Миллстоун и старые загадки новых территорий (СИ) - Заклинский Анатолий Владимирович - Страница 31

Задумавшись, Джон уже не видел этой разрухи, потёртости временем и старой пылью. Перед ним находилось полноценное поселение. Возможно, то были лишь его домыслы, но ему виделся второй этаж, выполненный менее основательно, и поэтому не доживший до нынешней эпохи. А может быть, его разрушили уже сейчас. Из тех материалов, из которых он состоял, можно было выстроить вполне приличное по местным меркам самостоятельное жилище. Бетонные блоки, скреплённые прочным составом из прошлого, куда сложнее было отделить от общей конструкции и утащить, вот поэтому все они и остались сейчас на месте.

Кое-где, кстати, можно было видеть подобие второго этажа, в виде плотной тряпки, натянутой меж четырёх столбов, стоявших по углам здания. Вполне неплохое укрытие от Солнца и жары, особенно при наличии ветра, дующего из долины.

— И куда нам тут идти? — спросила Шейла.

— Доверимся нашему другу. Он пока ещё не остановился, значит, и мы не будем. Подозреваю, что он здесь бывал и представляет, что тут к чему.

— Мне почему-то кажется, что и с ним здесь не захотят говорить, а с нами уж и подавно.

— Ну, — протянул Джон, — я надеюсь, что ни до чего плохого дело не дойдёт, но держи оружие наготове.

— То есть, ты считаешь, что это они нападают на наших?

— Всё версии, моя милая, — сказал он, улыбнувшись, — всего лишь версии. Хотя, если бы мне сказали, что так выглядят пустынники, до того, как я видел одного из них, то я бы не удивился.

Джон как раз обгонял одного местного жителя преклонных лет с большой седой бородой и длинными волосами. Конечно, он не был облачён в непонятную ткань, не имеющую никакой формы и цвета, но его застиранные широкие штаны и некое подобие самотканой рубахи выглядели диковато.

— Интересно, чем они здесь зарабатывают на жизнь? — сказала Шейла.

— Думаю, это понятно. Я почти уверен в том, что тут есть вода. Если не сохранился древний механизм подачи, то хотя бы осталась скважина, которой они научились пользоваться. Вот уже неплохой источник дохода, ну а потом, может быть, кто-то из них что-то выращивает на заднем дворе, или добывает ещё где-то. Да и, — Миллстоун оглядел несколько домиков, которые явно пустовали, — сдаётся мне, не такое уж большое здесь население.

— Ну, я бы не хотела здесь жить.

— Это твоё первое впечатление. Они просто нелюдимы. Не привыкли к тому, что может существовать и успешно функционировать централизованная власть. Вот и смотрят так, создавая зловещее впечатление.

— Нет, — сказала она, — мне тут не по себе.

— Интуиция. Посмотрим, насколько она говорит тебе правду.

— А что говорит твоя?

— А моя пока что молчит. И одна, — он посмотрел на Везунчика, сидевшего рядом с Шейлой, — и вторая. Хотя, если наш друг мог бы решить любое дело, зачем бы тогда нужны были мы?

— Может, нужно было пойти с ним по следу?

— Это мы оставим на потом. Если уж совсем ничего не найдём. Я просто боюсь, что следов там столько, что мы будем долго плутать. Если не сократим себе работу, то тогда уже займёмся. И потом, не забывай — так мы найдём саму машину. Но она, как ты понимаешь, не по своей воле выходит в ночь, и уж конечно, сама по себе не стреляет в проходящих мимо людей. За ней стоит кто-то ещё. И именно этот кто-то нам и нужен.

В следующую секунду Джон резко нажал на тормоз, потому что ехавший впереди Филлз внезапно остановился. Его машину даже немного развернуло. Миллстоун выкрутил руль в противоположную сторону, чтобы объехать его, если они не успеют остановиться. Столкновения удалось избежать, и ему открылась картина, как несколько человек, вооружённых ружьями, перегородили дорогу зелёному внедорожнику. По их виду можно было понять, что настроены они очень решительно.

НЕВЕРНЫЕ КОЛЕБАНИЯ

Заводилой компании был Ричард Денсвилл. Это он стоял посреди с автоматической винтовкой наперевес. Джон уже было подумал, что они нарвались на серьёзную засаду, которая так и поджидала первых же жителей федерации, чтобы напасть на них и убить. Однако это были те, кого он называл неопределившимися. Они вроде как и не против федерации, но и не очень хотели прощаться со своей прежней жизнью, хотя навскидку сами бы не назвали существенных достоинств, стоящих того, чтобы за них погибнуть.

