Герои сегодняшнего дня (СИ) - Пасацкий Александр - Страница 48

Как гром среди ясного неба, грянул голос диктора:

— А между тем преступники, ограбившие "Коммерческий Кредитный" банк в Москве до сих пор не найдены. В последний раз их видели около Санкт-Петербурга, полиция сейчас проверяет поступившую информацию. Напоминаем, что грабители вооружены и очень опасны, всем, кто располагает сведениями об их местонахождении, просьба звонить по номеру 02…

Девушка в патрульном "уазике" внезапно повернула голову, и посмотрел на меня. Я сглотнул, и отвернулся. Сержант-здоровяк вышел с двумя бумажными стаканчиками кофе, и протянул один напарнице. Та что-то негромко сказала ему и оба снова посмотрели в мою сторону. Я медленно двинулся к трассе, делая вид, что не обращаю на них никакого внимания.

Вышел нагруженный едой водитель фуры, и подошел к своему транспортному средству.

— Извините, вы мне не поможете?

Он обернулся.

— Чего?

— Брат, помоги, я на автобус опоздал, — я широко улыбнулся. — Мне всего двадцать километров по трассе проехать до следующего села, у меня друг заболел, попросил приехать, лекарства привезти.

— Ну, не знаю… — протянул он, с явным недоверием разглядывая мой прикид. — Если мне по пути, то…

— Плачу стольник.

— Тогда ладно, — водила сплюнул. — Залезай.

Забираясь в кабину, я мельком посмотрел в сторону "уазика". Оба сержанта разговаривали, и ни один из них больше не смотрел в мою сторону. Будем надеяться, что они не станут рисковать ради сомнительной награды.

— Тебя как звать-то?

— Семен.

— Ух, ты, меня тоже. Значит, тезки.

Само собой, что меня звали не Семеном, это была чистой воды уловка. В нашей стране тезка — этот тот же кум, сват или любой не кровный родственник, которого ты неожиданно обретаешь на жизненном пути. Вызывает доверие.

Тягач зарычал, водила выкрутил баранку, и фура тяжело выбралась на шоссе. Я заерзал, пытаясь устроиться поудобнее. Вид открывался просто захватывающий — с высоты кабины все остальные машины казались игрушечными.

— А ты механиком, что ли, работаешь? — Семен указал на мою одежду.

— Угу. Мы с братом свой гараж держим. Тачки ремонтируем по всей округе. Могу и тебе что-то подшаманить, если где гремит.

— Да нет, у меня все в порядке. Машину только позавчера дали, еще не успел сломать.

— И куда едешь?

— В Краснодар.

— У меня там тетка живет. Красивые места… Кстати, анекдот хочешь?

— Давай.

— Едет дальнобойщик по трассе. Едет часов уже десять, уставший в хлам, а останавливаться нельзя — график поджимает. Тут видит — проститутки на трассе стоят. Ну, останавливается, подходит к одной, спрашивает: "Что умеешь за сто долларов?" Она, не задумываясь, отвечает: "Все!". А он ей: "Ну, садись тогда, порулишь"

Семен засмеялся. Обстановка как-то само собой разрядилась, и остаток пути мы проделали, разговаривая о жизни. Честные водители-работяги, вообще, сами по себе, натуры доброжелательные. С дальнобойщиками вообще никогда не скучно — они ездят по всей стране, знают массу поучительных и веселых историй, и всегда готовы помочь за дополнительный заработок. С такими проблем не будет.

Мимо пронесся "уазик", наддал, и скрылся вдали. Семен что-то проворчал насчет неугомонных ментозавров, которые специально подрезают водителей, чтобы потом срубить с них штраф за нарушение правил дорожного движения, я охотно поддержал эту тему.

Приблизились к точке назначения, где начиналось село с незатейливым названием "Красная Искра".

— Приехали, — с легким сожалением сказал Семен. — Где тебя высадить?

— Да аж в самом конце, — я выдержал паузу. — Слушай, выпить не хочешь?

— А где?

— У меня друг на ферме живет. Вон, дорога к ней поворачивает. Завернем, выпьем, у него шашлык вчерашний имеется. Ты же наверняка голодный, весь день за рулем.

— Не знаю даже, — протянул он. — У меня график…

— Еще стольник за доставку прямо до места. Иначе обижусь.

