Держи меня крепче (СИ) - Джокер Ольга - Страница 34

Преподаватель микроэкономики ходит между рядами и заглядывает в рабочие тетради.

— Соловьева! Ты почему лекцию не записываешь? Мой материал индивидуальный — в книжках такого не найдешь.

— Простите, Игорь Ильич, исправлюсь.

Пришлось прекратить мечтать, потому что надоедливый препод стоял прямо возле меня всю оставшуюся часть лекции. После второй пары я уже бежала в сторону метро, осторожно ступая по тонкой корочке льда, которая образовалась буквально за одну ночь. Еще вчера в город, казалось, вошла весна — выглянуло ласковое солнышко, и оттаял снег, а уже сегодня ударил десятиградусный мороз, развеивая сказку о скорой весне как дым.

В комнатенке, куда нас собрал Али собралось больше двадцати девушек. Мы с Валюшей втиснулись на свободное кресло — подруга села на подлокотник, а я вальяжно развалилась на сиденье.

— Интересно сколько тебе отстегнет Али? — ухмыляется Валя. — Совсем в последнее время отлынивала от работы.

— А шеф и не звонил, — недовольно фыркнула я.

Хотя чего уж лукавить — я этого страх как боялась. Среди толпы девушек не нахожу Лилю — нашу приму. Вопросительно смотрю на Валюшу, потому что подруга уж точно в курсе всех новостей.

— Лилька? Ой! Не поверишь — она ушла в декретный отпуск! — шепчет Валюша мне на ухо. — Ждет ребенка от Али.

— Мама дорогая! Ну надо же.

В комнате становится все жарче, девушек все больше, точно как и пафоса, который витает в воздухе. Я достаю из сумочки тетрадь и машу на себя от невыносимой духоты. Наконец-то очередь начинает двигаться. Мы договариваемся с Валюшей, что по очереди забираем свои конверты и ждем друг друга у центрального входа, чтобы калорийными пирожными отметить мою первую зарплату.

— Соловьева, сказали тебя позвать, — озвучивает Маринка, лениво перекатывая жвачку во рту.

«С Богом!», — слышу голос Валюши за спиной и направляюсь по длинному темному коридору в кабинет босса.

Для приличия стучу и, услышав его одобрение, захожу внутрь. Али попивает зеленый чай и фасует деньги в белоснежные конверты. Одним кивком указывает мне на свободный стул и что-то тихо бормочет себе под нос. Его отвлекать — себе дороже, поэтому я сижу несколько минут в ожидании чуда молча.

— Вот, бери, — протягивает увесистый конверт, и я подумываю, что он просто сунул мне туда купюры по пятьдесят рублей.

— Благодарю, — опускаю заработок в сумку и закрываю на замок. — Али, скажи, почему меня больше никто не нанимает?

— А это скажи спасибо своему Подольскому! Он жуткий собственник. Хочет, чтобы ты сопровождала только его и никого другого.

Широко раскрываю глаза от удивления, прощаюсь и бреду на выход.

Спустя пять минут на улицу выходит Валюша, сверкая от радости как новогодняя ёлка.

— Сколько? — выкрикивает она.

— Что сколько?

— Денег сколько заработала?

— А, да я не смотрела, — отвечаю, беру подругу под руку, и мы двигаемся в сторону любимейшей кондитерской.

Едва мы садимся за дальний столик, как Валюша вынуждает меня заглянуть в конверт. Любопытство — вот основная черта характера моей подруги. Я раскрываю молнию, приоткрываю конверт и чувствую жар по всему телу. Кровь молниеносно приливает в голову, я почти ничего не слышу из-за странного протяжного гула в ушах. Конверт набит пятитысячными купюрами. Руки дрожат от волнения, потому что я никогда в жизни не видела таких денег. Беру мобильный, набираю номер Али, и слушаю три длинных гудка, после которых он наконец-то отвечает.

— Алиев, у меня тут полный конверт пятитысячных купюр! — шиплю в трубку, стараясь не кричать на весь зал.

— Знаю, милочка. Там все верно.

— То есть как это верно? У меня в конверте сумма денег, которая не соответствует моему заработку! — возмущаюсь я чуть громче и вижу, как вытягивается лицо Валюши от удивления.

Я ждала, что Алиев признает свою ошибку в подсчетах, но к такому я точно была не готова.

— А это уже решать клиенту, сколько платить тебе за заказ. Всего доброго, Лиза!

Это же Марк! Точно он! Кто кроме него мог заплатить мне такие деньги? Не успеваю заблокировать телефон и набираю номер Марка, но… «Абонент не может принять Ваш звонок».

