К нам едет инквизитор (СИ) - Хаимович Ханна - Страница 55

Может, как-то так и чувствовала себя Марианна? Хотя нет, она была виновна на самом деле, а не только в чьих-то вымышленных доказательствах. Но для Лещинского ситуация повторялась: снова он связался с ведьмой, и снова ведьма оказалась замешана в преступлении. Наверное, именно на это Марианна и рассчитывала. На то, что он поверит в повторяющуюся ситуацию и не станет помогать. Так и вышло. Но Кристина-то не была Марианной! Мог бы хоть разобраться!

Предатели. Все вокруг предатели.

Предательство Лещинского ранило бы больнее, если бы мысли сейчас не занимало другое: как вообще остаться в живых? О, если она выживет, то наложит на всех этих ненормальных высших столько ведьминских проклятий, что даже Марианна позеленеет от зависти!

Если, конечно, выживет. Если…

Так Кристина и задремала, свернувшись в клубочек на кровати. Ее не разбудил даже звук открывающейся двери. На этот раз он оказался почти неслышным. Она открыла глаза, лишь когда кто-то коснулся ее плеча.

В камере царила темнота. Во мраке едва проступал непонятный силуэт. Но стоило Кристине зашевелиться и спросить «Кто здесь?», как щелкнул переключатель, и в руке гостя зажегся небольшой фонарь.

Это оказался Лещинский. Кристина скривилась.

— Пришли меня казнить? Проваливайте, возвращайтесь утром.

— Люблю ведьм, не теряющих присутствия духа, — хмыкнул он. — Вставайте, мы уходим отсюда.

— Что?

Кристина села и лишь после этого окончательно проснулась. Он сказал «мы»?

— Серьезно? Так вы не поверили в те доказательства? А так убедительно говорили, — пробормотала она, протирая глаза.

— Черт, ну конечно, нет! За нашей последней беседой наблюдали! Быстрее, зевать будете потом!

Он подхватил Кристину под руки и рывком поднял с кровати. Она не сопротивлялась. Такой вид насилия ей определенно нравился.

— Дайте обуюсь хоть, — пришлось высвободиться и поспешно сунуть ноги в кроссовки. Потом Кристина первой выскочила за дверь — и на миг потеряла ориентацию в пространстве. Мир резко крутанулся, она взмахнула руками, чтобы не упасть. Пальцы зацепили что-то острое. Парой секунд позже Кристина поняла, что это угол стола. Еще через секунду безумное кружение утихло, и она обнаружила, что стоит в собственном кабинете возле стола, держась за край, а на столе лежит небольшой, меньше кулака, серый кубик.

Вспышка — и рядом материализовался Лещинский. Он наставил ладонь на кубик, пробормотал заклинание, и в «клетке» что-то щелкнуло. Он схватил ее и бросил в ящик стола.

— Какая наглость, — прокомментировала Кристина. — Они засели в моем собственном кабинете!

— А как же. Теперь Павел и Богдан Сергеевич проводят здесь совещания и управляют расследованием, — согласился Лещинский. Она изумленно покосилась на него: специально подзуживает, что ли?

— Здесь больше никого нет?

В офисе царила тишина. Нет, все-таки хорошо, что ковен так и не успел перейти на круглосуточный режим. В графике работы должно быть хоть немного удобного времени, чтобы сбежать. Просто на всякий случай. В окна заглядывала ночь, свет в кабинете не горел, и его освещала лишь половинка луны и фонарь в руке Лещинского. Да и фонарь инквизитор сразу выключил.

— Пока никого. Утром первое разбирательство, — Лещинский взял Кристину за плечо и стал накладывать уже знакомые чары невидимости. Потом к ним прибавилось еще какое-то незнакомое заклинание. — Все, пойдем, уходить придется пешком. Нужно отыскать укрытие, а потом поговорить.

— Да уж, поговорить не помешает, причем серьезно, — проворчала Кристина, устремляясь за ним по коридору. — За вчерашний день я узнала слишком много всего, что не мешало бы обсудить, а меня за это просто швырнули в камеру!

— Я тоже кое-что узнал, — со странной усмешкой отозвался Лещинский и остановился на лестничной площадке между первым и вторым этажом. Кристина не сразу поняла, в чем дело, пока не услышала тихое мяуканье. На перилах сидел Злыдень. Лещинский поспешно наложил на него какой-то узор и побежал дальше.

