Ректор по семейным обстоятельствам - Никитина Анастасия - Страница 55

— Но откуда у простой крестьянской сироты королевский Дар?! — наконец обрела способность говорить я.

— Откуда мне знать. Возможно, шутка Создателей — ответ на мои молитвы. Возможно, не такая уж простая сиротка тебе встретилась. Мы обязательно в этом разберемся. Но сначала — заговор. Гонца к Алексану в его Создателями проклятый Локхар я уже послал…

— Куда? — смутно знакомое название пинком вышибло меня из хоровода мыслей о странностях Оли.

— В Локхар. Он уже давно не отвечает по кристаллу связи. Ему, видите ли, религиозные убеждения не позволяют, — раздраженно проворчал Па. — Похоже, скоро выяснится, что это за убеждения такие…

Он еще долго бормотал себе под нос, костеря еретические культы и зарвавшихся детей, но я его уже не слышала. Только теперь у моего глупого высочества открылись глаза. Все свои беды я, не задумываясь, приписала дядюшке, помня о его желании вернуться в академию. И совершенно забыла о том, кто откровенно ненавидел меня с самого детства. Вот кто ждал в Локхаре известий от подкупленных поклонников — драгоценный братец Алексан!

ГЛАВА 19

Противодействие заговорам в теории

Действие последней проглоченной порции Бодрящего зелья закончилось в тот момент, когда я, оставив Па ворчать в одиночестве, вышла в пустынный коридор подземного яруса дворца. Тело моментально отказалось выполнять мои требования: глаза закрывались сами собой, ноги заплетались, выписывая невообразимые кренделя. Остатками стремительно скользящего в пучину сна сознания я понимала, что свалиться посреди коридора — не лучшая идея, и упрямо тащила себя вперед. Но единственное, на что меня хватило после сумасшедшего дня, это доползти до первой попавшейся комнаты, в которой нашлась запирающаяся изнутри дверь. Там я попросту рухнула на что-то достаточно длинное, чтоб хватило места вытянуть ноги, и отрубилась.

— А может, не надо? — чей-то тихий шепот отразился многократным эхом. — До… До… До…

— Так ждут ее давно, — с сомнением возразил другой голос. — Но… Но… Но…

— Ну так и скажем им, где искать. Делов-то. То… То…

— Боишься, да? Да… Да…

— Нет! — возмущенно возразил первый.

Какофония шелестящих «да-нет» заставила меня проснуться окончательно. Я попыталась потянуться и чувствительно приложилась одновременно обоими локтями обо что-то твердое. Зашипев от боли, мое недовольное высочество резко село на своем неудобном ложе и, наконец, продрало припухшие со сна глаза. И чуть не заорало от ужаса.

Как меня занесло в эту тесную комнатушку, сильно смахивающую на тюремную камеру?! Стены из массивного, грубо отесанного камня. Ни одного даже самого маленького окна. А из мебели только узкая жесткая лежанка, где я, собственно, и сидела. Опустив глаза, мое перепуганное высочество нервно захихикало. Неудобная кровать оказалась… гробом!

Чувствуя, как подступает настоящая паника, я резво выскочила из проклятого ящика и чуть не упала, запнувшись о прислоненную к нему крышку. «Только гвоздей не хватает, — мелькнула в голове идиотская мысль, — и можно хоронить!»

— А, ну все, — снова раздался откуда-то сверху бестелесный, искаженный эхом голос.

Я завертела чумной со сна головой, только сейчас заметив четыре высокие неподвижные фигуры по углам. Скудный свет слабенького магического светляка под потолком выхватывал из тени только силуэты. Но и их хватало, чтобы почувствовать невольное уважение. Да я любому из них в пряжку пояса носом ткнусь. Да и то, если на цыпочки встану! Тролли?!

— Что вам надо?! — рявкнула я и активировала щит, вовремя вспомнив, что как-никак боевой маг и способна за себя постоять.

— Тебя уже там обыскались, Аленна, — с готовностью отозвался призрачный голос, идущий, казалось, со всех сторон сразу.

— Где это «там»? — уточнила я, не понимая, кто из присутствующих со мной заговорил.

— Наверху, — отозвался невидимый собеседник.

— Там? — мое ошалевшее высочество ткнуло пальцем в сторону потолка.

— Ну да.

— А вы кто?

