Королевская гончая - Штерн Оливия - Страница 54

Он хмыкнул.

— У меня и корабля-то сейчас нет.

Элла задумалась. Потом сказала:

— К Хельму сейчас сестра приехала. Она, правда, не в кампусе живет, но мы же выберемся?

— У нее свой корабль?

Элла невесело улыбнулась.

— У родителей Хельма были деньги только на обучение мальчика. Девочке образование не нужно, поэтому ее давно отдали в торговый флот. А вот на корабль денег хватало, так что сейчас у Хельма гостит капитан собственной шхуны.

Клайв задумчиво отковырнул кусочек коры, повертел его в пальцах.

— Здесь до стоянки аэромобилей недалеко… А где Хельм?

— У сестры еще с утра.

— Жаль, что у нас совершенно нет оружия. Ну что, идем?

Шли, пробираясь за кустами и даже не выходя на дорожку. Потом еще один раз пришлось прятаться, потому что по той же аллее обратно проследовали двое вооруженных до зубов мужчин в масках и Гай Вири собственной персоной. Последний не считал нужным скрываться или прятаться.

— Чего это с ним, — удивленно шепнула Элла, — такой вид, словно на рудниках работал.

И правда, Гай Вири сильно похудел, осунулся, да еще и приволакивал ногу.

— Не знаю и знать не хочу, — пробормотал Клайв и сплюнул в траву.

Вот уж друг так друг…

Оба выдохнули с облегчением, когда из-за густой листвы показались прозрачные купола аэромобилей, но Клайв тут же тихо ругнулся. Было глупо предполагать, что стоянку оставят без внимания. Он насчитал, по крайней мере, трех бойцов.

— Тебе туда точно нельзя, — горячее дыхание Эллы пощекотало ухо, — а мне можно. Давай переиграем. Я подберу тебя у фонтана, иди туда.

— Элла… — горло сжалось от спазма, — ты не можешь…

— Да брось, — она подмигнула, — ищут-то тебя. Никому из студентов ничего плохого не сделали, отношение в высшей степени уважительное. Как будто отпрыски заговорщиков тоже здесь учатся. Конечно, можно было бы попробовать вариант с переодеванием, но они могут сканировать и геном. А я в этом отношении чиста как стеклышко. Так что… давай, Клайв, бегом к фонтану. Только на дорожки не высовывайся.

Элла встала во весь рост, расправила плечи и двинулась вперед с таким видом, как будто она была моделью на подиуме. Вся тонкая, острая, огненно-рыжая… и в те мгновения невероятно красивая, словно полыхающий феникс. Раструбы бластеров дернулись в ее сторону, замерли. Элла даже не дрогнула. Покачивая бедрами, подошла к мужчине в маске и начала ему что-то говорить, эмоционально размахивая руками. Дыхание колючим ершиком застряло в горле. Перед глазами все поплыло, когда боец кивнул, и Элла медленно двинулась по направлению к ближайшему свободному аэромобилю.

Вот она протягивает руку к прозрачной дверце, кладет ладонь на сенсорный замок.

Еще несколько мгновений — и девушка внутри, руки на панели управления. Дверца герметично закрылась.

И тогда Клайв побежал. Туда, к старому фонтану, сминая зелень, до рези в глазах вглядываясь вперед, — не выйдет ли кто навстречу.

Здесь недалеко.

Но аэромобиль, сделавший такую петлю, наверняка вызовет подозрения.

По ним могут начать палить из бластеров.

Аэромобили не имеют никакой защиты.

Вылетая на площадку перед фонтаном, Клайв уже видел, как с неба камнем падает полусфера аппарата. Аэромобиль завис на уровне груди, даже не касаясь земли.

— Давай быстрее!

И он, подпрыгнув, цепляясь руками за кресла, червяком вполз внутрь. Элла рванула с места, как только он оказался в кабине. Лихо, резко — прямо в небо Рамоса.

Клайв оглянулся. Сквозь прозрачный пластик кампус академии был как на ладони — обманчиво-спокойный, купающийся в зелени. Погони не наблюдалось. Пока.

Возможно, они успеют добраться до сестры Хельма, а там и до корабля.

Он потер виски. Надо срочно связаться с отцом…

Руки дрожали, когда набирал координаты на коммуникаторе. Странно, панель изображения не развернулась, тревожно загорелся алый сигнал о недоступности видео.

