Поиск Патриарха (СИ) - Немировский Игорь - Страница 69

Начинающие вникать в реалии мира Вечной Ночи. Молодые вампиры, коих вежливо называли с'шэнами, «получающими знания», но которым на самом деле гораздо больше подходило брезгливое наименование «смолы».

Разумеется, им объясняли правила поведения. Разумеется, их обучали. Разумеется, нарушителей наказывали — подчас весьма строго. Но контраст между прошлым человеческим существованием и новой жизнью вампира был слишком силён. Подобно сильнейшему наркотику лишал всякой критичности к собственным поступкам — и постоянно находились те, кто уже не слышал голоса разума. Чтобы контролировать их, удерживать под своей властью, в результате всё же превращая в настоящих Блуждающих-в-Ночи, главам ковенов год от года приходилось тратить всё больше усилий.

… конечно же, Причастия регламентировались, но полностью их прекращать никто не собирался. Количество воинов — серьёзный аргумент в спорах с соседями, да и за людьми кто-то тоже должен следить. Само собой, кандидаты подбирались тщательно; но едва ли возможно точно узнать, как станет вести себя человек после превращения в вампира. Безусловно, предпринимались все меры, чтобы избежать кризисных ситуаций, но кто может предусмотреть случайность, перепад настроения, всполох эмоций?..

С непредсказуемым поведением новопричащённых приходилось мириться. И быть к нему готовыми.

В нынешнее времена управление ковеном требовало не только колоссальных магических сил, большого опыта и обширных колдовских познаний. Сейчас для этого требовались ещё и острый ум наряду с желанием следить за событиями, ничего не упуская из виду, и умением быстро реагировать на попытки изменить сложившийся порядок.

Следовало проявлять пристальное внимание к происходящему в своих владениях.

Те, кто этого не понимал, в большинстве своём уже встретили последний рассвет.

… Вот что беспокоило Рауля. Он, в отличие от своих наместников, знал, что в данный момент ситуация в ковене нестабильна. Приток молодых вампиров усилил веками существующие трения — и подопечные некоторых виконтов готовы вцепиться друг другу в глотки по малейшему поводу. Спокойствие, уже довольно долго царящее на южных границах, позволило появиться в не занятых делом головах многим крамольным идеям — вплоть до попытки открытого мятежа. А внезапное затишье на границе северной позволяло предположить, что и там в скором времени появиться множество вольнодумцев.

Со всем этим, он, конечно же, справится. Не впервой. Стратегия составлена, исполнители готовы — вопрос только в удачно подобранном моменте.

Однако захватническая война способна взорвать ковен изнутри. Стоит отправить воинов на Западное Побережье, и оставшиеся здесь вздохнут свободнее; стоит ослабить пригляд, и они начнут создавать союзы, плетя интриги за его спиной; стоит попытаться захватить земли, нестабильные ещё более, — и глазом не успеешь моргнуть, как от старых территорий не останется и следа. Подобное лорд уже видел раньше. И не раз.

К несчастью, наместники этого не понимают. Разве что Фарбье… но он явно считает, будто победоносная война сплотит ковен, а не расколет. Или просто собирается проглотить кусок побольше. Впрочем, в последнем Рауль сомневался; не похоже, чтобы виконт затевал что-то против него, он, скорее, искренне считает, что действует на благо всего ковена.

Но сам лорд по поводу предложения коротышки никаких иллюзий не испытывал. И лезть в гудящий улей Западного Побережья не собирался — он не видел там никаких выгод, одни лишь потери.

Пусть серпенты воюют, пусть Орден получает то, что хочет, — Рауль прежде всего разделается со своими внутренними проблемами. А с расширением Змеиного Культа можно разобраться и иными путями. Пожалуй, именно с них стоило бы начать в любом случае.

Южноамериканцы, как он уже пришёл к выводу, вряд ли будут довольны тем, что Тсаресы спелись с Архонтом. В ближайшее время стоит подтолкнуть их к ярким проявлениям недовольства.

