Гибель отложим на завтра. Дилогия (СИ) - Аэзида Марина - Страница 173

"Мне, регису Эхаскии Иэхтриху VI ведома истинная причина гибели дочери моей, принцессы Отрейи. Ложь государя Отерхейна не способна ввести меня в заблуждение. И с этих пор нет и не будет меж нашими державами союза, пока кхан Элимер II Кханейри не выдаст Эхаскии для справедливого возмездия жену свою, кханне Отерхейна".

Гонец ждал ответа. Элимер пронзил мужчину тяжелым взглядом и отчеканил:

– Ответа не будет. Тебе дается двое суток, чтобы покинуть земли Империи.

Вслед за этим он вышел, по дороге скомкал злополучный пергамент и, поднеся к факелу на стене, сжег.

"Шейра, Шейра, – думал кхан, – я так и знал, что твой поступок обернется для нас злом, а не благом. Интересно, как Иэхтрих узнал правду? Аданэй рассказал? И наверняка Иэхтрих поверил, ведь брат известный мастер убеждать людей. Так, надо отыскать Шейру, предупредить, чтобы была осторожнее. Как бы Иэхтрих не решил…"

И он, ведомый мыслями, отправился в сад, надеясь обнаружить жену. Элимер знал, что большую часть дня Шейра проводила там. Однако в саду ее не оказалось. Равно как и в ее покоях. Равно как и стражники не видели, чтобы она выезжала за ворота. Значит, оставалось одно – комната кханади. Туда-то и пошел Элимер.

Быстро оглядев помещение и убедившись, что Шейры нет и здесь, обратился к кормилице:

– Ты видела кханне?

– Да, повелитель.

– Когда?

– Ночью она приходила за кханади, но так и не вернулась.

– Так почему ты молчала?! – взревел кхан, заставив женщину побледнеть.

Элимер перевел взгляд на пустующую колыбель, замер на секунду, а спустя миг бросился из комнаты.

"Где же ты, Шейра, – думал он почти в панике. – Где?!"

Вчера все было так хорошо, так радостно, она так умиротворенно заснула у него не плече! А теперь куда-то пропала…

Последняя мысль заставила кхана застыть прямо посреди коридора.

На его плече?

Заснула?

Да. Ведь они вместе вернулись из леса, вместе пришли в его покои. Как это могло вылететь у него из головы? Немыслимо! А утром? С утра ее уже не было. И почему среди ночи, когда он видел этот жуткий сон, она его не разбудила, не окликнула?

Или это не сон?! Боль в челюсти… Но ведь это не мог быть Аданэй? Значит…

Нет! Нет, только не это!

Все пронеслось в голове Элимера в мгновение, тело окатило ледяной волной, и он стремглав кинулся в свои покои, к тому самому углу, где то ли во сне, то ли реальности избивал брата. Крови не было, все чисто. Элимер выдохнул с облегчением, но почти в тот самый миг взгляд его уперся в крохотное бурое пятнышко на стене. Конечно, только крохотное пятно, потому что остальное убрали слуги, а его, наверное, не заметили.

Элимер выглянул в коридор и окликнул стражников:

– Кто этой ночью охранял мои покои? Найти и привести ко мне! Немедленно!

Ответом на приказ в самом скором времени стал явившийся перед кханом воин.

– Что ты видел этой ночью?

Стражник не на шутку оробел, но все-таки ответил.

– Повелитель, кханне чем-то прогневала тебя и ты…

– Довольно, – грубо оборвал его кхан. – Свободен, можешь идти.

Стоило стражнику закрыть дверь, и Элимер взревел подобно раненому зверю.

Подобно? Нет, он и есть зверь! Люди правы, он больной, кровожадный зверь! Элимер в ярости, теперь обращенной против себя, принялся колотить стену кулаком до тех пор, пока не перестал его ощущать.

Это как же получается? Он полагал, будто избивает Аданэя, а избивал свою женщину? Свою Шейру?

Он грубо швырнул ее, спящую, на пол, когда она доверчиво покоилась рядом с ним и возможно даже улыбалась во сне.

Он рвал ее волосы.

Он разбил ее голову о стену.

Он преследовал ее в коридоре, пока она, оставляя кровавые следы, бежала в ужасе перед ним, своим безумным мужем?!

И естественно, никто не осмелился ему помешать. Ведь он – кхан. И его жена находится под его властью, как и подданные. Так что даже если кто-то и слышал ее крики, никто и не подумал вступиться.

"Шейра, моя Шейра. Как же так! Я сам себя убить готов, моя Шейра".

Вроде он даже ощутил слезы на щеке. А может, показалось. Но Элимер решил не терять время на бесплодные теперь уже сожаления и терзания, а действовать, пока еще не слишком поздно.

В ту ночь никто не остановил его, кроме Видольда. Может, телохранитель что-то знает.

Кхан быстро спустился в пиршественную залу, в которой в обычные дни любили проводить время многие обитатели замка, от простых воинов до воинской знати. Здесь они обсуждали последние сплетни и обменивались новостями. При появлении Великого Кхана все склонили головы, и позади всех Элимер наконец выхватил взглядом Видольда, который, отвесив поклон, снова прислонился к врезанной в стену колонне, скрестив руки на груди.

– Идем со мной, – обратился он к телохранителю. – Ты мне нужен.

Воин беззвучно отделился от стены и приблизился к кхану, а тот уже повернулся к одному стражу, который на самом деле лишь изображал такового:

– Где ваш главный? – спросил он тихо. – Он необходим мне. Ступай, найди Калнеу где бы он ни был и приведи ко мне. Пусть явится в библиотеку.

Мнимый страж кивнул и бросился выполнять поручение, а кхан, сопровождаемый телохранителем, поднялся по лестнице.

Элимер посмотрел на Видольда, собираясь что-то спросить, но не успел. Дверь растворилась, и показался – нет, не Калнеу, – смотритель темницы Хирген.

– Повелитель, – заговорил он, – вчера ты приказал явиться. Ты сказал, сегодня решишь, что делать с семьями мятежников и…

– Казнить, – бросил кхан, не дослушав до конца.

– Всех?

– Да.

– И детей?

– И детей.

Тут он почувствовал на себе странный взгляд телохранителя.

– Что?! – воскликнул Элимер. – Что ты на меня так смотришь? Думаешь, мне нужны лишние кровники?

– Э, Кхан, да я разве против? – пожал плечами воин. – Наоборот. А то у младенцев, знаешь ли, чересчур хорошая память, – Видольд пристально вгляделся в его лицо, раздвигая губы в кровожадной ухмылке, и добавил: – И голод твоего зверя это утолит.

Кхан первым отвел взгляд и обернулся к Хиргену, который все это время безмолвно стоял у двери:

– Детей младше пяти, – приказал он, – отправить в воинские школы. Пусть растут воинами Отерхейна. А старших продать в рабство. За пределы Империи.

– А девочек? – поинтересовался Хирген. – Их куда?

– Тоже в рабство продайте. Я все сказал. Оставь нас.

Хирген вышел, и снова Элимер остался один на один с телохранителем. Видольд первым нарушил молчание.

– Так зачем ты хотел меня видеть? Ведь не для того, чтоб о казнях поговорить?

– Расскажи, что видел вчера?

– Ты про свою погоню за призраком?

– Да! И отвечай скорее. Мне не до шуток.

– Так я уж вроде все сказал. Твой брат тебе примерещился, ты за ним погнался. Я тебя остановил.

– Спасибо за это. Страшно подумать, что могло бы случиться, если бы… Аданэй мне не на пустом месте причудился. Я за него Шейру принял.