«Вне зоны доступа».

Хорошо, пусть только звук.

Клайв быстро подправил настройки, и снова раздражающий, хоть волком вой, сигнал «вне зоны доступа».

Значит, император тоже не может достучаться. Плохо, очень плохо.

В империи Квеон везде работает межпланетная сигма-связь. Тогда выходило одно из двух — либо отец забрался в такую несусветную глушь, где связь не работала, либо по какой-то причине не мог воспользоваться коммуникатором.

Выдохнув, Клайв обессиленно откинулся на мягкое кресло. Посмотрел на сосредоточенное лицо Эллы в зеркале заднего вида. И в очередной раз пожалел, что у них совсем нет оружия. Никакого.

Аэромобиль стремительно снижался, ныряя к докам космопорта. С высоты полета доки были похожи на беспорядочное нагромождение серых коробок, обмотанных запутанными проводами. Кое-где получались гнезда, и там лежали игрушечные на вид корабли, большие грузовики, похожие на бочки, крылатые маневренные шхуны, стремительные бриги… Клайв невольно ими залюбовался. Его всегда тянуло к кораблям и открытому космосу. Но раньше, пока превращался в акда, было не до того, а теперь мышеловка и вовсе захлопнулась: пока он единственный наследник, о жизни звездного путешественника можно забыть.

Элла, не отрываясь от управления, активировала коммуникатор на запястье.

— Хельм, что там у вас?

— Пока все спокойно, — отозвался тот по голосовой связи. Видео не было. — Думаю, сейчас жарко у императорского дворца. Давай, Элла, док номер пятнадцать.

Она отключила коммуникатор, бросила на Клайва многозначительный взгляд.

— Видишь, пока все хорошо.

Длинные пальцы пробежались по панели управления, настраивая координаты посадки, и аэромобиль почти камнем ухнул вниз.

Клайв отстегнул ремни, осматриваясь. Сквозь пластик был виден угол дока, исписанный граффити. Его опоясывала гладкая дорога, а по другую ее сторону прилепились несколько зданий, крытых огнеупорной металлокерамикой.

Выбравшись из аэромобиля, он вдохнул полной грудью. Пахло разлитым топливом, металлом и почему-то озоновой свежестью. Садящееся солнце растягивало тени доков и кораблей, словно жевательную резинку.

Пока шли к крайнему зданию, Клайв успел потыкать в коммуникатор. Отец по-прежнему не выходил на связь, и это начинало тревожить. Что происходит? А вдруг и его схватили заговорщики? Нет. Не надо думать о плохом. Надо лететь и разбираться на месте.

Элла решительно потянула на себя дверь, и они вошли в плохо освещенное помещение, судя по всему, бар. Клайв быстро огляделся: у стойки толклись механики в спецодежде, а там, у стены, единственным ярким пятном выделялась шевелюра Хельма. Напротив него сидела такая же, как и Хельм, худая и долговязая девица. Неровно обрезанные волосы прядями падали на лицо, не давая рассмотреть. В руке она держала тонкую сигарету.

— Хельм! — Элла широкими шагами пересекла бар.

— Элла! — Он подскочил, едва не опрокинул тарелку с непонятным содержимым. — Хорошо, что вы успели!

И заключил свою невесту в объятия.

Клайв молча подошел и стал чуть позади. Тлеющий огонек сигареты приковал внимание, но сестра Хельма не торопилась оборачиваться. Не говоря ни слова, сидела и курила, выдыхая белесые облачка дыма. А Клайв наконец смог идентифицировать цвет ее волос — темно-бордовый, как спелая вишня.

— Хельга, — Элла выбралась из объятий Хельма, — привет, дорогая!

— Давно не виделись, — усмехнулась та.

Клайв невольно вздрогнул. Этот голос… Низкий, чуть хриплый и при этом загадочным образом чистый и мелодичный. Голос царапнул по нервам, заставляя кожу покрыться мурашками.

В этот миг Хельга резким движением потушила сигарету, раздавив ее о пепельницу, отбросила назад волосы и повернулась. У нее было узкое лицо, острый нос с горбинкой и просто невероятные глаза, светло-серые, такие неуместные на загорелом лице.

И пока Элла обнимала свою будущую родственницу, глаза эти не отпускали Клайва. Он вдруг ощутил себя обмеренным, взвешенным и проанализированным до самых костей.