Невеста повелителя моря - Головина Оксана Сергеевна - Страница 12

— Одна, говоришь? — Глаза Лорейн потемнели от подозрения, когда она приблизилась к внучке вплотную, тщательно изучая ее лицо.

Бринн моментально прижала ладонь к щеке, чувствуя, что до сих пор румянец не сошел.

— Одна! — Девушка увернулась, пробираясь мимо бабушки к окну, и потянулась к плетеной вазе с яблоками.

Схватила прохладный фрукт и прикоснулась его гладким боком к своей горячей щеке.

— Я так устала! Родители снова заставляют меня идти замуж за кого попало, — возмутилась Бринн. — Я сбегу из дома, честное слово. Надоело все это!

— Только попробуй! — погрозила пальцем Лорейн и нахмурилась: — Никто тебя заставлять не будет. Позволять, чтобы прикасался ненавистный мужчина? Отвратительно! Не бывать этому.

— Отвратительно… — Бринн задумчиво прижала яблоко к щеке, припоминая недавний поцелуй.

Припомнила так ярко, что немедленно ощутила теплые губы Эйдена со вкусом выпитого им кофе. Называть этот момент отвратительным как-то совсем не хотелось. Это было скорее удивительно, до покалывания в кончиках пальцев.

— Погоди-ка… — Лорейн ошеломленно глядела, как яблоко наливается цветом, алея блестящим боком в руках внучки. — Что ты от меня скрываешь, Бринн?

— Что? — не поняла девушка. — Что скрываю?

Хозяйка дома подошла к ней и выхватила фрукт, разглядывая его.

— Ты чего? Что случилось? — Бринн с любопытством глядела на Лорейн.

Яблоко как яблоко. Кажется, только бледнее оно было. Жадный бесенок все спелые сжевал давно. До сих пор за шторами хруст слышен. Не напасешься на него.

— Почему это ты так силой лучишься, солнце мое? — вкрадчиво спросила бабушка.

— С чего бы мне ею лучиться? — рассердилась Бринн. — Может, просто очередной всплеск. Сама же знаешь, какие фокусы выкидывает постоянно. Будь у меня нормальная возможность учиться управлять силой, то и не было бы проблем.

— Ни при чем тут всплеск.

Лорейн не отступала, продолжая держать перед внучкой наливное яблоко. Оно своим ароматом так аппетит растравило, что вредный бесенок не удержался. С подоконника прыгнул, на лету выхватил фруктовое сокровище и проворно скрылся с глаз в соседней комнате. Только хвост и мелькнул. Ведьмы переглянулись, и бабушка вздохнула:

— Жизненная сила через край плещется. Ты проводила обряд восполнения? Нет, чую, поделился кто-то.

— Кто? — ахнула Бринн. — Никто ничем не делился. И обряд не проводила. Как я вообще могла его сотворить в своем доме? Там впору от нервного истощения умереть.

Но Лорейн не сводила с нее пристального взгляда, изучая лицо.

— Глаза у нее блестят, раскраснелась вся, про рассеянность не говорю — это твой образ жизни. — Ведьма обреченно покачала головой. — А вот…

Бринн моментально прикрыла губы ладонью, стоило бабушке ткнуть в их сторону пальцем.

— Целовалась с кем-то? — протянула Лорейн, и глаза ее потемнели.

— Все вышло случайно… — бросилась на свою защиту девушка. — Мне нужно было заставить его отстать от меня!

— Да где же тут логика-то?! — возмутилась хозяйка дома.

— Может, логики и нет. Зато убежал, только пятки засверкали, — насупилась Бринн.

Она и сама прекрасно понимала глупость своего поступка. Как понимала и то, что вышло все само собой, случайно как-то. Следом пришло волнение. Неужели предательский всплеск ведьминого дара вынудил испить жизненной силы Эйдена во время поцелуя? И кто из них теперь Дракула?!

— Какой кошмар… — прошептала девушка и совсем поникла.

Вампирить бедолагу она не собиралась!

Понимая и без слов испуг внучки, Лорейн усмехнулась:

— Да не крала ты ее, силу эту. Понравился, видно, кому-то поцелуй, вот и поделился.

— Не мог… — запнулась Бринн. — Не мог он ему понравиться. Это невозможно… — Она нервно улыбнулась. — Ты опять надо мной подшучиваешь?

Лорейн покачала головой и окинула взглядом одежду внучки:

— Ты облилась чаем?

— Да. — Бринн так же осмотрела себя, замечая высохшие пятна на платье.

