Мой потусторонний сон (СИ) - Хаимович Ханна - Страница 43

— Э-э… — нет, что за странные комплименты, или это способ отвлечь внимание? — Может, нам и не придется ловить Олера. Лэй Меллер рассказал, зачем нужны силы мертвецов. Чтобы освободить придворного Потустороннего мага.

И Илиана коротко пересказала услышанное от преподавателя. Во время медленного танца времени на это хватило с лихвой.

— Отлично, — отреагировал Шессхар, не раздумывая ни минуты. — Значит, наведаемся к придворному магу. Память помещения считать будет проще и безопаснее. Если Феррен и Олер что-то задумали, то уже должны были показаться возле его тюрьмы.

— Ну да, безопаснее. Мог бы и не превращать людей в глубоких стариков! — проворчала Илиана. Конечно, перемену планов она восприняла с облегчением, но досадно было, что отвлекающий маневр проведен впустую.

— Да, лэйе, как скажете, — протянул Шессхар тоном школьника. — Можно попробовать сунуться к самому Феррену в момент, когда он будет без сознания. При переходе от чар старости к обычному возрасту.

Илиана закусила губу. Да, сунуться определенно стоило. Но перспектива потревожить Феррена, даже беспомощного и без сознания, вызывала легкую оторопь.

— Лэй Меллер интересовался, кто мой помощник, — сказала она, помолчав. — Хочет с тобой поговорить.

— Потом. Пока нет времени его проверять, а без проверки, уж прости, я не могу ему верить, даже если он твой преподаватель, — ответил Шессхар. Тем временем голос распорядителя на заднем плане принялся что-то объявлять.

Илиана не разобрала половины слов, однако скоро увидела, о чем речь. Предметы интерьера пришли в движение.

В памяти пронеслась ползущая ваза, бегущая шляпка, десятки вещей в мире Потусторонних, которые атаковали нежеланных гостей, услышав имя Шессхара… Но диваны, вазы, высокие подставки с цветами и напольные канделябры ни на кого не нападали. Они осторожно сдвинулись с места, точно пробуя пол на ощупь, и начали медленно и плавно кружиться.

— Многие устали, и это нормально, — журчал холодный голос распорядителя, так не вяжущийся с дружелюбными словами, которые произносил. — Старость утомляет, но ничего не поделаешь. От любого праздника можно устать… Если вы хотите вернуться к себе и прилечь — не стесняйтесь, дамы и господа. Бал будет продолжаться, пока здесь будут оставаться гости. А чтобы им не было тоскливо, ушедших заменят предметы. Им тоже хочется танцевать…

Чудовищно. Другого определения Илиана подобрать не могла. В последних фразах распорядителя ей почудилась возмутительная издевка. Предметы могут заменить людей? Это какого же мнения нужно быть о людях? Впрочем, она догадывалась какого. Хотя, возможно, и издевка, и скрытый смысл фраз ей просто померещились. Шессхар не мог так низко ставить людей. Просто все сложилось одно к одному.

Постаревшие гости покидали зал. Илиана давно перестала их узнавать. Вон та старушка — наверное, Цересса? Платье, как у нее, нежно-голубое, расшитое жемчугом… Сначала подумалось, что уйдут все. Но многие остались.

Старуха в желтом, то и дело наступая себе на подол, танцевала с высоким канделябром, держась за крайние подставки для свечей. И канделябр двигался в такт музыке. И, кажется, уверенно вел партнершу.

Одутловатый старик в камзоле с золотыми нашивками танцевал с диваном. Старость настолько согнула его хребет, что подлокотники дивана как раз удобно ложились в руки. Старик крепко держался за них, опирался, чтобы не потерять равновесие, а диван невесомо и беззвучно кружился в танцевальных фигурах.

Сумасшествие. Какое-то мрачное и темное сумасшествие, а не праздник. Лучше бы в зале снова появились «раздевающие зоны», а Акри расставляла скандальные пары для сейалго.

— Это перебор, — уверенно сказала Илиана. — Тебе этого не простят. Завтра они придут в норму, и у королевских балов будет новый распорядитель.

— Готов поверить, — серьезно ответил Шессхар. Они уже не танцевали, а стояли в освободившемся от мебели углу. Музыканты играли что-то тягучее и пронзительное. — Только почему в таком случае остались все эти люди?

