Атрионка. Сердце хамелеона - Бланк Эль - Страница 54

— Готово, — совершенно буднично известил служащий, убирая инструменты. — Настройки стандартные. Обучение требуется?

— Нет, спасибо, я сам этим займусь, — ответил Дмитрий вместо меня.

Я же завороженно изучала крошечное красное пятнышко на коже. Невероятное ощущение — знать, что я на Земле не чужачка. Я такая же, как все!..

— О чем задумалась? Сомневаешься в своих возможностях?

Мы уже вышли из зала следом за воскликнувшим: «Как время-то летит!» — и рванувшим по коридору, но все же успевшим попрощаться Сарсоном Ярговичем. Теперь Дмитрий крепко держал меня за руку, чтобы быть уверенным в том, что я останусь в очерченных на полу границах флёра, и выбирал на виртуальной панели, зависшей перед его лицом, параметры места, куда нам нужно попасть.

Внимательно наблюдая за тем, как именно и что делает опекун, я его успокоила:

— Нет, что ты! Я очень рада тому, как все удачно складывается. Не верится даже. После всего произошедшего… Можно я попробую?

— Конечно. — Дмитрий осторожно сместил невесомый экран ко мне. — Вот перечень наших последних перемещений. Выбрать из списка и нажать возврат.

— Понятно.

Палец коснулся активатора, и пространство заволокло белым сухим туманом. Вернее, он обрушился на наши головы, скрыв все, что нас окружало, а когда рассеялся, мы уже стояли в холле апартаментов, где жил мой опекун. Я с любопытством проследила за тем, как медленно погасло свечение напольного кольца. Ох, какой же необычный, а главное, удобный и быстрый способ перемещения используют люди, чтобы попасть в нужное место! Флёр… Вчера я засыпала опекуна вопросами, и он честно попытался объяснить мне принцип действия, хотя сам не был специалистом в этой области. Я поняла лишь то, что два таких устройства на небольшом удалении друг от друга при активации образуют между собой соединительный канал — коридор, пролегающий в подпространстве, и сквозь него тебя протаскивает какой-то физический закон. И это было самым удивительным, ведь я никакого движения не ощущала.

— Замечательно, — похвалил Дмитрий мое стремление все освоить. — Сейчас переоденемся и пойдем ужинать. Точнее, обедать, гулять и ужинать. Ты не против ресторана? Боюсь, что при твоей занятости у нас в ближайшее время не появится возможности полноценно расслабиться.

Я активно закивала, соглашаясь. Как можно отказываться от таких приятных перспектив? Вчера мне мало что удалось увидеть: пара офисных зданий, кабинеты, столовая в апартаментах опекуна и спальня, которую я даже не рассмотрела толком, — на кровать свалилась, как говорит мама, без задних ног. День оказался долгим, нервным и выматывающим. Утром же мне было не до любования интерьерами — я на прослушивание настраивалась. Даже от приобретения новой одежды отказалась, опасаясь не успеть. Надела ту, что носила вчера. К тому же она была удобной, я привыкла, а петь лучше в том, в чем тебе комфортно. Но теперь, когда проблемы позади, примерить что-то другое я не против.

— Вот здесь встань. Замри, — инструктировал Дмитрий, когда мы проследовали из холла в гостиную. Отошел, опустился на диван, потыкал пальцами по маленькому экранчику вильюта и разрешил: — Все, можешь сесть. Посмотрим…

Я так и поступила, а потом не поверила своим глазам — я продолжала стоять там, в центре комнаты! Не сразу сообразила, что это всего лишь мой голографический слепок в полный рост.

— Ну вот, — резюмировал опекун, развернув передо мной виртуальную панель, похожую на ту, что показывает гардероб. — Магазин доступен. Лимит на покупку я выставил, то, что не по средствам, заблокировал, остальное можешь примерять. Понравившееся откладываешь в корзину, потом удалишь, если передумала. Справишься?

А то ж! Я с азартом принялась осваивать новый способ приодеться. С увлечением меняла платья, юбки, блузки, обувь, поворачивая свое второе «я», чтобы как следует рассмотреть результат. Даже не заметила, как Дмитрий, поначалу наблюдавший за моими действиями, исчез из комнаты.

