей.

– Отвезете, куда скажет.

Он кивнул и побежал к водительской дверце. Тихо зашелестел мотор, и такси тронулось. За стеклом пассажирского места мне махнули ладонью. Вот все. Я повернулся и пошел к гостинице. Устал. Трудный выдался день.

3

Утром я съехал из гостиницы. И правильно: у меня собственное жилье. Такси привезло меня к дому. Я затащил сумку в квартиру и прошелся по комнатам. Хорошо здесь, уютно, прибрать бы только. На мебели лежал тонкий слой пыли.

«Вещами займись, собственник! – проворчал Мозг. – Успеем убрать». Вот такой он у меня – вредный. Я вздохнул и занялся составлением списка. Мозг мне в этом деятельно помогал. Итак, белье – нательное и постельное. Полотенца. Удобная одежда – обязательно. Пиджак меня достал. Средства гигиены и бытовая химия. Посуда. Кое-что хозяева оставили, но по принципу: что не жалко. Или Жанна лучшую прибрала. Продукты нужно купить – большой охладитель совершенно пуст. «Мышь повесилась», – прокомментировал Мозг. Странное выражение. Почему мелкий грызун должен вешаться в пустом охладителе? Зачем ему это делать? И самое главное, как?