Академия альфачей, или всем лечь на лопатки! (СИ) - Ночка Аркадия - Страница 21

Нет, обходится без спонтанного обнажения. Под фартуком брюки, но края рубашки слишком длинные и не позволяют мне сходу обзавестись знаниями о наличии у нового знакомого выпуклостей или впуклостей.

Что ж, настаивать не буду. И поверю на слово.

Эни протягивает руку и вытаскивает из полумрака коридора блейзер, ‒ видимо, тот висел где-то на стене, ‒ и надевает его на себя.

Получается, он тоже студент. И альфа? Такой миловидненький и худенький? Мои ассоциативные ряды терпят крушение на мелководье реальности.

‒ Ты очень пристально на меня смотришь. ‒ Уголки губ Эни приподнимаются в выразительной полуулыбке. ‒ Не знаю даже, смущаться или гордиться таким вниманием.

Я бы ему посоветовала драпать. Но он-то не в курсе, какие у меня на него были планы, так что ради своей пользы советы сегодня раздавать не буду.

‒ А объятия мне перепали, потому что ты решила, что я девушка? ‒ вдруг спрашивает он.

‒ Типа того.

‒ Тогда буду считать это приветственной наградой.

‒ Как хочешь. ‒ Пожимаю плечами.

Мне бы печалью упиваться, что с соратницей дело не выгорело, но я отчего-то спокойна. Наверное, на меня так этот парень действует. Он не пытается вторгнуться в мое личное пространство. И прямо благоухает адекватностью. Чувствую, что расслабляюсь. Кажется, я все-таки не против подружиться.

Но прежде стоит поумерить любопытство хотя бы в отдельных аспектах.

‒ Похоже, альфы разные бывают, ‒ глубокомысленно протягиваю я, пробегаясь взглядом по изящному силуэту парня.

‒ Если ты имеешь в виду комплекцию, то да. ‒ Эни не перестает улыбаться. ‒ Кого ты уже успела здесь повстречать?

‒ Люкоса, Нико. И Реджи, ‒ охотно делюсь своими так называемыми коммуникативными достижениями.

‒ Тогда ясно. ‒ Эни разводит руки в стороны, будто приглашая рассмотреть себя получше. ‒ Они ‒ альфы своих видов. Мой вид иной. Я ‒ небесный либри.

‒ А я земноходный хомо сапиенс, ‒ быстренько формулирую ответочку. А то тут такими словосочетаниям рубят, а я не при делах. ‒ И бесконтрольная с бесконтрольных земель.

‒ Удивительно. ‒ Он смотрит поверх моего плеча. ‒ Ты кажешься очень хрупкой. Как тебе удалось совладать с лавовой кугой?

‒ А я обаяшка. ‒ Оборачиваюсь, чтобы проверить, чем там заняты Малява и Радик. Слишком уж в помещении тихо. ‒ Ой, фу! Не жри деда!!

Картина идиллии в сладкой сгущенке. Мой песик и моя мебель, успевшие неплохо скооперироваться, щедро делятся своим вниманием с Хранителем. По крайней мере, предполагаю, что дедок с белоснежной бубликовой бородой и есть Хранитель. Радик, прислонившийся краем спинки к стойке, обеспечил удобный путь для моей псинки. И теперь попавший на стойку Малява занят пережевыванием кончика и ближайшего «бублика» бороды Хранителя. В воцарившейся тишине ясно слышно чавканье Малявы ‒ что-то вроде «ом-ном-ном» вперемежку с глухим цоканьем.

У дедка вид отсутствующий. Я бы на его месте не стала закрывать глаза и медитировать рядом с Малявой. Тот, по ходу, решил, что старичок, упакованный в кафтан, — его экстренный запас пищи.

Подскакиваю к стойке, хватаю Маляву поперек живота и стаскиваю на пол. Псинка, ни капли не обидевшись, тут же заваливается мне под ноги.

— Лихо ты с ним, — с неприкрытым восхищением замечает Эни. — Я бы не рискнул. Тем более возиться, словно с настоящим питомцем.

— У меня шпунтики без шариков, а винтики без роликов, — ограничиваюсь этим пространным объяснением и двигаю рукой вверх-вниз перед лицом Хранителя.

Никакой реакции. Смотрит сквозь меня, будто где-то там узрел саму вечность. А ведь всего несколько минут назад общался совершенно нормально.

— Что это с ним?

— В дневные часы Хранитель слегка подтормаживает. — Эни многозначительно поднимает брови. — Утверждает, что общается со звездами. Ближе к вечеру это пройдет. Если хочешь от него четких ответов на вопросы, то приходи рано утром или когда начнет темнеть. В общем, я здесь на общественных началах порой помогаю. Чтобы Хранитель у нас… спокойно в трансе пребывал. Так что можешь и ко мне обращаться.

