Марионетки в зазеркалье (СИ) - "Extyara" - Страница 56

========== Глава 13. Сделка ==========

Стены палаты были выкрашены бледно-бежевой краской, от чего даже тени по углам казались высветленными и жидкими. Чуть более тёмные занавески на окне то и дело наводили на мысли о сильно разбавленном молоком кофе. Сейчас Карл согласился бы и на растворимый с молоком, да что там, даже с сахаром. Выпить бы хоть чашечку.

Смирительную рубашку на него больше не надевали: врач выразил ярый протест на требования следователя. Это было столь забавным и в то же время милым, то, как о нём пытался заботиться его бывший студент, а ныне лечащий врач. Любопытно было бы взглянуть на его лицо, понадобись та всерьёз. Хотя, вероятно, тогда его голову занимали бы совсем иные мысли.

Карл в который раз потёр запястье. Перед визитом следователь всё же потребовал, чтобы на него надели хотя бы ленточные наручники. И теперь те слабо стягивали его руки, не причиняя, впрочем, иных неудобств, кроме слабого зуда. Материал был жёстким и царапал краями кожу, вызывая желание сдвинуть ленту и растереть то место, где она прилегает.

Карл вздохнул, когда его мысли вновь вернулись к обещанному кофе, как только визит закончится. Тот длился, казалось, уже вечность. Следователь щёлкнул ручкой и что-то записал в свой блокнот. Так как их беседы сводились к молчаливому созерцанию стен, потолка и окна палаты, Карл всерьёз подозревал, что тот изрисовал уже с десяток листов за все свои пять, кажется, визитов. И признаться, не отказался бы взглянуть на эти рисунки.

Мистер Невас был одним из следователей, расследующих террористический акт, произошедший в научно-исследовательском центре компании. По крайней мере, так это было подано общественности в недавнем выступлении одного из генеральных директоров компании «Шорох». И, в общем-то, стоило признать, выступление было более чем продуманным и подготовленным. Все сомнительные слухи были развеяны, виновных обязались непременно отыскать в скором времени. Компания не скупилась на приличные суммы компенсаций семьям пострадавших, а так же взяла на себя все расходы и организацию похорон. Так же компания выразила заинтересованность в сотрудничестве с правоохранительными органами, предоставив всю запрашиваемую документацию по объекту и несколько следователей отдела внутренних расследований.

— Вы, вероятно, полагаете, что молчание — хорошая защита, мистер Пассед, — спустя час бесцельного созерцания его лица, произнёс мистер Невас. — Но молчание не поможет вам выйти отсюда, чтоб вы знали. Иногда сотрудничество — самый простой и эффективный способ придти к компромиссу, что устроит обе стороны.

— Вы готовы выдвинуть мне какие-либо обвинения? — тут же поинтересовался Карл. — Тогда я бы хотел, чтобы при наших встречах присутствовал адвокат.

Мистер Невас скривился, словно у него внезапно разболелась голова. Залёгшие под его глазами тени, казалось, лишь разрастались от визита к визиту. Он устало потёр переносицу и перевернул страницу в блокноте.

— Разве я говорил что-то об обвинениях? — переспросил он, поднимая глаза. — Сотрудничество — это всё, что от вас требуется. Ответив на несколько наших вопросов, вы помогли бы сдвинуть дело с мёртвой точки, и мы, в свою очередь, помогли бы вам сдвинутся с того места, где вы остановились.

— Боюсь, вы выбрали неверную мотивацию, мистер Невас, — Карл вновь поправил ленту наручников, внимательно рассматривая собеседника. Тихо скрипнул крепёж. Этот негромкий звук заставил того едва заметно вздрогнуть. — Это место я считаю замечательным, — приветливо улыбнулся Карл. — Заботливый персонал, любопытные соседи, пятиразовое питание и так много времени для продуктивных исследований. Вам клиника кажется жуткой? Как по мне, тут просто курорт.

— Уверен, вы ещё измените своё мнение, — захлопнув блокнот, заявил мистер Невас. — Подумайте хорошенько о будущем, мистер Пассед. О том, чего вы лишились и чего ещё можете, — он поднялся с места и направился к двери.

— Я должен воспринять это как угрозу? — поинтересовался Карл, рассматривая напряжённую спину следователя и его помятый пиджак.