— Господа, подведём итоги, — лорд снова взял слово, когда замолчал последний из наместников. — Насколько я могу судить, боевые отряды каждого из вас пребывают в полной готовности. Это похвально. Также радует укрепление границ с монреальским и ванкуверским ковенами. Полагаю, соседи в данный момент не считают возможным проводить по отношению к нам агрессивную политику, что не может не радовать, — он помолчал. — Но не может и не настораживать. Я не считаю усиление ковена достаточным для того, чтобы канадцы кардинально пересмотрели стратегию своих действий. Они ждут нашей ошибки, и воспользуются таковой немедленно. Я надеюсь, никто не одержим мыслью, что наш ковен обрёл статус неприкасаемого?

— Безусловно нет, мой лорд, — только Фарбье высказал согласие с умозаключением Рауля вслух, остальные ограничились жестами или неразборчивым ворчанием.

— Прекрасно. Именно сейчас мы не должны поддаваться искушениям и ввязываться в авантюры. Территории свободников ждут уже не первое столетие — подождут и ещё чуть-чуть. Мы предупреждены о намерениях Культа — за что стоит благодарить виконта Фарбье, — и это уже сыграет нам на руку. Но не стоит принимать скоропалительных решений. Мы укрепим границы, разумеется, не афишируя этого, и будем держать воинов в боевой готовности; однако я считаю излишним вступать в конфронтацию не имея чёткого представления о действиях каждой из сторон. Спрогнозировать действия тех же канадцев, ввяжись мы в войну на Западном Побережье, кажется мне задачей непростой и вряд ли имеющей однозначное решение. Столь же излишним мне представляется нападение на Сплетение без официальной поддержки Ордена. Моё предложение в сложившейся ситуации — выждать.

Слово было сказано — оставалось выслушать мнение наместников. И вынудить их согласиться со своим… но не напрямую.

Лорд, когда возможно, предпочитал добиваться своих целей исподволь. Рассказывая остальным только то, что необходимо, и не распространяясь о том, без чего они сумеют обойтись. Рауль считал, что тот, кто владеет информацией — владеет миром, а у мира может быть только один хозяин. Потому полные данные должны быть известны только ему одному.

Вновь мысленно кивнув собственному давнему умозаключению, лорд обвёл собравшихся спокойным взглядом, оценивая их реакцию.

Разумеется, предложенный им вариант многих не устроил — и прежде всех Фарбье:

— Мой лорд, если вы позволите мне высказать своё мнение…  — Рауль вежливо улыбнулся и повёл рукой, приглашая к продолжению, — Я считаю, что выжидательная позиция нам невыгодна. Если о готовящейся операции Культа стало известно не только нам, то и монреальский, и ванкуверский ковены смогут, вступив в игру на Западном Побережье, завоевать приз, которым в противном случае завладели бы мы. Но даже если они не имеют информации о планах змеемагов сейчас, то получат её тут же, как только те начнут действовать открыто. И результат может оказаться идентичным первому варианту.

— Я поддерживаю виконта Фарбье, — в разговор вмешался Майкл Торнстейн; и вмешался довольно бесцеремонно, но лорд не стал заострять на этом внимание. — Мы не должны отдавать канадцам то, что по праву принадлежит нам!

— Согласен с прозвучавшими доводами, — в пространство произнёс Арричи, второй раз за сегодняшнюю ночь поддержав старого недруга.

Другие участники собрания хранили молчание, из чего можно было сделать вывод, что они свою позицию пока не определили.

Что ж, не так плохо. Пятьдесят на пятьдесят — трое против трёх. И сам Рауль. Теперь осталось немного — и колеблющиеся присоединятся к нему, после чего вопрос можно будет закрыть простым большинством голосов, а не прямым приказом. Лорд не хотел бы, отдавая распоряжения в резкой форме, настраивать против себя кого-то из виконтов.

— Ваши доводы весьма разумны, виконт, — Рауль слегка наклонил голову. — Однако я прошу присутствующих обратить внимание на ряд обстоятельств, — он сделал паузу. — Во-первых, столкновение канадских ковенов с свободниками и Змеиным Культом способно укрепить их позиции в дальней, но не в краткосрочной перспективе. Война всегда связана с определёнными потерями, как вы все прекрасно знаете. Потому мы сможем воспользоваться их действиями в своих интересах, и с моей точки зрения, гораздо более продуктивно, чем прямо сейчас можем воспользоваться действиями одного только Культа.