После конца (СИ) - Комарова Ольга Александровна - Страница 66

И лишь когда пошли последние минуты загрузки взглянул на часы. Без пятнадцати два. Да, лечь пораньше, чтобы завтра, а точнее уже сегодня, заступить на дежурство не вышло. Но результат того стоил.

— Вот черт…

То, что появилось на экране, заставило мужчину подскочить на месте и, опрокидывая стул, кинуться в сторону комнаты Барса. Да и остальных, кому нужна была эта информация. Немедленно.

— Что-то случилось?

Только дежурных не хватало. Роман притормозил, стараясь взять себя в руки. Ссориться с подчиненными Зобина не хотелось, равно как и вызывать лишние подозрения. Значит, вести себя надо нейтрально.

— Нет, все отлично. Только закончил с работой и шел спать.

— Твоя комната ведь в другой стороне.

— Решил прогуляться. Размять суставы.

— Поздновато для прогулок, — их недовольство легко объяснить. Сергей строго-настрого запретил любые перемещения по бункеру после комендантского часа. И сейчас дежурные имели полное право задержать его. Должны были. Только вот помнили, что по-человечески не могут так поступить с тем, кто по званию старше. Это и спасло Романа от лишних проблем. — Тебе бы не гулять по коридорам в такое время. Лишние штрафы никому не нужны, верно?

— Согласен, — сдержанно кивнул Роман, делая шаг вперед. Разговор не предвещал ничего хорошего, а от любого неприятного разговора следует уходить как можно скорее. — Тогда пойду-ка я спать.

Он уже уходил, не опуская напряженных плеч, когда пришлось остановиться из-за оклика.

— В другую сторону.

— А?

— Говорю, твоя комната в другой стороне.

Слишком настойчиво звучало напоминание, что игнорировать его не вышло. Роман благодарно кивнул, разворачиваясь в обратном направлении. Прошел мимо дежурных, молясь всем известным и не очень Богам, чтобы собственное лицо не выдало волнения и скрылся в темноте коридора. Две пары глаз еще долго смотрели ему вслед, но предпринимать ничего не стали. В конце концов, они же все здесь товарищи.

***

— Поднимайся! Барс, хорош спать. Да вставай ты, наконец!

Одноногий мужчина резко сел, пару минут растерянно хлопая глазами, не понимая, что в его комнате забыл Роман. Тем более, что стрелки часов словно в насмешку указывали на три часа утра. И пусть это был лучший друг, но простить такое вероломное прерывание сна трудно.

— Что ты здесь делаешь? Ты на часы смотрел?

— Крепи свою ногу и пошли со мной. Надо обсудить кое-что. И да, Ильдара надо взять.

— Это до завтра не ждет?

— Боюсь, нет, — покачал головой Роман. Он и рад был думать, что это ерунда, но внутреннее чутье подсказывало — лучше не терять драгоценное время. — Это по поводу того файла, который ты нашел.

— Расшифровал наконец?

— Надо было сделать это раньше.

— Все настолько плохо? — уже поднимаясь на ноги с пристегнутым протезом нахмурился Барс. Роман только головой покачал. — Хорошо. Ладно, только… насколько все плохо?

— Намного Барс, намного.

***

Трое людей в небольшой комнатушке остекленело глядели на экран, не в силах подобрать слова. Увиденное не пугало, не отталкивало и даже не вызывало каких-либо вопросов. Оно ставило в тупик. Осознание увиденного приходило медленно, постепенно складываясь в единую картинку. Многие непонятные события последних недель и даже месяцев теперь находили объяснение. И пусть оно было не лучшим, от его наличия теперь зависела судьба всего бункера. Конечно, если правильно сделать следующий шаг.

— Что ты здесь делаешь? — сонный голос Эмиля заставил мужчин вздрогнуть. И пусть вопрос был адресован конкретно Ильдару, обернуться решили все. Как по команде, честное слово. — Почему мама прибегает и в панике просит узнать, что вы тут затеяли?

— Собирайся, — не вопрос, не просьба. Констатация, не требующая дополнительных объяснений. — Мы уезжаем.

— Куда? — сон как рукой сняло. Юноша редко видел отца таким напряженным. И пусть всей правды пока не знал, понимал — спорить и расспрашивать сейчас о деталях бессмысленно. Лучше сделать как велено.

