После конца (СИ) - Комарова Ольга Александровна - Страница 68

Что-то ей это напоминало. Точнее, кого-то. И судя по довольной ухмылке Стаса, он понял, о чем думала девушка. Так даже лучше. Не пришлось задавать лишних вопросов.

***

Их разместили в небольшом товарном вагоне почти в конце состава. Дали одеяла, подушки, что было несказанной редкостью для их времени. Даже ужин был. Пресловутая тушенка и гречка. Но горячая. Это было ценнее всего.

Ночь была светлой. Впервые Соня видела так много звезд. Наверное, дело было в том, что они все ближе и ближе к югу. Хлопнула дверь. С полотенцем на плечах в вагон зашел Андрей. С волос стекала вода. Слишком довольный вид говорил о принятии самых простых, но таких желанных водных процедур. Мысленно Соня весело фыркнула — попав в уборную поезда первой, вся теплая вода ушла ей. Она еще не знала, что юноша мыться ледяными струями не собирался и отправился в другой конец вагона, использовав всю теплую воду там. Таким образом, сами того не зная, ребята обеспечили Стасу обильное закаливание на ночь. То-то он обрадуется, едва подставит руки под ледяные струи.

— Прости.

Андрей замер у своего матраса, не оборачиваясь, но и не перебивая.

— Серьезно, не стоило так говорить. Я о том, что было той ночью, у костра.

— Забудь.

— Нет, подожди, — она развернулась, впрочем, не поднимаясь со своего места. Одна нога все еще свисала с края вагона, покачиваясь от каждого сильного порыва ветра. — Я ведь действительно несправедливо накинулась на тебя. Глупо было обвинять тебя во всем, особенно в наших с отцом отношениях…

— Соня, — небольшая пауза, на то, чтобы собраться с мыслями. Повернулся, встречаясь взглядом с девушкой и понял — сейчас говорить можно. Только вот настроение на откровения не было. — Пожалуйста, давай не будем. Если тебя это волнует, я не виню тебя. Поверь, твои слова ничуть не задели.

— Тогда почему ты ходишь как в воду опущенный второй день? — знала ответ, но все равно спрашивала. Просто чтобы убедиться.

— А ты догадайся.

— Стас? Ты все еще не доверяешь ему? Что еще он должен сделать, чтобы ты понял — он на нашей стороне.

— Что-то не припомню, чтобы он помог именно нам.

— Надеюсь, ты сейчас пошутил. Он помог сбежать от каннибалов, спас нас из деревни еретиков и довел до поезда.

— Правда? Только вот мне показалось, делал он это исключительно, чтобы спасти себя любимого.

— Господи, твоя мнительность когда-нибудь выйдет тебе боком.

— Я не люблю подозрительных людей и тех, кто в принципе не способен вызывать доверие. К сожалению, твой Стасик подходит под обе категории.

— Ты невыносим.

— Зато ты у нас прямо идеал. Веришь каждому встречному. Если мне моя мнительность когда-нибудь выйдет боком, так и тебе твоя доверчивость. Кому из нас будет хуже — еще большой вопрос.

— Знаешь что?

— Что? — вошедший в вагон Стас прервал едва начавшуюся перепалку, разом сбрасывая все напряжение. Даже в тусклом свете виднелись мурашки на руках. Андрей остался доволен, Соня пожалела мужчину.

— Ничего. Просто разговариваем, — ложась на свое место закинул руки за голову юноша. — Умылся?

— Не то слово. Люблю прохладную воду.

— Оно и видно, — смешок при виде едва трясущихся зубов слегка подорвал уверенность мужчины в себе, но комментировать тот ничего не стал.

— Стас, — он обернулся. Лица девушки не было видно в тени, но это и не нужно. Голос был переполнен эмоциями, не распознать которые было невозможно. — Ты точно уверен, что мы доберемся до порта?

В какой-то степени слова Андрея повлияли на уверенность девушки. Она смотрела в глаза мужчины, ища ответ. Не требовала громких обещаний и фраз. Просто ждала. Еще один внимательный взгляд сверлил Стасу затылок, что напрочь убивало всю уверенность. И что-то внутри сильно сжалось, заставляя сердце пропустить удар. Он хотел рассказать обо всех возможных опасностях. Рисках и трудностях, что обязательно встретятся на пути. Хотел рассказать обо всем.

