Июнь-декабрь сорок первого - Ортенберг Давид Иосифович - Страница 30

Помню, возникли у меня сомнения относительно 42 подбитых танков. Не ошиблась ли стенографистка, принимая эту корреспонденцию? Пытались проверить, но разыскать Сапиго не смогли. Не удалось также установить, в какое соединение входит эта батарея, где и когда одержала она такую блистательную победу в поединке с фашистскими танками?

Посудили мы, порядили и в конце концов все-таки напечатали сообщение Сапиго. Поступили в данном случае так, как советовал в свое время Суворов Багратиону, усомнившемуся в точности донесения о потерях противника: "Они басурмане, чего их жалеть..."

Через некоторое время Сапиго опять связался с нами по телефону. Я решил хотя бы задним числом уточнить - нет ли какой ошибки в напечатанной нами заметке о батарее Логвиненко. Автор заверил меня, что все правильно, назвал соединение, в состав которого входит батарея: это 1-я артиллерийская противотанковая бригада; командует ею генерал Москаленко.

Москаленко? Фамилия показалась мне знакомой. Что-то я уже слышал или читал об этом командире весьма похвальное. Попросил Сапиго повторно съездить в бригаду, написать о ней пошире, а еще лучше прислать статью самого Москаленко о борьбе с вражескими танками.

И вот статья у меня. Начал ее читать и тут только вспомнил, что генерал Москаленко был в числе награжденных Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 июля. Проверил по публикации этого Указа в нашей газете. Так точно: К. С. Москаленко награжден орденом Ленина. Надо вспомнить то время, чтобы оценить значение этой награды. Значит, заслуженный, боевой генерал! Мы рады были напечатать его статью.

Лично же познакомиться с Москаленко мне довелось лишь в сентябре сорок второго года. Вместе с Константином Симоновым мы были у него на НП под Сталинградом. Он командовал там 1-й гвардейской армией. А с сорок четвертого года переменчивая военная судьба надолго свела меня с Кириллом Семеновичем в 38-й армии. Москаленко командовал ею, а я был назначен туда начальником политического отдела и, таким образом, получал возможность увидеть и оценить незаурядные боевые качества будущего маршала с близкого расстояния в дружной совместной работе при освобождении нашими войсками Правобережной Украины, Польши и Чехословакии, вплоть до вступления в Прагу.

Тогда же я узнал от самого Москаленко и некоторые небезынтересные подробности о его действиях в самом начале Великой Отечественной войны.

Командиром противотанковой бригады он стал несколько неожиданно.

- Готовили из меня танкиста, а пришлось делать совсем противоположное - истреблять танки, - рассказывал Кирилл Семенович.

Правда, он еще в боях с белогвардейцами в годы гражданской войны командовал артиллерийским взводом. А в 1940 году под его командованием сокрушала доты на линии Маннергейма артиллерия легендарной 51-й Перекопской стрелковой дивизии. С той войны Москаленко вернулся с орденом Ленина и вскоре был аттестован на командира танковой бригады.

Но в первой половине 1941 года началось формирование десяти артиллерийских противотанковых бригад. Москаленко назначили командиром одной из них. Размещалась она в областном украинском городе Луцке, в 80 километрах от государственной границы, где и застала Кирилла Семеновича Великая Отечественная война.

На рассвете 22 июня раздался резкий звонок. Москаленко взял трубку и услышал голос командующего 5-й армией генерала М. И. Потапова:

- Война!

В четыре часа тридцать минут Москаленко был уже в Киверских лагерях. Туда он предусмотрительно вывел бригаду за два дня до вторжения гитлеровцев на нашу землю.

Еще несколько минут - и полки были подняты по тревоге. Строились они под гул "юнкерсов", безнадежно искавших бригаду на прежнем месте.

Генерал верил в боевую мощь своего соединения. Шесть тысяч личного состава, 136 пушек, преимущественно 76- и 85-миллиметровых, 72 крупнокалиберных пулемета, минносаперный батальон. Сила!