— Ты же хотел помочь нашим друзьям? Вот он, твой шанс. Заодно подними сестру и маму, но больше — никого.

Когда сын без лишних слов кивнул, отправляясь выполнять порученное задание, Ильдар облегченно выдохнул. Радовался, что не пришлось ничего объяснять. Просто потому, что не знал, как преподнести информацию.

— Мы точно правильно поступаем? — этот вопрос волновал всех, но именно Роман осмелился его озвучить.

— У нас есть выбор? — Барс все также смотрел на экран, раз за разом перечитывая строки, пересматривая фотографии. И все равно верил с трудом, хотя доказательства были прямо перед носом. — Если хотим помочь остальным, нужен Виктор.

— Ты уверен, что он…

— Мы должны попытаться, — прервал его Ильдар, поднимаясь на ноги. — Без него люди не поверят. Только он был настолько близок к Сергею, что пользовался практически безграничным доверием людей. Его они услышат. Но не нас, даже если выставим это на всеобщее обозрение.

— Хорошо, но как ты предлагаешь добраться до порта быстро? Времени почти нет.

— Есть у меня одна идея.

И почему-то Барс сразу понял о какой конкретно идее говорит друг. Это может сработать, если все рассчитать. Если они не опоздают. Или не окажутся схваченными людьми Зобина прежде, чем выберутся на поверхность. От успеха первого этапа зависела судьба сотен невинных жизней.

Глава 21

В комнате стоял сильный запах спирта. Нет-нет, но голова все же начинала кружиться даже от простого запаха. Окна плотно закрыты, шторы задернуты, из света только настольная лампа. Старенький генератор под окнами тарахтел, обеспечивая электричеством весь дом. Но не темнота и терпкий запах пугали вошедшего в помещение Артура. Даже не столпотворение абсолютно всех жителей дома, которые выстроились вдоль стен и внимательно смотрели на юношу.

Инструменты. Шприцы с дезраствором, склянки со спиртом и самые крохотные кухонные ножи, вычищенные до блеска, разложенные ровно в ряд.

— Ты же сказала, что это обычная перевязка, — просипел Артур, держась на ватных ногах. Даже боль в руке, которая не давала покоя практически круглые сутки не помогала сдвинуть парня с места. Как стоял у порога, так и не шевелился.

— Прости, Артурчик, но твоя рука… — Надя уже сидела по другую сторону стола, напротив пустого стула. Руки без перчаток, но блестели от влаги. Наверное, тоже спирт. — Ты сам видишь, либо уберем сейчас, либо умрешь от интоксикации. Знаешь ведь, что такое гангрена.

— А антибиотики? Неужели нельзя без этого?

— Мне очень жаль, — покачала головой Надя, поправляя лампу. Старалась не показывать волнение, хотя у самой внутри все сжималось от страха. В голове мелькали картинки из старых учебников, обрывки воспоминаний тех операций, которые видела сама. И все равно никакой уверенности в успехе. Однако девушка понимала — не сделать этого сейчас, потом будет хуже. Слишком велика вероятность летального исхода. — Но придется это сделать. По-другому никак.

Никогда, никогда в здравом уме, по собственной воле Артур не приблизился бы к острым предметам в таком ключе. Он и игл-то боялся, с трудом перенося уколы. Но Надя… понимал, она не стала бы делать этого, не будь столь острой необходимости. И тот страх в ее глазах, та уверенность в правильности тяжелого решения — только поэтому он смог перебороть себя.

С замершим сердцем Соня наблюдала, как ее друг садится за стол напротив Нади, как кладет едва дрогнувшую руку на стол, помогая избавиться от бинтов. На нее было страшно смотреть. Руку словно забрали у мертвеца, пришив живому человеку. Гнилостный запах доходил даже до стоящих у стены людей, от чего те невольно вздрогнули. Как и Соня, остальные не были вольными зрителями. Их задача — вовремя придержать Артура, если начнет вырываться из-под лезвия. А он начнет. Общим голосованием было принято решение не говорить юноше об отсутствии обезболивающего. Последнюю дозу Артур получил днем ранее перед сном и с тех пор справлялся с болью как умел. Превозмогая тошноту, жар, он всеми силами пытался показать, что все не так плохо. Что все в порядке, и он скоро поправится.