Источник пустого мира (СИ) - Кисель Елена - Страница 73

— Для чего-то?! — вскипела я, чувствуя, что еще немного — и Теодору все же понадобится корректировка внешности. — Ну ладно, пусть для чего-то. Тебе все не дает покоя то, что ты не можешь это контролировать?

Его ответ меня удивил.

— Отнюдь. Полагаю, со временем я бы смог понять, каким образом и с помощью чего можно производить стихию. Со временем. Со вр… — он осекся и виновато улыбнулся: — Проблема в том, что как раз в отношении ко времени эти высшие силы показали себя удивительно недальновидными, вы не находите?

Я отложила Справочник в сторонку, все равно он не желал ничего показывать. Судя по веселым голосам, долетавшим из соседней комнаты, Эдмус и Ыгх все же решили приняться за алхимика. Мимо прошествовал, тепло кивнув по пути, усталый Йехар. Ладно, теперь, по крайней мере, будет кому удержать Веслава.

— Ты сейчас о своем возрасте? — и уже договаривая, я поняла, что это не так. Догадка была мгновенной, и действовала я тоже быстро, без особенных раздумий: подняла руку и дотронулась до его щеки, глядя при этом особенным взором — взором целителя.

Мне, то есть, нам, хватило несколько секунд. Мою ладонь он отстранил от своего лица сам, мягко и деликатно, когда увидел, что я начинаю бледнеть и задыхаться. Заговорил тоже первым, сделав молчание коротким:

— Может быть, я смогу что-то предпринять… но мне почему-то кажется, это будет меньше того, чего от меня ожидают.

— Почему ты не… — я сглотнула ком в горле, сейчас это было ни к чему: — Не сказал?

— Я говорил вам, что вы ошиблись с моим определением, как мага или источника этого мира.

А разве мы ошиблись? Комок вернулся и прочно обосновался между грудью и горлом, вызывая назойливую, ноющую боль. Со временем Высшие силы просчитались основательно. У нас очень немного времени, сказал Йехар, до того, как этот мир не свалится в тартарары окончательно.

Правда, странник не учел, что по сравнению с нами у Теодора попросту времени нет.

— И давно…

— Достаточно, — Тео рассеянно поднес руку к виску. — Это обнаружилось еще при моей службе в Конторе, и на какое-то время я сам стал аномалией для медиков: когда они выяснили, что даже при нашем уровне развития медицины сделать едва ли что-нибудь можно…

При современном — нельзя. Но есть еще то, что они назвали аномалами, так? Я — один из них. Ладно, у меня не получается создать полноценного холодового щита, зато есть другая способность. Очень полезная.

— Ты ведь знаешь, что я сейчас…

— Да, — неестественно сиреневые глаза встретились с моими. Архивариус опять улыбался. — И не позволю вам этого сделать. Во-первых, потому что такая попытка может вас убить — вспомните Шукку. Во-вторых, против этого решительно возражал Веслав.

Алхимик, стало быть, как всегда в курсе. Конечно, он ведь говорил, что его тревожат обмороки нашего архивариуса и его зрение. Честное слово, даже сил сердиться на этих двоих конспираторов у меня нет.

— Спасайся, кто может!

Это было что-то вроде ответа на упоминание о Веславе. Из соседней комнаты мимо нас вихрем пронесся Эдмус, сжимая в руках крылатую жабу с очень обиженной миной.

— Расшевелили на свою голову, — отрапортовал он, задерживаясь перед тем, как выпорхнуть в другую дверь.

Вслед за парочкой появился Йехар. Этот спасал свою жизнь с достоинством и не забыл предупредить еще и нас:

— Лучше будет, если вы будете вне поля его видимости…

И с некоторой поспешностью, которая показала, что рыцарь все-таки приобрел кое-какие навыки осторожности, убрался за дверь.

А потом…

— Цикуту вам в глотку с вашими приколами! — Веслав хоть двигался и не на крыльях, но тоже очень быстро. Алхимик ураганом вылетел на середину комнаты, сжимая в пальцах что-то опасное на вид, замер, не найдя мишеней, и поинтересовался:

— Где эти… — и приправил сие таким словцом, что почти вывел меня из транса, а Тео, напротив, туда отправил.