Далеко не каждую из десяти формировавшихся противотанковых бригад удалось к началу войны укомплектовать и оснастить полностью. Но бригада Москаленко, может, потому, что числилась под первым номером и стояла на особо опасном направлении, успела получить все, что ей полагалось по штатам и табелям. Потом Кириллу Семеновичу придется не раз бросать в бой части и соединения, не располагавшие и половиной, даже четвертью штатной численности и норм материального обеспечения. Но к началу войны его бригада имела все необходимое для решительного отпора врагу.

Боевой приказ командарма-5 гласил: 1-й противотанковой бригаде следовать на Владимир-Волынский и во взаимодействии с 22-м механизированным корпусом генерала С. М. Кондрусева разбить противника, перешедшего границу, и восстановить положение.

Первую встречу с врагом Москаленко и ожидал на границе. Но произошла она раньше. Бригада наскочила на немецкие танки уже в пути к Владимиру-Волынскому, а соединения Кондрусева еще не подошли.

Завязался встречный бой. Самый трудный вид боя, когда обстановка недостаточно ясна и командир располагает для принятия необходимого решения буквально минутами, а то и секундами. До войны считалось, что артиллерия не может успешно вести боевые действия без пехоты и танков. Но Москаленко отлично понимал, что, если его бригада уклонится от самостоятельного боя с немецкими танками, перед ними откроется путь на Луцк, на Житомир, а там и на Киев. Командир 1-й противотанковой принимает бой. Под ударами его батарей горят вражеские танки, несут значительные потери сопровождающие их автоматчики. Гибнут и наши люди, выходят из строя пушки. Атака следует за атакой, однако все усилия противника тщетны.

К вечеру враг вынужден был прекратить атаки. Бригада выстояла. Перед ее огневыми позициями чернело около семидесяти сожженных и подбитых танков и бронетранспортеров.

В своей статье К. С. Москаленко точно обрисовал принципиальную схему немецкого танкового клина и рассказал, как его бригаде удалось его срезать.

"В голове следовали углом вперед тяжелые танки, за ними - легкие и средние, далее - мотоциклисты с автоматами, пулеметами и минометами. Замыкался боевой порядок мотопехотой и артиллерией. Выгодность такого построения очевидна. Тяжелые танки своей мощной броней прикрывают весь боевой порядок и, двигаясь на замедленной скорости, прощупывают ударную силу противотанковой обороны. При встрече с малокалиберной артиллерией или при обстреле осколочными снарядами, которые не могут нанести вред тяжелой броне, головные танки атакуют оборону на высшей скорости, стремясь ее прорвать. Если же на них обрушиваются 76-мм бронебойные снаряды, пробивающие насквозь броню немецких тяжелых танков, то боевой порядок и тактика действий немедленно меняются..."

Здесь не место углубляться в тактику противника. Для сегодняшнего да, пожалуй, и завтрашнего читателя гораздо больший интерес представляет, мне думается, тогдашняя оценка действий наших артиллеристов военными советами армии и фронта. Она зафиксирована уже на пятнадцатый день войны в представлении соединения к награде орденом Красного Знамени. Вот краткая выдержка из этого документа:

"Там, где находились подразделения 1-й противотанковой бригады, танкам противника не удалось прорвать огневую противотанковую оборону... Своими героическими действиями бригада сдержала натиск противника и не дала возможности захвата немцами города Луцка к утру 25.6.41 г., как это значилось в приказе по 14-й бронетанковой дивизии противника... Бригада несла потери, личный состав не щадил своей жизни, но поставленную задачу выполнял..."

Предыдущий номер "Красной звезды" почти полностью был занят официальным материалом - новыми указами о награждении военнослужащих, отличившихся в боях. Среди них, как всегда, много знакомых имен, о которых газета уже писала, и не однажды. С трудом удалось втиснуть на четвертую полосу продолжение очерка А. Полякова "В тылу врага". Для этого пришлось снять часть информации иностранного отдела, несмотря на бурные протесты Ерусалимского.