— Лишь дружеский совет. Вы размышляете о настоящем, подумайте лучше о будущем, о перспективах, — мистер Невас перешагнул порог. — Перспективы, мистер Пассед, — добавил он перед тем, как закрыть дверь.

Карл устало вздохнул и сдвинул в сторону лёгкую шторку. Из окна его палаты открывался вид на двор и ворота клиники. Мистер Невас пересёк тот по самой короткой дорожке. Шаги его были размашистыми и резкими, в одной руке он сжимал ручку тёмного кожаного портфеля, в другой телефон. За воротами его уже дожидалась машина.

Карл перевёл взгляд на тонкие, едва уловимые очертания призрачной руки на подоконнике. Та размеренно махала следователю вслед. Карл откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, дожидаясь обещанного кофе.

Долго ему ждать не пришлось: уже буквально через десять минут щёлкнул замок, и на пороге палаты показался невысокий щуплый молодой мужчина. Накрахмаленный халат топорщился на его узких плечах, как на неудобной вешалке.

— Профессор Пассед, — негромко позвал он, — я принёс вам кофе.

— Спасибо, Марк, — улыбнулся Карл, забирая кружку у того из рук. — Насколько знаю, мою лицензию отозвали, — заметил он, делая небольшой глоток.

— Для нас — ваших студентов — вы всё равно останетесь ведущим психотерапевтом и научным деятелем, что бы кто ни говорил, — горячо заметил Марк. — Давайте я сниму наручники. Это следователь, как его там?

— Мистер Невас, — подсказал Карл, без сожалений отставляя кружку на стол: кофе из здешнего автомата вообще мало походил на кофе, и вытянул вперёд руки.

— Да, именно, мистер Невас ведёт себя просто возмутительно, — продолжил Марк, ослабил ленты и стянул с него наручники. — Очевидно, что пережив столь шокирующие события, любой человек будет не в себе какое-то время, но утверждать без должного обследования, что тот безумен и опасен для общества — это просто оскорбительно. Какое право они имеют держать вас здесь...

— Компания милостиво оплатила мою реабилитацию в этой клинике, к чему же отказываться? — поинтересовался Карл, прерывая праведное негодование Марка. — Мне, так или иначе, пришлось бы проходить реабилитацию и полное обследование. Так почему бы не сделать это за чужой счёт?

— Это понятно, — тот сразу же растерял весь свой боевой настрой, — но разве вы не возмущены таким отношением?

— Разве что самую чуточку, — усмехнулся Карл, допил содержимое кружки и поднялся на ноги. — Скажи мне, Гвен сейчас внизу?

— Да, вроде бы рисует, — подтвердил Марк.

— Могу я спуститься вниз? — поинтересовался Карл.

— Разумеется. Профессор Пассед, а чем вас так заинтересовал этот пациент? Его история болезни ничем не примечательна.

— Он очень интересный собеседник, — отозвался Карл.

Гвен сидел прямо на полу в самом углу и выводил цветными мелками на доске круги, овалы и ломаные линии. Сегодня он использовал только оранжевый и тёмно-синий.

— Тревожный рыжий и спокойный синий? — поинтересовался Карл, опускаясь на пол рядом.

— Сладкий и кислый, — негромко отозвался Гвен, продолжая выводить узоры.

— Как персик и слива? — предположил Карл, рассматривая яркую радугу на упаковке с мелками.

— Персик слишком большой, — Гвен нахмурился и, подхватив губку, взмахом руки стёр половину своего рисунка. Затем он плавно соединил оранжевые пучки линий, похожие на вспышки фейерверков, длинной змеящейся синей.

— Тогда абрикос? — предложил Карл, рассматривая изображение на доске.

Гвен задумался, опустил руку и перестал рисовать. Потом медленно кивнул.

— Абрикосы и сливы разные, но весьма похожи, — Гвен умиротворённо улыбнулся, стёр верхнюю часть рисунка и принялся пристально рассматривать оставшуюся.

— Не подскажешь мне, сколько цветов в радуге? — спросил Карл, краем глаза заметив появившегося на пороге Марка.

— Семь, — тут же отозвался Гвен и, не глядя, выбрал из коробки нужного цвета мелки, выложив их в столбик один под другим.