У меня самой тот еще транс. Ощущение не отпускает с момента, как я узрела перед собой гламурно поблескивающую лысину проректора Зофу. Уверена, это пройдет, как только я занырну в пенную ванну в своей квартирке.

— Помочь с получением вещей? — предлагает Эни, и как раз в этот самый момент в комнату вспархивает сложенная из бумажки птичка.

Странное создание пикирует на подставленную ладонь озадаченного парня и самостоятельно разворачивается обратно в бумажный лист. Похоже, это какая-то записка, потому что Эни внимательно изучает содержимое листа.

Жду, когда и меня посвятят в таинство, принесенное волшебной птичкой. Ровные бровки парня несколько раз прыгают от переносицы к границе роскошной шевелюры и обратно.

Что же там в записульке?

— Кхем… — Эни тихонько вздыхает и пару раз задумчиво бьет себя бумажным листом по лбу.

— Что? — не выдерживаю я. — Что там?

— Это указание от ректора.

— Какое?

Эни поднимает на меня виноватый взгляд.

— Будешь жить со мной, Ася.

Глава 26. Аура и магнит

Жить с парнем? Такого активного пункта в моем списке ближайших дел, понятное дело, не значилось. Тем более в моем идеальном плане расстановки приоритетов.

А как же конфеты, ухаживания, гигантская кастрюлька пельмешек с заткнутым за ручку подсолнухом?

Я готова была пустить на свою жилплощадь только одного мужика ‒ Маляву. Да и он, в конечном итоге, оказался бесполым созданием.

В общем, округляю глаза и заранее опасаюсь обещаемых перспектив.

‒ Возможно, ректор решил, что так будет проще, потому что я живу один, ‒ поясняет Эни, задумчиво сминая в кулаке записку. ‒ Да и комната у меня достаточно по-особенному обустроена. Но так… с бухты-барахты и вместе? Честно говоря, это указание заставило меня растеряться.

Растеряться? У меня тут целый день шок на шоке и шоком погоняет.

Не виноватая я. Меня сюда силой затащили.

‒ Проблема была бы решена, если бы я знала способ, как отсюда уйти. ‒ Присаживаюсь на Радика, потому что мохнатые лапы снова начинают проявлять свой мятежный дух. ‒ Вжух! ‒ Показательно выстреливаю рукой вверх. ‒ И я уже дома. Никому не мешаю. Ни к кому не подселяюсь. Чуешь намек?

‒ В записке сказано, что ты зачислена по программе для беты-стипендиата. ‒ Эни косится на Маляву, тыкающегося в мою ступню плоским носом. ‒ Хотя и так понятно, раз это создание здесь. Куга признал за тобой победу.

‒ Я всего лишь взяла его домой и накормила. ‒ Не то чтобы утомляет объяснять одно и то же, но никак не пойму одно: почему предположительно жуткое существо ‒ мой Малява ‒ вдруг так привязался ко мне. Да еще и признал до такой степени, что местная магия условий распознала в этом мою победу и дернула меня сюда.

‒ Возможно, было что-то еще. ‒ Эни собирает по полу мои тапочки. Похоже, они слетели с меня, когда я на него с объятиями набросилась. ‒ Или все проще: ты особенная.

‒ Сериальчик на сто сезонов глянь. Или фильмец. Там каждый первый особенный. ‒ Пожимаю плечами. ‒ Давали бы мне везде скидки и сверху презенты накидывали, тогда бы я согласилась с собственной особенностью. А так ‒ трудись, и будет тебе результат. Верю пока только в это.

‒ Не любишь, чтобы было просто? ‒ Он неожиданно опускается на одно колено ‒ прямо как в романтических мелодрамах, от которых моя подруга Оля нещадно плевалась, а в арбузиковом состоянии ‒ пускала скупую халтурную слезу. Эни придерживает мои ноги и осторожно надевает мне кроличьи тапки.

С интересом наблюдаю за его лицом. Ведь сейчас он очень близко от Малявы. Между ними нет и метра.

‒ Да, мне не по себе, ‒ распознав заинтересованность в моем взгляде, сообщает Эни, аккуратно выпрямляется и неторопливо отходит в сторону. ‒ Куги ‒ опасные создания. А у меня при себе нет даже простых средств защиты.

Смотрю на Маляву. Того мой новый знакомый явно не интересует. Песик покачивается, а затем ныряет мордочкой вперед и разваливается поверх кроличьих тапок. Секунду спустя до нас доносится мерное поскрипывание ‒ его сопение. Вырубился как комп без заряда.