Теневая месса (СИ) - Кадышева Дарья - Страница 7

— Агон и Фисник меня ненавидят. Вдруг они станут подсылать ко мне убийц? По ночам, — Лиам протянул ладонь и провёл тыльной стороной по щеке Леты. — А ты ведь так чутко спишь, что слышишь даже писк самой тихой мыши.

Она улыбнулась. Слегка надавив на подбородок большим пальцем, а остальными обхватив её за шею, Лиам потянул девушку ещё ближе к себе. Но вместо поцелуя он ощутил рваный вздох. Открыв глаза, Лиам увидел королевскую стражу, обступившую фонтан. Рука одного из них сомкнулась на запястье Леты, и по выражению её лица было заметно, что она переборола удивление и готова сломать стражнику руку в сию же минуту.

— Ну и какого? — лениво и злобно спросил Лиам.

— Masdaus, нам положено задержать госпожу Айнелет. Она подозревается в убийстве Агона Келлена и Фисника Келлена, сыновейDo Rellien1.

Последнее, что успел заметить Лиам — испуг в глазах Леты, прежде чем её рывком подняли на ноги и увели. Он едва смог шепнуть, чтобы она не сопротивлялась, чтобы не было хуже.

А разве могло быть?

***

До самого вечера никаких новостей. Лета ходила по комнате, если не заламывая руки, то точно ощущая сильную тревогу. Вскоре это чувство переросло едва ли не в гнев, когда она услышала краем уха разговор двух стражников, карауливших её за дверью, о том, что это Гонтье намекнул королю о ней после обнаружения тел.

Как? А, главное, зачем?

Пока Лета пыталась найти ответы на эти вопросы, она одновременно продумывала свой побег. Лиам не позволит ей попасть в передрягу, однако это мало успокаивало, поэтому девушка заранее нацепила на себя старую куртку и надела ремень для ножен. Разбить окно и сбежать через сад — это была её первая мысль, которая могла оказаться правильной. Стражники, конечно, придут на шум, но она будет уже далеко. Дворец она изучила достаточно хорошо, чтобы не заплутать в его коридорах, а Хагна ждала её в королевской конюшне. И всё же бежать сейчас было глупо, когда она не знала всех подробностей. Не одна она так считала, иначе бы стражу выставили и возле окна.

Сбежать она всегда успеет. А пока нужно успокоиться и ждать.

«Любому идиоту понятно, что Агона и Фисника убил Гонтье», — подумала Лета, нарезая очередной круг по комнате и вспоминая встречу с бастардом на балу и смутное интуитивное беспокойство на его счёт.

С ним было что-то не так. В его ужимках, взглядах, странной манере общения, даже в его чёртовых усиках. Она это чувствовала, а потом просто забыла. Зря.

Только для чего ему понадобилось подставлять её? Других подходящих не нашлось?

К ней однажды впустили только Калани с едой, но служанка ничего толком не знала. От неё Лета услышала, что Агона и Фисника убили прошлой ночью, во время бала, а их тела нашли утром, каждого в своей комнате с перерезанным горлом. Вот и всё, что знали большинство придворных и слуг. Остальное хранилось в секрете, Лиама вообще никто целый день не видел, а расследование вёл коронер с несколькими помощниками. Поговаривали, что самочувствие короля резко ухудшилось, и он перестал разговаривать.

Весь день, с тех пор, как её заперли в комнате, Лета занималась томительным ожиданием, перетекавшим в истинную муку. Оставалось только бродить по своим покоям, пинать тумбочку и соблазняться идеей сбежать, поглядывая в окно. У неё здесь было много книг, она попробовала вернуться к чтению последней, но волнение оказалось намного сильнее, чем интерес к сюжету о любовном треугольнике на фоне Харсмо-тэрогорской войны. Она сдалась, прочтя десять страниц и совершенно не запомнив, что на них происходило.

Лета уже собрала дорожную сумку, уложив туда все вещи, которые понадобились бы ей в путешествии до Марка и Иветты, и спрятала её под кроватью. Анругвин лежал на кровати, избавленный от ножен и тускло блестевший в свете свечей. Когда снаружи сгустились сумерки, Лета уселась на подоконник, вперив взгляд в завораживающие переливы стали и прикидывая, сумеет ли она схватить сразу и меч, и сумку, а потом выбить стекло за то время, пока её попытаются схватить.

