Академия взрослых (СИ) - Соль Мира - Страница 9

— Нет, — спокойно ответила она. — Мне даже немного стыдно, что на уроках секса ребята из-за меня получают только «удовлетворительно».

— Они что, имели хамство предъявить тебе это? — горячо возмутилась я, едва не выплюнув кофе, которым поперхнулась от её слов.

— Да. — Вэл уселась на кровать и, грустно глядя на свои туфельки, отпила чай. — Даже отличники со мной проваливались, что их очень и очень расстраивало. Я на них не злюсь.

И действительно, обижаться на идиотов — себе дороже. Тем более на недоделанных мачо второго курса.

— Не грусти. Пойдём, что ли, в душ.

— Подожди. — Вилла аккуратно, с нежностью взяла меня за руку. — Я знаю, что наши отношения с самого начала складывались не очень хорошо. Может, для тебя это не будет открытием, но Лексу я ненавидела с первого дня знакомства. Не перебивай, сейчас я объясню почему. — Она подняла на меня взгляд, горящий двумя голубыми топазами. — Она постоянно врёт и выворачивается. Всем и везде. Я как-то спросила, зачем она так делает, когда увидела, что её действия повлекли за собой крупную ссору двух кланов. Лекса ответила: «Мне так комфортнее». Хуже всего, что она не замечает, что пытаясь подстроиться под ту или иную компанию, предаёт не только собственные интересы. Поэтому я её била. Понимаю, что это звучит очень глупо и не все кошки такие, но она — урод.

— Сама ты урод, — послышался презрительный голосок Лексы, стоящей в дверях моей комнаты. — Не слушай её, Ри. Она и не такого наплетёт, лишь бы понравиться тебе.

Хм. Кажется, у нас намечается очная ставка… Ну что ж, посмотрим, кто кого.

Глава 12. Волнующие воспоминания

Я уселась удобно на кровати, взяв в руки стакан с кофе и потихоньку его потягивая.

Взаимные обвинения нарастали.

— Ты только прикидываешься слабой! — кричала Лекса, ничем не обосновывая обвинения.

Вэл же, напротив, сыпала железобетонными доказательствами.

— В начале учебного года ты сорвала концерт хрюшкам, пустив слухи, что они будут использовать в работе ароматы фермы. Ты рассказала это сначала трём сплетницам из нашей группы, а потом дошло и до Высшего совета. И они запретили им выступать.

— Неправда! — визгливо возразила ей Лекса. — Я такого не говорила.

— Говорила, — вмешалась я, видя, что у бывшей подружки явный недостаток алиби, точнее, его полное отсутствие. — Ты и мне сказала то же самое, только ссылаясь на сплетниц Нушу и Беату. Это бесполезно отрицать, с моей памятью как раз всё хорошо. И вообще, меня очень утомил ваш спор. До занятий около получаса, а я даже в душ не ходила. В этом виноваты вы обе.

Вэл и Лекса притихли и растерянно на меня посмотрели. Нет, это конечно, очень увлекательно, когда воюют за твою благосклонность, но слишком длинный спектакль утомлял. Особо унылой была роль Лексы, которая мало того, что сочиняла всё на ходу, так ещё и сама спалилась на многих пакостях. Я наконец поняла, насколько была слепа в отношении к ней. Мне даже в голову никогда не приходило, что тихая и милая с виду Лекса может быть подпольной мегерой. С неё станется.

В мысли ко мне закралась отличная идея, как их помирить, держать на поводке видимой дружбы Лексу, не особо церемонясь с Вэл.

— Вы обе, — обратилась я к ним, — сейчас же уходите из моей комнаты. Я хочу тишины. Жду обеих после занятий. И не забудьте привести себя в порядок.

— Зачем? — обе подруги, бывшая и настоящая, хором задали интересующий их вопрос.

— За шкафом. Поняли меня? — Злостно переглядываясь, они кивнули. — Ну вот и отлично. Кыш отсюда!

Обеих будто смело ураганом. Шустрые девчонки испарились из комнаты, словно и не было их. Только звук захлопнувшейся двери всё ещё стоял в ушах.

Я поплелась в душ. Поговаривают, что кошки воду не любят, но это не обо мне. Тёплые струи воды ласкали тело, путаясь в длинных волнистых волосах, струились, делая процесс ещё приятнее.

В памяти вертелись воспоминания прошлой ночи: Вилла, её горячий язычок и шаловливые пальчики, невинный, испуганный и будто бы удивлённый взгляд.