— Объяснения будут? — поинтересовалась Кристина. Они спустились в холл. Обычно там дежурила парочка ведьм, но те часто отлучались то попить кофе, то подремать до утра. Сейчас холл пустовал, только Раечка спала в углу.

— Я отвязал его от места. Скоро здесь может стать жарко, ему нужно оставить шанс спастись, — зловеще сказал Лещинский.

На улице было темно, свежо и тихо. Но он все равно остановился на пороге, исследуя пространство какими-то чарами.

— Жарко? Спастись? Что происходит? — спросила Кристина.

— Потом. Домой вам нельзя. Знаете какое-нибудь безлюдное место, которое находилось бы в центре города или поблизости? Что-то вроде заброшенного дома, там удобно устраивать укрытия. А на ближайшее время укрытие вам необходимо.

— Ну… — задумалась она. — Зачем искать что-то вроде заброшенного дома, если в центре есть заброшенный дом? Недостроенный, точнее. На набережной. Гостиницу хотели делать, но разорились, так и стоит эта башня. Только… вы серьезно предлагаете мне жить в заброшенном доме?! Там холодно! Никакой мебели! Там воняет, в конце концов!

— Все это легко решается магией, — невозмутимо сказал Лещинский. — Значит, идем в вашу гостиничную башню. Желательно дворами.

— Магией, значит, — пробормотала Кристина, кивком указывая путь. Они свернули в темный, усеянный колдобинами двор. — Магией… Там все так серьезно?

— Ну конечно, серьезно. Они уверены, что дух Города пробудили вы, — Кристина вспомнила о духе и задрала голову, выискивая фосфорическую фигуру на фоне черного неба. Но диковинный зверь исчез, как не бывало. Странно, разве он не должен задержаться хотя бы на несколько дней? — Они не хотят ничего слушать. По-моему, виной этому активность сектантов. Хотя доказательства против вас, конечно, железные… Кристина, давайте на «ты», а?

— Ну давайте, — пожала она плечами. — А что за доказательства-то?

— Дина снимала на камеру, как, хм… как ты заходишь в инсталляцию-квартиру и проводишь там ритуал вместе с Марианной. Она клянется, что звала тебя, использовала магию и пыталась разбить стекло, но ничего не помогало. — Лещинский остановился и повторил узор невидимости. Хотя кто мог увидеть их в темноте в два часа ночи? Разве что издерганные автовладельцы, за неимением гаражей паркующие свои сокровища под окнами и вынужденные вставать каждый час, чтобы проверять, не угнали ли их.

— Дина, значит, — зло проговорила Кристина. — А на саму Дину никто ничего не подумал, нет? Она сама рассказывала мне, что дружила с Марианной! Кто мешает им дружить до сих пор? Кстати, да, о вас… о тебе она тоже рассказала кое-что интересное, и я рассчитываю на полный рассказ! — Кристина подняла глаза на Лещинского и столкнулась с его раздосадованным взглядом. — Черт, как непривычно-то на «ты». У меня чувство, что я фамильярничаю с официальным лицом.

— Между прочим, ты чуть не переспала с этим официальным лицом, это тебя не смущает? — улыбнулся Лещинский. — И я рассчитываю стребовать с тебя этот должок при первой возможности. Да, полный рассказ, конечно, будет, но есть еще кое-что, без чего он будет недостаточно понятным. Кристина, я люблю тебя.

— Чего? — заморгала она, потом рассмеялась. — Уважаемое официальное лицо, вы ничего не пили? Перегреться не могли, сейчас не жарко…

Она коснулась ладонью его лба. Просто потому, что вдруг захотелось это сделать. Лоб оказался прохладным.

— Я ничего не пил, — мягко сказал Лещинский, перехватывая ее руку и слегка сжимая. — Оправдываться не буду, хотя, может быть, ты еще захочешь меня убить, когда все узнаешь. Игорь Игоревич полдня просидел в кабинете с Павлом и Богданом. Консультировал их. Потом сказал, еще будет голосование, но совет уже решил, что казнить тебя должен буду я. А если совет принимает такое решение, отказаться невозможно. Накладываются соответствующие чары…

— И ты меня предупреждаешь, чтобы я убила тебя раньше? — уточнила Кристина, слушая внимательно, как завороженная. За всем этим скрывалась тайна, та самая, дыхание которой ощущалось с самого начала. Очень простая и очень серьезная тайна…