Нужно срочно переодеться. В ее комнате на втором этаже было немного вещей, которые всегда оставляла у бабушки.

— Обожглась? — участливо поинтересовалась Лорейн.

— Совсем чуть-чуть, — заверила ее Бринн. — Не волнуйся.

Ведьма не ответила, только молча улыбнулась. Совсем чуть-чуть? Тот, кто заполучил первый поцелуй ее непутевой внучки, наверняка не поверил в это «чуть-чуть». Не смог прилюдно выдать себя, останавливая разлившийся чай? Как это знакомо. Но растратил черт знает сколько силы, чтобы исцелить ее. Кто же этот счастливец? Эх, не зря она запила в эти дни…

Кажется, намечалось нечто интересное. Хотя Верховной Миррайн это совсем не по нраву будет, так уж хотела заполучить ее внучку в ученицы. Уже отобрала троих, включая Бринн. Но об этом позже. Хозяйка дома повернулась к внучке с самым серьезным видом.

— Бри, я скоро это… помру… — вздохнула она.

— Что?! — Глаза девушки округлились от услышанных слов. — С чего это ты умирать собралась в расцвете сил?!

— Вот именно, что в расцвете. Устала я бабкой семидесятилетней песком дорожки посыпать. Короче — инфаркт, и прощай старушка…

— Бабуль! — заволновалась Бринн.

Конечно, она понимала, что рано или поздно это предстояло каждой ведьме. Необходимо переезжать с места на место. Или как им: имея семью, играть собственные похороны, прощаясь с близкими людьми, чтобы начать новую жизнь в другом городе. Мера вынужденная. Постоянно скрываться под чарами проблемно и доставляет немало неудобств. Да и не хотелось, в самом деле, тратить годы на подобный маскарад. Лорейн погладила внучку по мягким волосам:

— Это будет лишь начало. Ты не потеряешь меня, Бри. Я только мечтаю увидеть тебя счастливой прежде, чем покину дом семьи Нери навсегда.

— Нет! — Бринн замотала головой. — Я не хочу!

— Бринн!

— Значит, если я буду несчастна, ты останешься? — в горьком отчаянии спросила она.

— Дурочка ты моя. — Лорейн тепло обняла внучку, укачивая. — Он тебе понравился?

— Кто? — не поняла девушка.

— Твой первый поцелуй.

Бринн быстро увернулась из-под ладони бабушки:

— Я домой поеду. А то не успею вовремя…

— Хорошо, я отпускаю тебя. И надеюсь, что ты поведешь себя благоразумно, — проворчала Лорейн.

Бринн ничего не ответила и торопливо покинула дом.

Что за дела? Она возмущенно возвращалась к ожидавшей машине. Понравилось ли ей? Не могло такого быть. Нет.

— Нет, нет и нет!

Это совершенно лишнее. Не желала она иметь ничего общего с Дарреллом и его семьей. Он высказался совершенно верно, когда понадеялся на то, что их пути больше не пересекутся. Эйден прав! А когда она по-настоящему влюбится, то прекрасно поймет это и сразу почувствует. Но любовь не входила в ее планы.

Совсем скоро она ощутит перерождение и станет полнокровной ведьмой. Перед ней откроется столько возможностей. Сама Верховная Миррайн распахнет все мыслимые двери как для одной из своих учениц. Убеждая себя, Бринн уже спокойнее прошла под желтевшими яблонями к дороге, где ее дожидалась машина.

Теплый сентябрьский ветер, напоенный до густоты ароматами природы, колыхнул ветку дерева, под которым минуту назад стояла ведьма. Бело-розовый, никому не приметный бутон яблони среди уже увядших листьев нежно распустил свои лепестки, раскрываясь и подставляя их последним лучам солнца.

По пути обратно Бринн прислонилась головой к боковому окну. Внезапно у нее появилось желание побеседовать с водителем, но девушка передумала, снова возвращаясь к мелькавшей дороге. Кто кого переупрямит сегодня? Она вздохнула, порядком уставшая от этих словесных сражений.

— Было бы прекрасно уехать далеко-далеко, верно? — спросила Бринн у водителя.

Усмехаясь, он согласно кивнул:

— Иногда меня посещает та же мысль.

ГЛАВА 11

Машина въехала на стоянку у дома, и Бринн попрощалась с водителем, выходя на свежий воздух. Он замечательно остужал лицо. Девушка постояла немного на деревянном мостике, перекинутом через небольшой ручей у самого особняка. Затем поднялась на крыльцо и наконец зашла в дом.