— Ладно, уговорил. Вижу, хороший ты человек, а хорошего человека обижать никак нельзя… Мы там проедем?

— Да, там постоянно фуры ездят, свинину вывозят.

Пока он заворачивал, я проверил спрятанный в кармане электрошокер. Быстрое движение, вырубить водителя, перехватить руль, и вытащить ключи из замка зажигания, после чего сработают автоматические тормоза, и фура сама остановится. Впереди показался "Мустанг", стоящий у деревьев. Семен открыл рот, видимо, намереваясь что-то сказать по этому поводу, но не успел.

Ломая мелкие дерева, расшвыривая комья грязи, "уазик" выскочил из леса, и затормозил точно на пути нашего движения. Семен ударил по тормозам, меня кинуло вперед, электрошокер выпал из кармана. Оба сержанта молодцевато выскочили наружу, держа наготове табельные пистолеты.

— Они чё, офигели? — водила повернулся, и узрел игрушку. — Ты че…

Рванувшись, я ткнул его сложенными копьями пальцами в шею. Водитель отключился, и уронил голову на баранку. Из "Мустанга" выскочила Вероника, увидела людей в форме, и пружинисто укрылась за машиной. Оба патрульных вскинули пистолеты. До последнего я надеялся, что они не станут стрелять, сначала попробуют арестовать, но этого не случилось. Загремели выстрелы, стекла "Мустанга" осыпались, несколько пуль пробило корпус.

Распахнув дверь, я спрыгнул на землю, вытаскивая свой пистолет. Пальнул, целясь чуть выше их голов, патрульные бросились под защиту своей "козлика". Орала рация, где-то далеко мычали коровы. Вероника выскочила, легла на капот, и выставила пистолет. Бах, бах, бах! "Уазик" осел на двух пробитых колесах, патрульные огрызнулись несколькими неприцельными выстрелами.

Держась за фурой, я на полусогнутых ногах присоединился к своим. Сердце ухнуло куда-то вниз — сидя на переднем сиденье, Игорь стонал, прижимая ладони к окровавленной груди.

— Быстро, залезай! — рявкнула Ника. — Мотаем отсюда!

Ругаясь, я полез назад через кресло водителя. Выпустив остатки патронов, девушка нырнула внутрь, заняла место за рулем. Когда мы проезжали мимо "уазика", я успел увидеть, как здоровяк лежит без движения, а его напарница что-то говорил в рацию.

— Игорек! Игорь! Куда попало, где болит?

— Три пули… — простонал мой напарник. — Одна навылет…

— Сейчас отвезем тебя в больницу, — Ника вырулила на трассу, и втопила педаль в пол.

— Нельзя в больницу, — я оглянулся. — Давай на дачу.

— Да сейчас весь район оцепят, какая, к хренам, дача?

— Давай на дачу! — я добавил в голос металла. — Или вылезай, я сам поведу.

Ругнувшись, Ника нехотя подчинилась.

— Братцы… — Игорь говорил через силу. — Знайте, что я никогда не был так счастлив, как рядом с вами…

— Заткнись, — угрюмо посоветовала Вероника. — Если будешь говорить так, как будто сейчас умрешь, то я сама тебя добью.

"Мустанг" срезал, проехав через заброшенные ангары, куда раньше свозили зерно. От волнения Ника заехала в тупик, и отчаянно сдала назад, чуть не лишившись заднего бампера. На выезде к нам присоединился белоснежный "Мерседес", и тоже прибавил, держась на хвосте. Я сжал зубы, и полез за аптечкой. Игорь затих, глядя перед собой в одну точку. Я осторожно пощупал его пульс, и почувствовал, как у меня неприятно заныло в животе.

— Вероника.

— Давай не сейчас, а? — она уже подъезжала к даче. — Потом будешь диагнозы ставить.

— Вероника.

— Да что? — девушка затормозила, и обернулась. — Твою мать…

К тому времени, как подошли Тощий и Усатый, все было кончено.

*************

Район гудел, как переполненный улей. Со стороны поселка слышались сирены, распоряжения по громкоговорителю, полицейские машины носились по трассе, как заведенные. Далеко-далеко в ночном небе появился вертолет, и полетел куда-то, освещая все на земле прожекторами. И лишь у нас была гробовая тишина.

Да, именно. Гробовая. Точнее не скажешь.