Массируя себя мочалкой, я с большим удовольствием представляла вместо мягкой губки нежные ручки Виллы. Плечи, ключицы, груди, животик… Когда нежное полотно коснулось особо чувствительных мест, я подумала, что к чёрту ждать вечера, если удовольствие можно получить прямо сейчас. Руки сами скользнули, куда требуется, а упругая струя, выбивающаяся из шланга, лишь ненамного уступала в ловкости язычку Вэл.

Только закрыть глаза и представить, как толстый клубничный леденец поначалу входит в узкую дырочку подружки. Затем выходит, раздразнивая, мимолётно касаясь распухшей от возбуждения горошинки, проходится по розовым лепесткам и опять медленно входит в аккуратную дырочку… Вэл вздрагивает от каждого прикосновения и удовлетворённо начинает постанывать, когда сладкая палочка начинает свой медленный, но напористый ход. Она начинает кричать, когда я уже без особых церемоний кладу на неё бабочку, а леденец, щекоча ноздри устойчивым клубничным запахом, доставляет ей неимоверное наслаждение своим движением. Тоненькие пальчики сжались в кулачки, оставляя на ладошках похожие на маленькую луну отметины. По четыре на каждой… Финальный вскрик.

О, да-а-а-а. Я зашипела от удовольствия и, не упуская такой редкий, короткий момент сладострастия, облокотилась на мокрую стенку душа.

Отдышалась, и уже через полминуты завернулась в полотенце. Вышла в комнату и ещё раз наложила на себя допинг концентрации. Оргазмы расслабляют, а мне это сейчас не очень нужно. Пара слов — и мокрые непослушные пряди распрямились, легли волосок к волоску. Осталось лишь ещё добить «Сушкой»… Ну вот, опять. Переборщила с дозировкой энергии — на голове образовалась плотная, жёсткая грива.

Деваться некуда. Время поджимало. Я стянула непослушные локоны тугой резинкой, подхватила сумку и выбежала в коридор. У лестничной площадки меня ждала Вэл.

— Кого-то высматриваем? — с улыбкой спросила я, хотя и без лишних вопросов знала ответ.

Она жила в другом крыле общежития, и было бы глупо пропускать три лестницы подряд, чтобы спуститься во двор.

— Тебя. Я хотела переговорить насчёт Толлина. Вчера мы были очень заняты, а сегодня нам помешала Лекса.

— У тебя есть дельные соображения? — приподняла я бровь, высказывая некоторое удивление, спровоцированное её последней репликой.

— Да. Думаю, будет лучше, если я стану за ним присматривать. У него редкий случай мании величия, и это могло бы сыграть тебе на руку на гладиаторских боях. И… Не буду врать, меня он тоже тренирует. Хотелось бы пережить очередную весну.

Я задумалась. С одной стороны, это здорово, что есть такие, как Вэл. Двойной агент в стане противника мне бы ой как не помешал. Но и не стоит упускать вероятности того, что эти трое ведут игру против меня.

Срочно нужно будет изучить пару зелий, которые просто необходимы, если вокруг начинают плестись интриги. В прошлом году меня практически никто не трогал, за исключением редких потасовок, организатором которых была я сама.

Подозреваю, Лексе, Толлину и Вилле позарез нужен предмет, к которому я имею непосредственное отношение, но этим грязным засранцам ни за что не получить столь мощное преимущество. Рийзе далеко не наивная дурочка из деревни — это-то вы даже близко не просчитали.

Вслух же я сказала:

— Давай, Вэл. Будет здорово, если ты изобразишь горячую безусловную любовь к Толлину.

— Я думала, ты будешь против, — едва выдавила из себя Вилла, кажется, потеряв дар к связной речи.

— Нет. Просто не хотела на тебя давить. Такой ход, по моему мнению, будет самым приемлемым. Ведь выживать в школе надо всем.

Нет, я так не думала. Я искренне считала, что у каждой расы есть свои слабости и сильные места. Если ты не можешь пробить броню — надо искать зазор. Именно у расы, у противника, подмечая не только физические особенности, но и характер. Поэтому-то я и закончила первый курс. Сидя в библиотеке и изучая манускрипты о нашествиях, выписывая в блокнот общие черты, проявляющиеся даже в тактике и стратегии войн… Это было сложно, но вкупе с наблюдением и раскрытием собственного потенциала, я расправилась с каждым из трёх своих противников ещё в первом круге. Шансов у них не было, хотя общая статистика школы говорила совсем о другом.