После конца (СИ) - Комарова Ольга Александровна - Страница 22

— Что с Марком? — а вот Надя таких проблем с восприятием людей не испытывала. Спасибо золотому ободку на безымянном пальце.

— Дмитрий решил не идти за торговцами, — коротко отозвался Андрей, потирая шею. Его такой расклад точно также не радовал, но повлиять на решение руководства он не мог. Как и любой другой человек из общины. Лидер на то и нужен, чтобы принимать подобные решения. — А ты собирай вещи, — кивнул парень в сторону Сони, от чего та невольно вздрогнула. — Машина готова. Завтра утром выезжаем.

Глава 7

Последняя ночь перед новой дорогой. Казалось бы, надо выспаться, набраться сил, чтобы потом не клевать носом за рулем. Вот только из-за волнения Соня никак не могла уснуть. Сотни мыслей вихрем проносились в голове, не задерживаясь надолго. Такое уже бывало, особенно часто в первые дни после побега из бункера. Но если раньше все мысли до единой сводились к переживанию за отца, теперь же спектр самых разных оттенков эмоций затрагивал и другие, не менее важные темы.

Как там Барс. Девушку до сих пор мучили угрызения совести. Оставила родного крестного с тяжелыми ранениями и полурабочей рацией. Да, у него были сигнальные ракеты. Но смог ли он ими воспользоваться? Или потерял сознания от обильного кровотечения раньше? Неизвестность пугала. Потерять того, кто по большей части заменил ей отца не хотелось.

Интересно, Амира живет одна в комнате или Соне уже нашли замену? В любом случае, по подруге она скучала. Даже удивительно, что в одной семье родились настолько непохожие друг на друга брат и сестра. С самых первых дней знакомства, еще в детстве, Амира стала лучшей, да и что уж таить, единственной подругой необщительной Сони. Общие интересы, взгляды, игрушки на двоих. Они никогда не ссорились всерьез, лишь иногда споря по всяким мелочам. К примеру, как тогда, когда они неделю не могли решить кто из них должен рассортировать книги в комнате. Более того, на чьей половине комнаты они должны лежать. Этот вопрос стал причиной трехдневных распрей, во время которых стопки литературы постоянно перемещались от одной стены к другой. В итоге они, конечно, помирились, забрав равное количество книг на свою законную половину. Вспоминали об этом со смехом, частенько журя друг друга за упрямство.

Другое дело ее брат. Порой Соне казалось, что Эмиль и вовсе не ее кровный родственник. Если бы не внешнее сходство как с сестрой, так и с родителями, она бы полностью уверилась в своей теории. Потому что Ильдар был спокойным, уравновешенным лидером. Матильду обожали все жители бункера, не боясь обращаться с самыми неудобными проблемами по медицинской части. Знали, что ей можно доверять. Амира была просто прекрасным человеком и хорошим другом. Эмиль же был… Эмилем. Его поведение не поддавалось никаким законам логики. На памяти Сони не было ни одного момента, когда они смогли бы пообщаться как нормальные люди. Ссоры и недовольство друг другом вспыхивали буквально из ничего. Хорошо, если рядом оказывался кто-то из взрослых или Амира с Андреем. В первом случае их бы просто заругали за плохое отношение к товарищу, в то время как при другом раскладе Амира начала бы отчитывать подругу за «не девичье поведение, потому что нельзя девочке кулаками размахивать». Андрей в полемику никогда не вступал. Оттаскивал друга куда-нибудь подальше, после чего возвращались оба в уже более спокойном состоянии. В какой-то мере Соня завидовала настолько крепкой дружбе, но в глубине души понимала, что такого друга, как Эмиль и врагу не пожелала бы. Хотя нет, пожелала. Исключительно в профилактических целях.

Остатки сна как рукой сняло, стоило услышать голоса, доносившиеся из соседней комнаты. Смех, разговоры и тихая музыка. Наверное, заводной патефон. Кажется, она видела на шкафу пару пластинок.

Решив, что в ближайшее время поспать не удастся, Соня поднялась на ноги и, пользуясь лишь блеклым светом луны из окна, направилась к выходу. Точнее, в коридор.

