Когда мертвые говорят - Роу Анна Мария - Страница 28

— Но взяла к себе в услужение девицу с подмоченной всем портом репутацией только наша святая Флоренс! — то ли встала на защиту леди Элингтон, то ли окончательно решила очернить ее в глазах гостей капитанская вдова. Если у тебя такая служанка, то ты какова, а? — Не надейся, я своего мнения о твоей крале не поменяла! Просто констатирую факт!

— Думаю, никому не интересна гнусная история прислуги. — Клара изъяла еще одну фляжку из кармана Чарльза. Сюртук благоверного сшили на заказ, и карманов там оказалось чуть больше положенного.

Дверь с шумом распахнулась. Отодвинув дворецкого, в гостиную вошла Руби Додсон, остановилась, давая возможность рассмотреть себя и свой наряд во всех деталях, а потом дерзко подошла к свободному стулу, уселась на него и потребовала чаю. Ее муж тенью проследовал за ней.

Маг обратил внимание, что значок Оксфорда уже был не таким ярким, как несколько часов назад. Ясно, причина в накопителе, который пришлось хорошенько разрядить. Тетушка по дороге в столовую рассказала, что голем испортил все платья Руби. Буквально на клочья порвал. Преувеличила, наверное.

Хотя одежда леди Додсон к традиционному чаепитию выглядела… несколько экстравагантной. Лиф скособоченный, один рукав длинный, второй еле прикрывает плечо, юбка многослойная и короче, чем требуют приличия. Киану не разбирался ни в шитье, ни в моде, но он был очень хорошим магом и мог смело утверждать, что этот образ собирали из двух рваных платьев, шторы, магии и мата. Иначе никак.

— А хотите, покажу фокус? — встрепенулся Киану, прерывая неловкое молчание. Он улыбнулся недовольным и перекошенным женским лицам, подбросил вверх десертную вилку, раскрутил ее и «не удержал». Серебряная вилочка по инерции отлетела к леди Милли, тренькнула о фарфор и выбила чашку из рук пожилой леди. — Надо же, как неловко получилось! Потерял контроль над магией! Такое бывает, прошу прощения!

Взгляд леди Мак-Грегор не выражал ничего, кроме легкой укоризны, в которой колдун легко прочитал обещание грядущего допроса. Уж ей-то было доподлинно известно, что «такое» в последний раз случалось с племянником в подростковом возрасте.

— Да, я читала об этом. — Флоренс дала знак прислуге принести новую чайную пару и наполнить чашку гостьи.

— Леди Мак-Грегор! — У Руби язык чесался, так хотелось похвастаться своей находчивостью и, чего уж таить, властью над мужем. Пришлось хорошо поплакать, чтобы он согласился магически сшить ошметки платьев по ее желанию. А уж своим резервом Додсон дорожил едва ли не больше, чем миллионами. — Я слышала, леди Стивенсон говорила, что вы таки тоже представлены ко двору? — И ресницами хлоп-хлоп. Пусть думают, что дурочка не держит зла на этих золотых курочек, пусть расслабятся, перестанут ждать подвоха, а уж она придумает для них что-нибудь остренькое!

— Да, — скромно заметила леди Милли, которой такая несвоевременная болтливость подруги явно не понравилась. — Но ввиду плохого здоровья я уже лет тридцать там не появляюсь.

— Странно. — Компаньон Элингтона, этот слабый маг Додсон, сверкнул неприятными проницательными глазами. — Мне казалось, я видел вас в Букингемском дворце около месяца назад.

«А сам ты там что забыл?» — вертелось на языке у рыжего. С тетушкой понятно — она заходила на чай с печеньем к своей подруге. Эту версию леди Милли и озвучила.

— Неужели! — всплеснула руками Руби, невежливо перебив Марту. — Ваша подруга служит при дворе? Кем же? Неужели фрейлиной при принцессках?

— Думаю, можно так сказать. — Седовласая леди внимательно наблюдала за слугой, будто не было ничего более интересного в малой столовой, украшенной потемневшими натюрмортами голландских живописцев.

Вдруг руки голема дрогнули, и блюдце с куском ягодного пирога упало на пол.