Когда за дверью послышались голоса, Лета напряглась, не сводя глаз с меча и периферийным зрением контролируя всё пространство комнаты. Стражники спорили с кем-то, затем дверь отворилась, и девушка спрыгнула с подоконника, плавно двигаясь к постели. Но вошедшие не представляли угрозы.

— Родерик!

Она кинулась к нему на шею, забывая про все свои мысли о побеге. Стража тем временем осталась наблюдать за ними, так и не закрыв дверь. Но друзей это не волновало.

— Ты в порядке? — спросил он, оглядывая Лету так, словно её пытали и морили тут голодом.

— Да. Что там вообще происходит? Почему мне никто ничего не рассказывает?

— Мы хотели выяснить это у тебя.

Лета перевела взгляд на второго посетителя и невольно застыла, охваченная призраками прошлого. Она узнала Искрена, младшего брата Родерика, но его внешность вызвала у неё изумление. Куда больше похожий на свою бабку, чем другие внуки Златы, стройный, русоволосый, с идеально выбритыми щеками, он был так утончён и нежен, особенно рядом с могучим Родериком.

— Искрен? — неуверенно бросила Лета.

Он приветственно раскрыл объятия.

— Да, это я.

— Боги, как ты вырос, — выдохнула девушка, обнимая его. — А я ведь помню тебя совсем малышом.

— Ты сама тогда была не старше меня, — улыбнулся он.

Лете хотелось поговорить с ним. Узнать, что заставило его жениться в столь юном возрасте и переехать в Грэтиэн, какой была его жизнь все эти годы. И уж тем более ей хотелось увидеть его супругу, эльфийку. Но по лицам братьев Лета поняла, что они прорвались с руганью через стражников не для дружеской беседы.

— Во дворце сейчас творится какой-то бардак. Гонтье говорит всем подряд, что это ты убила сыновей Кильрика, — невесело сообщил Родерик. — Ты…

— Разумеется, это не я, — фыркнула Лета.

— Я знаю. Но теперь все уверены в обратном.

— С чего он вообще это взял? И почему ему все поверили? Он сказал, что видел это своими глазами?

— Нет. По его мнению у тебя был для этого мотив.

Лета захотела выругаться, но лишь тяжко вздохнула и прошла на середину комнаты.

— Где ты была прошлой ночью? — спросил Искрен.

— На балу.

— Всё время?

— Нет. Потом я… Потом я была с Лиамом, — она с трудом посмотрела на Родерика, но тот не высказал ни удивления, ни возмущения, и ей стало легче.

— Значит, всё в порядке. Лиам подтвердит, что ты была с ним.

— А где он сам?

— Мы не видели его, — пожал плечами Искрен. — Я вернулся из Амфтира днём и застал тут хаос. Все боятся, что король умрёт от переживаний сегодня же, а убийство его сыновей обрастает всякими абсурдными подробностями.

— Вы больше ничего не знаете? — разочарованно спросила Лета.

— Пока это всё.

— Проклятье. Ко мне никого не пускали весь день. Я в растерянности…

— Всё будет хорошо, — заверил Родерик, встряхнув её за плечо. — Твою невиновность легко будет доказать при отсутствии улик. У Гонтье их нет, а ты зато докажешь, что тебя не было на месте преступления в эту ночь.

— Тогда мне нужен Лиам. Без него я это не докажу.

— Докажешь, — вставил Искрен, коротко улыбнувшись. — Тебя здесь многие любят, а про Гонтье никто ничего не знает толком, кроме того, что он чёртов бастард Кильрика.

— Здесь не всё так просто, — пробормотала Лета. — Обвинили меня, а не кого-то другого. Почему?

— Чтобы это узнать, придётся сначала выяснить, что задумал Гонтье.

— Но ведь вы понимаете, что это он убил Фисника и Агона?

— Возможно, — отозвался Искрен. — Я бы скорее поверил в это. Но зачем? Корону ему всё равно не видать.

— Видать. Кильрик сегодня подписал тот указ. Если у короля не останется законнорождённых детей, то престол перейдёт другим.

— Там так и написано?

— Угу.

Родерик переглянулся с Искреном и вздохнул.

— Это он, — процедил он. — Но почему он указывает на тебя?