— Чёрт!

— Сколько там? — с нетерпением спрашивает Валя.

— Несколько сотен тысяч рублей. Я не считала.

Валюша присвистнула.

— Как же тебе повезло!

— Дура ты, Валька. Ох и дура, — хватаю свою сумочку и выхожу из кондитерской, чтобы подышать свежим воздухом и остыть.

Меня раздирает от чувства долга перед Дашкой и от собственной гордыни, где я — независимая девушка, которая не может принимать раз за разом подарки от своего богатого мужчины. Когда телефон вибрирует я едва не роняю его на пол — жду, что мне перезвонит Марк, но к сожалению на другом конце провода не он.

— Здравствуй, Боря, — приветствую фотографа, про себя чертыхаясь, что за один несчастный день я успела понадобиться сразу двум своим работодателям.

— Привет Лиза! Я уже в Москве. Соскучился по работе в журнале и по тебе… в качестве модели, конечно же, — смеется в трубку. — Сегодня хочу видеть тебя в офисе к шести. Не опаздывай, хорошо? Сувениры и хорошие новости гарантированы, Белоснежка!

Когда слышу свое прозвище, произнесенное голосом Бориса, меня прошибает током. Так называет меня Марк, и только он! Откуда Борис взял это прозвище? Сухо отвечаю, что обязательно приеду, и прошу у Валюши сигарету, чтобы хоть на несколько минут успокоить свою нервную дрожь.

Лиза.

Иду от остановки к дому в гордом одиночестве. Марк так и не появился на связи, поэтому, что делать с деньгами я пока не решила. Перед съемками надо привести свое унылое состояние в удовлетворительное, иначе боюсь, что с таким настроем вполне можно сорвать рабочий процесс. Сейчас залезу под ледяной душ, да мозги свои загруженные расслаблю…

На диване высыпаю из конверта банкноты, раскладываю веером и подсчитываю точную сумму — ровно пятьсот тысяч рублей. Меня знобит от страха — полное ощущение того, что эти деньги я украла. Господи, да я и деньжищ таких никогда не видела, не то чтобы трогать…

Делаю глубокий вдох и складываю купюры на место. И что мне с ними делать? Почему не выпускают инструкцию того, как правильно поступать в сложных жизненных ситуациях?

Звонок в двери едва не разрывает мое сердце на части. Я не делю ничего предрассудительного, но почему-то дико пугаюсь. Быстро прячу деньги под подушку и выхожу в прихожую. Смотрю в дверной глазок и вижу там Тимура.

— Проходи, у меня времени мало, — поторапливаю друга и впускаю в свою квартиру.

— Да я это… ненадолго, короче. Сегодня на стройке мне кирпич на голову грохнулся. Видишь шишка? — он наклоняет голову и показывает мне здоровенную гулю.

— Вижу, Тимур. Ты пришел, чтобы я тебя пожалела? — складываю руки на груди и смотрю на него с раздражением.

— Нет. Я просто вспомнил, где видел твоего дружка… В детдом он часто к нам приезжал. Я вместе с Ренатом часто разгружал его машину, доверху набитую всякими подачками для Ирочки Львовны.

Опираюсь боком о стену и ничего не понимаю.

— А кирпич тут при чем? — спрашиваю я, все еще переваривая сказанное.

— Так после падения кирпича я и вспомнил, что твой мужик часто в детдоме у нас тусовался. Регулярно забегал к Ирочке Львовне на чашечку чая. Все даже думали, что он ее любовник…

— Всё? — мне тут же захотелось стукнуть Тимура чем-то тяжелым по голове. Еще раз, для симметрии. — Это все, что ты хотел мне сказать?

— Ну да, всё.

Придурок. Что несет, а…

— Уходи, Тимур. Спасибо за информацию, но я тороплюсь.

Выталкиваю друга из квартиры и плотно закрываю за ним двери. Обессилено опускаюсь по стенке вниз, обхватываю голову руками и пытаюсь сопоставить все мысли, которые вихрем кружатся у меня в голове. Марк знаком с Ириной Львовной. Марк знаком с Борей. Марк знаком с Алиевым. Кто он вообще такой и случайно ли появился в моей жизни?

Телефон в комнате оживает и увидев на дисплее его имя я с дрожью в голосе отвечаю. Хочется добавить своему характеру твердости и уверенности, но едва я слышу голос Марка, как тут же теряю над собой силу. Растекаюсь лужицей от приятного чарующего тембра его голоса.