— Какая жалость! — поджала губы Милли, которая так ничего и не попробовала: ни чая, который так нахваливала леди Клара, ни крохотных пирожных, названных Маргарет «на один бабий зуб», ни вот этого пирога по средневековому рецепту, как уверял лорд Гарольд. Племянничек заигрался!

— А правда ли, — понизив голос спросила Руби, — что принцесса Алиса таки всерьез интересуется женским здоровьем? И настолько бесцеремонна, что может расспрашивать собеседницу про роды и про регулярные кровотечения?

Хозяин дома закатил глаза, Додсон невозмутимо начал терзать десерт. Киану едва не подавился. Флоренс покраснела. Воспитанная леди в разговоре никогда не упомянет темную магию, акушерку, новорожденного, любовника, бородавку и колбасу. Столпам общества, диктующим правила этикета и рекомендующим прикрывать ножки даже у рояля, также не угодили кислая капуста, грибы и редька. Ох и извращались столичные сплетники, передавая друг другу историю, как некая маркиза попала под приворот, завела любовника с бородавкой, а потом ей понадобилась помощь акушерки. Правда, капуста с грибами здесь была ни при чем. Но это неточно.

— У меня она не спрашивала. — Леди Милли потянулась за новым пирожным, которое сноровисто отпрыгнуло от ее руки.

Киану с самым невинным видом оттащил сладость к себе на тарелку. Тетушке сегодня невероятно везет! На блюде с дюжину макарон с джемом, специями и ликером, а она уж очень избирательно их берет! Милли всегда любила сладости, и ей были безразличны их цвет, форма и рецепт, лишь бы с сахаром и побольше.

— Да вы сластена, господин маг, — хихикнула Руби. — Все маги любят сладости?

— Наверное. — Киану был к сладостям равнодушен. Отвлекшись на миг на невоспитанную женщину, которую язык не поворачивался назвать леди, колдун пропустил новый успешный рывок тетушки за конфетой. Но и тут леди Милли ожидало разочарование. В женской дружбе и сотрудничестве.

Со словами «о, с вишенкой последняя!» шоколадный шарик прямо из рук вырвала леди Маргарет и сразу же отправила в рот. Маг приготовился призвать зеленую магию, за смерть закадычной приятельницы дорогая родственница три шкуры спустит, но леди Маргарет только некрасиво вытерла пальцы о салфетку и потянулась за следующей.

Или Киану плохо понимает в подконтрольных ему силах, или у вдовы связка амулетов на шатлене?

ГЛАВА 12

Ищи друзей…

Элингтон бросил пару гневно-разочарованных взглядов на собравшееся общество, послушал трескотню и остроты Руби, рассуждения Додсона, методично разносящего в пух и прах очередной прожект Форстера, залпом допил свой чай.

— Не забудьте, господин маг, — хозяин скомкал салфетку и бросил ее на стол, — вы обещали сказать нам, кто планирует убийство завтра к полудню. Постарайтесь, чтобы никого до этого времени не убили!

— Я отвечаю за свои слова. — Рыжий сверкнул глазами, сдерживая ярость. Плохая она советчица.

— Вы не находите поведение лорда Элингтона несколько странным? — спросил Киану у Флоренс, едва за спиной омолодившегося старика хлопнула дверь. Точнее, бестактным и невежливым, как и его вопрос. Но он маг и следователь, ему простительно.

— Не обращайте внимания, — встрял лорд Гарольд. — Когда тесть не в духе, он не отличается особым человеколюбием.

Когда в духе, впрочем, тоже. Но этими мыслями маг предпочел не делиться.

После ухода хозяина дома Милли и Маргарет собирались продолжить свои разговоры. Когда они сидели у постели Оливии, они успели повспоминать и школьные годы, и своих умерших мужей, обсудили немногочисленных общих знакомых, перемыли кости императрице, ее детям и фаворитам, как же без этого. Но темы для беседы не кончались, да и пожаловаться на наглое и ветреное молодое поколение так хотелось. Хотя ни Маргарет, ни Милли не забыли, что в свое время сами были такими же.

Но Киану, продемонстрировав полное отсутствие воспитания, заявил, что тетушка устала, очень устала и едва на ногах держится, да и самочувствие ее подводит, и увел леди Мак-Грегор из столовой.

Заботливый племянник взял Милли под руку, мимоходом отпустив на волю зеленый поток магии и просмотрев ауру женщины, повел по коридору в сторону их комнат.