Но не мог.

— Я обещаю. Все будет в порядке.

Годами отрабатываемое искусство контроля эмоций в который раз спасало мужчину от лишних вопросов. За спиной Андрей пренебрежительно фыркнул, отворачиваясь от остальных. Соня буквально видела, как он закатил глаза. Ну и пусть, главное она услышала нужные слова от Стаса. Обещание, что все будет хорошо. Теперь можно и уснуть со спокойной душой.

Стас же был рад, что не последовало других вопросов. Коротко улыбнулся, кивая в ответ на благодарный взгляд девушки. И радовался, что в темноте не видно беспокойства во взгляде. Иногда незнание лучше правды.

***

На часах была полночь, а в кабине машиниста все еще работал старый магнитофон. Заезженные песни на кассетах не надоедали со временем. От части из-за того, что их было много. Широкий репертуар позволял подобрать музыку на каждый случай жизни. Сейчас играло что-то зарубежное, заводное. Чтобы не хотелось спать.

— Звезд сегодня слишком много, — заметил Анатолий, передавая самокрутку второму машинисту. — К чему бы это?

— Так известно к чему. К погоде ясной, — со знанием дела кивнул Василий, выпуская струю дыма. — Приметы что ль забыл?

— Это я так, тебя проверял.

— Совсем скука заела? — понимающе кивнул мужчина.

— А то ж. тебе не надоело постоянно в окно пялиться? Даже вид за окном один и тот же.

— Зато Родину посмотришь.

— А то за все годы не насмотрелся, — хрипло рассмеялся Анатолий, тут же давясь горьким воздухом. Глаза расширились от ужаса, что не укрылось от внимания товарища.

— Толь, ты чего?

— Он все правильно делает, — тихий посторонний голос заставил Василия резко дернуться, оборачиваясь к источнику звука. И тут же замирая при виде дула пистолета, прижатого к затылку друга. — Какого черта?!

— Только, пожалуйста, не шумите.

От былого веселого настроя Стаса не осталось и следа. Лицо не выражало абсолютно ничего, словно непроницаемая маска, скрывающая эмоции. Рука не дрожала, когда снимал пистолет с предохранителя. Напротив, мышцы напряглись настолько, что в любой момент могли спустить курок. Поняв, что ситуация безвыходная, Василий опустился обратно на место, растерянно гладя перед собой на приборную панель.

— Что тебе нужно?

— Ничего особенного, — ровным голосом произнес мужчина, прикрывая за собой дверь. Также бесшумно, как минутой ранее открыл ее. С учетом шума от состава, это не составило особого труда. — Сделайте остановку на сорок седьмом километре. Всего на пару минут, вам даже выходить не придется.

— Рехнулся!? Там же торговцы! Мы это место проезжаем-то с трудом, постоянно отражая нападения, а ты просишь остановку.

— Неужто в их ряды подался? — убитым голосом спросил Анатолий. И столько горечи было в этом голосе, что Стас не нашел ответа. Промолчал. — Вот уж не ожидал, что ты, да с ними…

— Это всего лишь работа, — не понятно кому эти слова предназначались в большей степени. Казалось, мужчина пытается убедить в этом самого себя. Получалось не очень, но он старался. — Тормози. Не хочется убивать кого-то из вас, так что давайте сделаем все тихо-мирно.

***

От резкого качка состава Соня ощутимо приложилась головой об стену, после чего окончательно проснулась. Тормоза заливисто скрипели, что немало удивило девушку. Никаких остановок не намечалось, тогда с чего бы сейчас поезду тормозить? Да еще и так резко.

Покрутив головой, не обнаружила Стаса, зато нашелся мирно спящий Андрей. Как он еще не проснулся после такого толчка? И где их великовозрастный товарищ? Когда успел проснуться и уйти?

Она уже хотела лечь обратно спать, когда снаружи послышались голоса и топот ботинок. Сон как рукой сняло.

— Андрей, ты это слышишь? — ноль внимания, потому пришлось растолкать парня, чтобы услышать хоть какую-то реакцию.

— Что слышу? — даже глаза до конца не открыв сонно просипел юноша, переворачиваясь на спину. — Приехали что ли?

— Нет, еще ночь. Ты не видел Стаса?

— Что, жениха потеряла?

— Да в конце-то концов!