— А что, не узнала? — вдруг развеселился невидимка. — Создатели мы!

— Создатели? — опешила я.

«Голос из ниоткуда… Четыре фигуры… Четыре Создателя… — тяжело заворочались мысли в гудящей голове. — Когда же я умереть-то успела?»

— Молчи! Нашел, где Создателем представиться! — воскликнул высокий девичий голосок. — Тут же алтарь Безымянной. А ну как она услышит?!

«Создательница Рири? Или Идда?! — судорожно думала я, но какие-то знакомые нотки в бесплотных голосах мешали мне окончательно поверить в собственную смерть. — И какой еще, к ифитовой матери, „алтарь Безымянной“ они поминают? У хозяйки Бездны нет ни храмов, ни алтарей. Разве что простонародье так называет погребальные подесты знати. Погребальные подесты…»

Последняя мысль обожгла не хуже плети, и я шарахнулась от гроба, на который оперлась в задумчивости: «Неужели я таки умудрилась умереть и не заметить как?! Более приличной смерти для дочери правителя у Создателей, Безымянную им в печенку, не нашлось?!»

В ответ за крамольные мысли на мою бедовую голову свалился мелкий камушек и, отскочив от щита, упал под ноги. «Это предупреждение такое?» — чуть было не ляпнула я, но не успела.

— Ой! Оно само! — донеслось сверху.

— Оли?! — заорала я, не зная, смеяться мне или беситься.

— Ага. Мы тут. Только оно само…

— Само, само, — таки расхохоталась я, убирая щит. — Где это мы?

— Мы — у слухового окошка. А вы зачем-то на алтарь Безымянной спать легли. Вас там, наверху, уже несколько часов ищут.

— А ты-то как меня нашла? — поинтересовалась я.

— В книжке вашей прочитала, как наставники учеников…

— Ладно, об этом потом. С тобой, я так понимаю, братишки мои ненаглядные, которым, как и тебе, Па, то есть правитель, велел вести себя паиньками? Быстро возвращайтесь обратно, пока еще вас не потеряли!

— Зануда! — заворчал кто-то из братьев, и я даже удивилась, что не узнала его сразу. — Мы ее спасаем, а она…

Мне на голову снова посыпались камушки. Прикрываясь руками, я отскочила в сторону — щита-то уже не было, и досталось мне чувствительно.

— Полегче, спасатели!

— Ну ее! Пошли отсюда, — обиделся второй братец, и новая порция камешков забарабанила по полу.

Камнепад прекратился. Чуть позже стихли и гулкие шаги. Не дождавшись ответа на тихий отклик, я убедилась, что детишки действительно ушли, и смачно, хоть и приглушенно, выругалась. Это ж надо было уснуть в покойницкой!

Я плюнула в сторону гроба, долженствующего напоминать действующему правителю о мимолетности земной жизни, и вышла в пустынный коридор нижнего яруса. Объясняться с Па и рассказывать, где мое блудное высочество соизволило выспаться, не хотелось совершенно, но и доказывать чуть позже непричастность к заговору тоже не улыбалось. Выбрав золотую середину, я отправила к коронованному родителю духа-охранителя с сообщением, что отдохнула, а теперь возвращаюсь на рабочее место, и активировала портал-ключ ректорских покоев.

«Как все-таки хорошо работают мозги, когда им позволить выспаться», — ехидно прокомментировал внутренний голос.

В очередной раз ругнувшись, я плюхнулась за обгоревшую парту, сообщила духам о своем возвращении и приказала принести поздний обед. Неумение четко формулировать приказы и просчитывать свои действия чуть дальше, чем на три минуты вперед, в очередной раз сыграло с моим невезучим высочеством дурную шутку. И даже не одну.

Обед мне доставили из столовой Академии: тарелку мутной водички с одиноким кусочком мяса какой-то птицы. Именно птицы — звери обычно перьями не покрыты. При виде такого изобилия мое мигом забывшее про жгучий голод высочество решило ограничиться десертом и заглянуло под салфетку. Но, кроме ложки, там ничего не нашлось. Десерт явился несколько минут спустя, окончательно испортив мне аппетит на ближайшие часы:

— Лерра ректор! — в кабинете появилась профессор Карна. — С возвращением!

— Благодарю, — криво улыбнувшись, я щелкнула пальцами, убирая нетронутую тарелку.