Неведомая мне «корзина» представляла собой перечень желаемых покупок и заполнилась моментально — очень уж много всего того, что мне приглянулось. Однако я сообразила, что там немало однотипных по функциональности вещей, потому и удалила две трети, оставив только то, что по-настоящему мне нужно. А когда убедилась, что больше ничего не требуется, подтвердила заказ…

Голограмма моргнула и исчезла, вместо нее появилась объемная надпись: «Благодарим за покупку. Время ожидания — 1 минута 10 секунд». Цифры менялись, мигали, и я зачарованно на них смотрела, с нетерпением ожидая, что же произойдет.

Наконец надпись погасла, и… И ничего. Подождав еще немного, я вскочила, рванула на выход искать опекуна. А вдруг я что-то не то сделала?! Ну и столкнулась с идущим мне навстречу Дмитрием.

Он устоял. Почти. То есть устоял бы, если бы не нес в руках свертки. Наверное, хотел меня поддержать, пакеты посыпались вниз, я же, как-то неудачно скользнув туфелькой по полу, подсекла его ногу, рефлекторно схватилась за рубашку…

Вертикальное положение сменилось на горизонтальное. Быстро, но на удивление мягко. Я не сразу сообразила, что Дмитрий в падении ухитрился развернуться и уронить меня на себя, не позволив удариться. Теперь я лежала на нем, он — на пакетах, а те — на полу. Не знаю, кому из нас было менее удобно, но мое сердечко бешено стучало, не желая успокаиваться. Впрочем… Грудь мужчины под моими ладонями тоже неподвижной не оставалась. Дышал опекун тяжело, смотрел с беспокойством. Волосы растрепались, рубашка порвана… Так вот что трещало!

Ойкнув, я попыталась с него сползти. Верное направление нашла не сразу, руки пару раз скользнули по телу. Голому телу, между прочим! Наконец мне все же удалось переместиться на твердую поверхность. Дмитрий сел, пару раз сглотнул, прежде чем заговорить.

— У меня доставка находится в холле… — зачем-то пояснил, словно это было сейчас самым важным. И только после этого поинтересовался: — Испугалась?

— Немного, — выдавила я, отчаянно краснея. — Больно? Я могу помочь? — в свою очередь проявила заботу, увидев, как опекун потирает ушибленный локоть.

И лишь потом сообразила, что я этого делать не умею. Вот была бы не экзотом, а фидером, запросто бы справилась. А так… Толку от меня никакого. Одни расходы и проблемы. Еще и рубашку ему порвала… И веду себя как ребенок…

В носу защипало, комната поплыла, размылась…

— Ты расстроилась? — спохватился Дмитрий. — Из-за меня? Ну вот еще не хватало! Все хорошо, слышишь?

Он притянул меня к себе, чтобы успокоить, но это почему-то дало обратный эффект. Я позорно разревелась. Всхлипывала, сжимая в пальцах разорванную ткань, но все же слушала, как над ухом раскатисто-мягко искал нужные слова мужской голос:

— Рианна, милая, да если б я переживал насчет каждого ушиба и не умел терпеть! Знаешь, сколько раз мне в детстве доставалось? Я же каждое лето в спортшколе проводил, а иногда и по нескольку раз в году, внепланово приходилось ездить, а там синяки и ссадины в порядке вещей. Вот и привык не обращать на них внимания. Мне обиднее другое было — и Гелия, и Эд оставались дома, а меня за тридевять земель отправляли. Я из-за этого даже постоянных друзей не имел и с родственниками редко общался, а уж про гостей и знакомых говорить нечего. Вот твои же родители и брат пару-тройку раз прилетали, а мне так и не довелось с ними пообщаться…

— Мои родители? Брат?

Я встрепенулась. Нет, я знала, что они до моего рождения дедушку навещали, а потом общение прекратилось из-за политических разногласий Конфедерации и атрионов, но знать — это одно, а видеть свидетеля тому — совсем другое. Хотя как раз «свидетель» из опекуна аховый. Зато есть Эд! То есть нет его, он на Терре. Тогда… Гелия!

— А ты меня с сестрой познакомишь? Она на Земле?

— Познакомлю, конечно. Да и родители, уверен, будут тебе рады. Особенно мама. Ну, успокоилась? Вот и хорошо. — Дмитрий улыбнулся, осторожно провел рукой по моим щекам, стирая мокрые дорожки. — Может, ну его, этот ресторан? Останемся дома? Поужинаем спокойно, а Землю потом посмотришь…