Голоса стали отчётливее. Теперь направление источника шума определялось в разы лучше. Соседняя квартира, представляющая собой своеобразную зону отдыха на этаже, сейчас жила своей, активной жизнью. Редко можно услышать столь беспечный смех и радость, почувствовать тепло и пусть лишь на один вечер, но все же забыть о том, что происходит за высокими бетонными стенами.

Соня шла бесшумно, словно не решаясь заглянуть внутрь. На самом деле она просто не была уверена, что ей будут рады. Не такой душой компании была девушка, чтобы легко вливаться в любые беседы.

Проходя очередной коридор, краем глаза заметила замки на каждой двери, независимо от крепости последней. Ещё одна мера предосторожности, призванная если не полностью укрыть людей от опасности, то хотя бы сдержать источник опасности.

Вот и самая дальняя комната, в которой горел свет. Приглушенный, от старых керосиновых ламп и приглушенного ночного света, но его вполне хватало, чтобы разглядеть сбившихся в круг людей. Замерев в дверях, Соня постаралась слиться с тенями, чтобы посмотреть со стороны. Недолго, ей просто интересно над чем они так смеются.

К удивлению девушки, здесь были и её товарищи, с которыми она пришла в блокпост. Под подставкой для цветов, то и дело откидывая падающие на лицо зелёные отростки, сидел Марк. Обычно недовольное выражение лица сегодня смягчилось до нейтрального, что уже было удивительно. Антон с Надей подпирали спинами диван, сидя совсем рядом, но все равно сохраняя дистанцию. Напротив, умостился Артур. На пару с Алисой они планомерно уничтожали запасы колотых диких орехов. Особо трудно поддающиеся плоды девушка отдавала Андрею, который не глядя колол их, продолжая слушать рассказ Нади о работе их собственной водонапорной башни. Что странно, так это присутствие ещё одной особы, которая оказалась здесь вообще не понятно по какой причине. Катерина, которая по слухам должна была быть на дежурстве в госпитале, сидела рядом с Надей, то и дело прикасаясь к собственным волосам. Красивая. Действительно красивая девушка. Даже плохое освещение не отбрасывало неровные тени в попытке исказить правильные черты. Подумала об этом Соня, тут же вспоминая про собственный нос. Возможно, его ещё удастся поправить, но такой, как эта южная красавица, ей точно никогда не стать.

— Соня, ты чего там стоишь? Иди сюда.

Весёлый голос Нади заставил её вздрогнуть, тут же делая шаг назад. Не хотелось им мешать, да и вряд ли удастся нормально говорить с малознакомыми людьми. Но короткая мысль, в тот же миг посетившая её голову, заставила собраться с духом, почти уверенно шагая в комнату. Она же ничем не хуже них, так почему бы и нет? Тем более, что недовольства на лицах ребят не было. Лишь любопытство и интерес, присущие чаще детям.

— Ты чего не спишь? Вам же ехать рано.

— Не хочется, — ложь. В сон начало клонить ещё в коридоре. Видимо немного свежего воздуха хватило, чтобы сонливость вернулась. Вот только теперь желание поговорить с ребятами пересилило усталость. — О чем вы говорили?

— Я рассказывала о том, как у нас вырабатывается электричество. Думала, уже никто не использует генераторы. Это ведь слишком затратно.

— У нас выхода нет, — пожал плечами Андрей. — Рек рядом нет, а стоячий водоём даже для ловли рыбы не подходит — слишком много токсинов.

— Но как же солнечные батареи, ветряные мельницы?

— Бункер находится в низине холмов, так что ветра там немного. А солнце… Когда-то Совет выдвигал идею о переходе на другой источник питания, но её благополучно отвергли, а потом и вовсе забыли.

Слушая все это, Соня невольно удивлялась, чувствуя небольшой укол зависти. Откуда он знает столько подробностей? Ещё и так легко говорит со всеми, словно они знают друг друга целую вечность. Когда-то Соня пыталась также начинать знакомства. Приветливо улыбалась, шутила, старалась проявлять участие к другим. Вот только должного результата добиться не удалось. Долгое общение утомляло, принося лишь дискомфорт и желание побыть наедине с собой. Как итог: из друзей у девушки осталась только Амира. Такая же тихая, но хорошая подруга. Общие интересы и нелюбовь к шумным компаниям сблизили подруг до той степени, что сами они видели друг друга сёстрами.