И он кивнул на стариков, медленно кружащихся в центре зала.

— Потому что заразились твоим безумием, — буркнула Илиана. Она поискала глазами слуг с коктейлями радости, чтобы сгладить впечатления от гнетущей картины, но слуги исчезли. — Кстати о предметах. Ты тоже это видел?

Вот так, лучше сменить тему. И желательно смотреть куда-нибудь в окно, а не на остатки бала. Жаль только, что за окном давно сгустилась тьма.

— Что видел?

— Предметы, которые бегают по дворцу. Мне они постоянно попадаются. Вечером я видела бегущую заколку, вчера — бегущую шляпку. А когда княгиня Мерит-Ман только приехала, за ней следом ползла ваза… Мне кажется, я вижу их, потому что «Зеница» показывает. Остальные не замечают.

— Скорее всего, — согласился Шессхар. — Нет, я не видел. У меня-то «Зеницы» нет.

Илиана подозрительно уставилась на него, ничего не понимая. «Зеница» настолько сильна? Показывает владельцу даже то, о чем он не просит? А то, о чем просит, наоборот, показать не может? Вспомнилась погоня за Олером и Ферреном. Тогда артефакт упирался, жалуясь на слабую память…

— Такие симбионты могут сливаться с разумом хозяина, — пояснил Шессхар, заставив Илиану поежиться. — Обычно если хозяин неправильно их содержит. Не создает нужных условий или еще что-то.

— Не создает условий… То есть из-за того, что я не показывала «Зенице» смерти и… — она проглотила второе условие, которое называл Лотшейр. — И из-за того, что не разговаривала с ней по пятнадцать минут каждый день… Она слилась с моим разумом?

— Ну да. А что ей оставалось делать? Симбионты питаются впечатлениями. Если ты их ему не давала, то он отправился добывать еду самостоятельно. Не пугайся так, он не захватит над тобой контроль, — хмыкнул Шессхар. — Просто будет иногда смотреть твоими глазами. И потом, его всегда можно убить.

Убить «Зеницу». Звучало просто, но Илиана поняла, что не решится на такое. Даже несмотря на то, что «Зеница» была всего лишь артефактом, а не живым существом в полном смысле слова. У нее бы рука не поднялась уничтожить это создание… Зато теперь становилось понятно, откуда периодические всплески интуиции, умение предугадывать ответ собеседника и прочие странные мелочи. Смерть бесова!

Илиана медленно опустила руку к свисающей с пояса шкатулке и до боли сжала чуть ребристые края.

— Знаешь что, — произнесла она, — я пойду. Когда соберешься к пленному магу, к Феррену или куда ты там еще собирался, зайди за мной.

Глава 18. Самая надежная тюрьма

Она с трудом добралась до своей комнаты. Силы утекали, будто они, как и императорская власть, подчинялись Первому пакту. Руки покрылись морщинами, в голове шумело. Хотелось спать.

Последним, что почувствовала Илиана, было удивление. Она же превратилась в Потустороннюю! Какого беса ей хочется спать?

Потом она рухнула на кровать и ничего больше не ощущала. Мир исчез.

Казалось, прежде чем она открыла глаза, прошла вечность. Но на самом деле миновало всего минут десять. Илиана вскочила с небывалой бодростью и легкостью во всем теле, схватила зеркало и с жадностью всмотрелась в него.

В полутемном серебре, как и прежде, отражалось молодое лицо. А также безнадежно растрепавшаяся прическа и мятое платье.

Илиана вздохнула и принялась приводить себя в порядок.

Шессхар явился чуть за полночь. Ипостась сменилась, теперь это снова был он, а не зловещий пугающий распорядитель. Илиана уже переоделась в удобный костюм и ждала, устроившись в кресле с книгой. Книга была бы интересной, если бы «Зеница» не умудрялась предугадывать сюжет.

Впускать Шессхара в комнату не понадобилось. Илиана вышла, заперла дверь, потом хотела развернуться… и была поймана в объятия.

— Уверена, что ты уже готова? — поинтересовался он полушепотом, скользнув руками по спине. — Может, мы могли бы задержаться…

Теплые губы коснулись шеи. У Илианы участилось дыхание, она склонила голову набок и невольно прикрыла глаза. Отстраниться получилось усилием воли только через несколько секунд.