Они дали Филлзу возможность показать своё удостоверение, которое усилило их колебания, после чего они опустили своё оружие. Сейчас Денсвилл — коренастый мужчина с огромного размера усами — сидел напротив Миллстоуна и его спутников и сверлил их твёрдым взглядом своих карих глаз, в котором Джону почему-то виделась тень неуверенности. Они расположились в одном из пустующих домиков, который был бы похож на кафе, если бы не беспорядок царивший вокруг. Даром, что здесь был неплохой некогда круглый столик и доживающие свои последние дни грубые табуретки, выкинутые, очевидно, кем-то из местных. Другие же жители создали из хлама подобие упорядоченности, чем сейчас и удалось воспользоваться.

— А я уж подумал, что вы насчёт присоединения, — сказал он, когда Филлз объяснил, что прибыл всего лишь узнать, не видел ли кто-нибудь из местных жителей чего-то странного в последнее время.

— Это им вы уготовили такой приём? — спросил Джон.

— Мы боимся пустынников, — уклончиво ответил Денсвилл, — они уже несколько раз пытались подделаться под наших, чтобы насолить нам.

— Если я правильно понимаю, пустынники находятся по другую сторону.

— Они тут со всех сторон, — заметил главарь, — мы уже не первый день с ними живём, так что представляем, что могут эти сукины дети.

— Кстати, вот об этом я и хотел вас спросить, — сказал Джон, — насколько я знаю, пустынники воинственны и очень опасны, но вам удалось выживать долгое время бок о бок с ними. Хотя, как мне кажется, гораздо проще было бы уйти.

— Это вам так кажется, а мои предки жили здесь гораздо раньше, чем появились эти чёртовы язычники. Это наша земля, и мы не уйдём.

Джон должен был признать, что такое объяснение звучит гораздо лучше, чем если бы Денсвилл просто сказал, что им нужна вода и какие-либо ещё блага, которые им обеспечивает место проживания.

— Хорошо. Я думаю, с появлением здесь федеральной армии у вас будет меньше хлопот, — сказал Филлз, — хоть сейчас мы и столкнулись с определёнными трудностями.

— Мы, кстати, именно об этом и хотели спросить, — сказал Джон, — не видели ли вы в округе чего-либо странного?

— Нет, — пожал плечами Денсвилл, — а что так беспокоит федералов?

— Кто-то напал на очень важную колонну. Хорошо, что нет потерь, — принялся объяснять Филлз, что не слишком нравилось Миллстоуну, но у него хотя бы была возможность следить за реакциями усача, — но мы обеспокоены.

— Да это пустынники. Как пить дать, пустынники, — Денсвилл поморщился, — если бы они не могли обходить нас, я бы и сам помог федералам задать им жару, но мы тут вынуждены в первую очередь оборонять себя и своё добро.

— Мы понимаем, — сказал Миллстоун, — и нам не требуется силовая помощь, но весьма желательна была бы помощь информационная. Если бы вы что-то видели или слышали, это было бы очень ценно.

— Да вроде бы ничего, — усач пожал плечами и немного задумался, — а что мы должны были слышать?

— Громкий вой. Примерно так описывают солдаты федеральной армии, — сказал Филлз, — и шум песка.

— Ну, — усмехнулся Денсвилл, — песок у нас здесь шумит днём и ночью, да и вой не редкость. Ветер, как-никак, — а в долине куча камней. Вот он попадает меж них и воет.

— Мне думалось, — сказал Филлз, — что этот звук несколько другой. Федеральные солдаты тоже не первый день живут в такой местности и смогли бы отличить.

— Ну, значит, до нас этот ваш очень необычный вой не доходит, извините уж.

— А вам ни разу не попадалась на глаза крупная техника? — спросил Джон, — может быть, кто-то ездил по долине или вообще. У вас тут, я как я понимаю, достаточно крупная дорога, только ей сейчас мало кто пользуется.

— Это уж точно, — снова усмехнулся усач, — тем более теперь, когда между нами и республикой обосновались всякая нечисть. И техники я давно не видел.