— Где этот…?! — голос Виолы отозвался раздраженным эхом из другого помещения, и хотя для характеристики она использовала другое слово, в направлении фразы мало что изменилось.

— Кажется, она вспомнила, что сегодня мой нос еще не претерпел изменений, — сообщил Тео, поднимаясь. В голосе у него не было заметно особенного ликования. — Наверное, я пойду, Оля, но, скорее всего, мы с вами еще увидимся.

И он ретировался, потому что голос Виолы зазвучал ближе и раздраженнее.

Алхимик покосился на меня, на бутылочку, неохотно сунул ее в карман мастерки и уселся рядом.

— Хаос бы их забрал с их шуточками, — буркнул он. — Сидишь, работаешь, тут к тебе заявляются два Эдмуса с требованием меньше пить и больше спать… Я полбутылки антиглюкина вылакал, еще не успел понять, почему не действует! Тут появляется наш рыцарь — один и с встревоженной миной, так эти двое зеленых мне в один голос: «А вот Йехар и Глэрион свои копии за дверями оставили! И вообще, их же у нас и так двое». В общем, пока до меня дошло…

Тут он понял, что я вообще не реагирую на его слова, а просто без всякого выражения смотрю на дверь, за которой только что скрылся Тео, и спокойно уточнил:

— Ты, значит, в курсе.

Я кивнула, не отрывая взгляда от двери, как будто боялась порвать тонкую нить, которая непонятно с чем могла меня связывать.

— А я-то думал, может, индикатор врет. Когда он показал, что кровь Джипса — кровь человека, которому осталось уже немного — я, знаешь ли, сначала подумал, что с формулой ошибся.

— Ничего нельзя сделать?

Я спросила это то ли у Веслава, то ли у Поводыря Дружины, а то ли у всей науки алхимии. Весл хотел потереть лоб, но потер только повязку, которая закрывала ожог. Почему он ее на себе таскал, хотя рубец уже давно зажил — тайна из тайн.

— Философский камень, разве что. Понимаешь, я тут кое-то изобрел на досуге, думал, сработает. С Шуккой не получилось. С ним тоже. Не знаю, почему.

Это было что-то вроде попытки говорить откровенно, и у меня в мозгу после этой фразы как будто фонарик зажегся. Вот, значит, почему алхимик так бесится в последнее время. Из-за эликсира.

— Значит, ты пробовал.

— Да, пробовал. И с ним, и с ней. И больше пробовать не хочу, — и угрюмая рожа, что привычно, только глаза не дергаются, глядят остро и мрачно.

— Жаль, — сказала я просто.

Не насчет эликсира Веслав. В этом я ему доверяла: если он сказал — не действует, стало быть, и не заработает вовсе. Жаль Тео, к которому по-своему привязаться успели уже все. Кроме, наверное, Виолы, но и она как-то зависима от него: ведь прекрасно понимает, что результатов не добьется, а вытаскивает на тренировки даже слишком часто. Думаю, в последнее время они там больше разговаривают, чем тренируются, хотя заканчивается все одним: сломанным носом архивариуса.

— Реветь будешь? — скривился алхимик. — Могу дать чего-нибудь. Или свалить, чтобы не мешать. Только уж ты заранее предупреждай, а то я как увижу женские слезы — на спиртное тянет, а приличного коньяка из местных крепких напитков я еще не настряпал. Ну?

Я покачала головой. Справочник Стандартных Ситуаций норовил вывалиться из рук, я успела подхватить и удержать кончиками пальцев. Некстати вспомнилось, как неполных три дня назад меня над озером держал Тео — и не желал отпускать, несмотря на то, что берег начинал проседать. Как же он вовремя завернул эту штуку с водой… а если бы падал он один — случилось бы подобное чудо?

— Нет, — тихо ответила я сама себе, — не тот типаж. Может, поэтому и не маг, а источник мира? Может, это работает не на него, а для других? Если он хочет спасти кого-то другого?

Весл не стал уточнять, что я имею в виду. У него было до странности понимающее лицо: в последнее время физиономия алхимика научилась принимать выражения, которые прежде ей несвойственны. Казалось, он почти готов сказать мне что-то более человеческое, чем «Пижму вашу через тертый кварц!», да и глазами мы с ним встретились — тоже редкий момент… Но Весл только тряхнул головой, вызвал тик на правый глаз (явно искусственный!) и заявил в прежней манере: