Атрионка. Сердце хамелеона - Бланк Эль - Страница 55

«Ресторан» (информация из Мировой энциклопедии по состоянию на 2810 год):

— предприятие общественного питания с широким ассортиментом блюд сложного

приготовления (устар.);

— место досуга, совмещающее в себе функции обеспечения потребностей населения в питании, отдыхе, общении и развлечениях (совр.).

Перегнувшись через ограждение, то есть нагло пользуясь тем, что силовой экран не позволит мне свалиться вниз, я восхищенно ахала, Дмитрий сидел совсем рядом за столиком и неторопливо доедал ужин, а под нами медленно скользила идеально ровная водная гладь, перекатывалась через край обрыва, которым заканчивалось плато, и с грохотом всей своей разрушительной мощью обрушивалась на каменные уступы. Закатное желто-оранжевое светило ласкало воду лучами, а брызги разбивали их на многоцветные радужные дуги, утопающие в туманной мгле.

— Как же здесь замечательно! — Подпрыгнув от переполнявших меня эмоций, я с трудом оторвала ладони от ограждения и вернулась на диванчик. С него тоже все прекрасно видно, но мне этого мало, хотелось острых ощущений.

Да, в тот вечер, когда я столь опрометчиво врезалась в своего опекуна, мы никуда не пошли. По просительной интонации, по той легкой скованности, с которой он смотрел мне в глаза, я поняла — ему никуда не хочется. Потому и настаивать не стала. Какой смысл торопиться? У меня вся жизнь впереди! Но Дмитрий все же компенсировал мне мою самоотверженность. И теперь мы пусть полчаса, но каждый вечер (я — после занятий, он — после работы) отдыхали. И общались. Дмитрий много знал и охотно рассказывал мне о Земле. Я с энтузиазмом впитывала новые впечатления. Это же такой багаж эмоций! Для экзота непередаваемо важный!

Полет на стратосферной платформе. Парк с красными деревьями, очень необычными для Земли, где растительность преимущественно зеленая. Берег моря, безумно странного, потому что невероятно спокойного и теплого. Теперь вот водопад…

Бросив последний восхищенный взгляд на природное чудо, я поднялась следом за спутником, вложив ладонь в протянутую мне руку. Усталость, накопившаяся за день, все же давала о себе знать: голова пухла от информации, ужин плотно улегся в желудке и требовал покоя, время позднее, вставать рано…

— А завтра мы куда пойдем? — преодолев нарастающую сонливость, не удержалась от вопроса.

— Завтра?.. — Опекун задумался.

Однако узнать, что же он запланирует, мне не удалось.

— Димочка! — Радостное восклицание, не менее восторженное «ах!» и совсем уж экзальтированное: — Неужели ты вернулся?! Почему не сообщил? Я ждала! И почему не сказал, что сегодня в «Гайяну» собираешься? Я же просто чудом тут оказалась. Утром еще планировала в «Стаккоре» отдохнуть, а потом все же решила сюда. Как почувствовала! Жаль, опоздала. Уходишь уже? А это кто?

Воркующий голос приобрел тревожные интонации, голубые глаза впились в мое лицо изучающим взглядом, в котором мгновенно вспыхнуло отторжение. Я незнакомке не понравилась.

Впрочем, она мне тоже. Нет, чисто внешне красивая: высокая, с отличной фигурой, в темно-синем платье простого покроя, очень хорошо на ней сидящем, волосы шикарные, цвета светлого песка, гладкие, блестящие, черты лица приятные. В общем, все в ней чисто внешне неплохо, но… Но звать моего опекуна «Димочка» — это перебор. Даже если он ее на свидания приглашал. Что за фамильярность?! А может…

Мелькнувшая мысль мне не понравилась ничуть не меньше дамы. Может, у Дмитрия с ней серьезные отношения? Не супруга, понятное дело, иначе бы они вместе жили, но, возможно, она таковой станет в будущем? А что? Ведет себя уверенно, претензии предъявляет, вопросы задает без стеснения. Опять же обращение…

Перевела взгляд на опекуна и поняла, что ошиблась. Ну нельзя на женщину, к которой испытываешь настоящие чувства, смотреть с таким унылым выражением лица.

На душе стало спокойнее. И уверенность, вытесненная неприятными мыслями, вновь вернулась. К тому же Дмитрий скрывать мой статус не стал:

— Рианна, моя подопечная. Извини, Дарьяна, у меня не было времени. Я завтра обязательно с тобой свяжусь.

— Подопечная? Как же тебя угораздило?.. — удивленно моргнула женщина, а когда опекун нахмурился, подняла ладони, наглядно показывая, что с вопросами поторопилась: — Ладно-ладно, прости, я, как обычно, бестактна. Завтра все расскажешь. Пока!

Она лучезарно улыбнулась и стремительным движением подалась к Дмитрию. Руки легли на плечи, губы коснулись щеки… Лишь на мгновение. Отпрянув, Дарьяна взмахнула ладонью и отправилась за столик, который мы освободили. Дмитрий, так и не отпустивший моей руки, потянул меня к флёру. Встреча определенно испортила ему настроение. Он даже тихо чертыхнулся, пока устройство активировал. И не с первого раза нужный маршрут выбрал.

— Почему она так сказала? — спросила я, едва нас окутал конденсат. Даже не стала ждать, пока мы до дома доберемся, очень уж неприятной и непонятной казалась ситуация. Федор Антонович брать опекунство не торопился. Дарьяна на то же самое в отношении Дмитрия намекнула. — Разве быть опекуном плохо? Мама говорила, что это обязанность граждан Конфедерации — заботиться о тех, кто не имеет работы. Правда, это давно было. За это время что-то изменилось?

— Нет, не изменилось. Но опекунство затратно. Не каждый рискнет, если его доходы ограниченны.

— А твои? — Я заволновалась. Ведь у него раньше подопечных не было, значит, содержать их он возможности не имел. — Я тебя не очень сильно разоряю? Ой… — спохватилась, сообразив, что каждый наш поход в ресторан обходится ему недешево. — Давай ужинать дома, я прекрасно обойдусь без…

— Так.

Не дав договорить, Дмитрий подхватил меня на руки и вынес из круга. От неожиданности я прикусила язык и замолчала, недоумевая — чего он этим добиться-то хочет? На объяснение его поступок совсем не похож. Впрочем, последнее я тоже получила, когда на открытой террасе опекун поставил меня на ноги, но не отпустил, а прижал, развернув спиной к себе. Видеть его я не могла, зато прекрасно чувствовала гулкие удары сердца, шумное дыхание и голос, хрипловатый то ли от волнения, то ли от усталости. А может, мне это лишь показалось в ночной темноте, опустившейся на здания, контуры которых были подсвечены мягким сиянием.

— Смотри, Рианна. Небо, звезды, космос, Вселенная… Все это всегда меня манило. Тянуло и оставалось недоступным. Телом я находился здесь, а душой стремился туда. Я жил в уютном мире, созданном людьми, а хотел иного. Чего именно? Не знаю. И откуда у меня такая тяга, тоже не могу объяснить. Пока я был маленький, отец говорил, что это просто детские фантазии и нет в космосе ничего привлекательного, потом списывал все на юношеский максимализм и амбиции… Наверное, поэтому старался организовать мою жизнь так, чтобы не оставалось времени на глупости. По его мнению, глупости. А я все равно мечтал. А еще учился и спортом занимался, потому что надеялся стать одним из немногих, кто отправляется в экспедиции в открытый космос. К сожалению, отбор я не прошел, мне отказали. Тогда Натан Лайрович предложил стажироваться в его отделе. Я согласился. С анализом информации у меня никогда проблем не было, да мне и нравилось. А когда выяснилось, что меня отправляют в командировку на Терру, я был на седьмом небе от счастья! Мне выпал шанс побывать на другой планете, в другом рукаве Галактики! Однако Терра моих ожиданий не оправдала. Она мало чем отличается от Земли. Зато там я встретил тебя… Когда ты пела… когда я в первый раз тебя слушал, ведь голоса почти не воспринимал. Будто в другой мир провалился. Пустыня… Огромные, похожие на корабли живые существа, утопающие в рыхлом песке… Бушующий, практически черный океан… Все это вызвало в душе такой отклик, такую бурю эмоций, словно это и был тот мир, в который я мечтал попасть. Суровый, неуютный, но мой! Рианна, это было бесподобно! Изумительно! Это оказалось круче реальности, глобальнее всех фантазий. Я не знаю, как ты это сделала, но бесконечно благодарен тебе за возможность увидеть мою мечту. А когда ты попала в беду… Рианна, разве я мог отказать в помощи той, которая подарила мне то, к чему стремилась моя душа? Можно ли вообще думать о затратах, если чего-то очень сильно желаешь? Вот так. Понятно?