Загробная карьера Саши Маузера (СИ) - Пасацкий Александр - Страница 54

— Тс-с, — я остановился, и приложил палец к губам. — Слышишь?

— Ничего не слышу, — прошептала Даша. — Может, взлететь наверх, и посмотреть?

— Пешком ходи, а то уже совсем разленилась. То летаешь, то лежишь. Тем более что твоего Гермеса я специально дома оставил, пусть отдыхает.

— Ты же сам хотел, чтобы я летать научилась!

— Помолчи.

За несколько недель жизни в джунглях мне отчасти удалось, по примеру Мафую, научиться напрягать все свои органы чувств, ловя каждый звук, каждый шорох, засекая взглядом каждую тень. И теперь, когда напряг слух, то услышал какое-то странное, быстро приближающееся справа шуршание в траве.

— Саша…

— Т-с-с, — держа Дашу на расстоянии вытянутой руки, я снял с плеча винтовку. — Приготовься бежать.

Внезапно вверх взметнулось что-то длинное и пестрое. На несколько секунд я увидел крошечные желтые глаза, гладкую морду и шипящий язычок небольшой такой змеи. А потом в мое тело, чуть ниже пояса, вонзились два клыка, и меня скрутило в приступе яростной боли. Выронив винтовку, я рухнул на землю, корчась в судорогах.

— Маузер! Вот, блин! А ну, пошла отсюда! — раздались хлесткие удары — храбрая рыжая прикладом своего ружья отогнала змею назад в траву, и испуганно склонилась надо мной. — Укусила, да? Где, куда? Потерпи, я сейчас вызову ребят на подмогу.

— Ага, — я сцепил зубы, стараясь перестать обращать внимание на боль — еще один прием, заимствованный из арсенала Мафую. Ведь боль сама по себе не несет никакой угрозы, это предупреждение организма о том, что случилась, или случится какая-то беда. — Там у меня рация.

— Все, вызвала. Вот змеюка поганая! Слушай, а вдруг она ядовитая?

В том, что змея были ядовитая, у меня лично уже не оставалось сомнений — по всему телу разливалась какая-то слабость, везде обильно выступил пот, во рту появился привкус желчи. Приплыли, блин. Охотник на чудовищ позорно сдох от укуса какой-то маленькой змейки полтора метра длиной. За что мне такой позор, а?

— Наверное, точно ядовитая. Слушай, знаешь, что? — судя по лихорадочному тону Даши, она пришла к какому-то решению. — Я, когда в интернате воспитывалась, нас как-то учили, что делать при укусе змеи. Короче, надо отсосать яд из ранки, а потом перетянуть. Куда она тебя укусила?

Оп-па, вот это поворот….

— Не скажу.

— Маузер, брось свои шутки! Я тебя серьезно спрашиваю! Где рана?

Я опустил глаза вниз.

— Там.

— Где там? — не поняла рыжая.

— Прямо там.

— А-а-а… — она вдруг зарделась алым румянцем, но потом решительно мотнула головой. — Черт с ним, там, значит там. Снимай штаны.

— Обалдела? — забыв про боль, я попытался перевернуться на живот, чтобы уползти подальше от этой "сама себе на уме" девушки. — Да я лучше умру!

— Нечего тут опять геройствовать, прошлого раза было мало? Снимай штаны, я сказала! — Даша ухватилась за мой ремень. — Маузер, не дури, я знаю, как это делается. Снимай штаны, сейчас я тебе отсосу….

Сзади раздвинулись кусты.

— Чем это вы тут занимаетесь? — подозрительно спросила Мафую.

— Маузера в пах укусила змея, — объяснила Даша, не забывая попутно воевать за ремень моих брюк. Я же защищался с таким упорством, будто меня собрались кастрировать. — Я хочу отсосать яд из ранки. Может, ты сделаешь?

— Сделаю. Маузер, снимай штаны.

— Да вы обе вконец долбанулись? Помогите, насилуют! Ахилл, Лобанов, кто-нибудь! — секунд тридцать я кричал, вырываясь, пока меня не успокоил короткий, но точно рассчитанный удар в висок, нанесенный маленькой охотницей. Дальше была непроглядная темнота.

***************

"Жигули" мне через плечо, как больно-то, а-а! Проснувшись в полной темноте, укрытый одеялами на кровати, я ощутил, как меня буквально ломает, выворачивает наизнанку, каждый сустав, каждый нерв. Так было у меня всего один раз… да нет, блин, так у меня вообще никогда не было, даже когда я умирал, задыхаясь на больничной койке. Тогда, по крайней мере, все быстро закончилось, а здесь, похоже, и не думало прекращаться.

— Саша! — перепуганная, бледная Кира положила холодную мокрую тряпку мне на лоб. — Как ты себя чувствуешь?

— Уйди… — странно, вроде говорю по-человечески, а вместо слов с губ слетает какое-то низкое шипение. — Уйди, пожалуйста, — со второй попытки получилось лучше, хотя и немного неразборчиво. — Уйди от меня!

— Хорошо-хорошо, — и она исчезла, оставив меня наедине с моей болью. Потом я так и не смог объяснить, почему прогнал ее. Но когда Кира ушла, меня потянуло в какую-то глубокую бездну. Появилось ощущение, что я падаю в пропасть — знаете, так бывает, когда ты спишь, а потом вдруг резко начинаешь дергаться, так как тебе сниться, что ты куда-то падаешь. Только сейчас я не падал, а меня утаскивали за собой длинные, цепкие лапы. Попытался напоследок вздохнуть — и с головой окунулся в красочный омут.

Когда я открыл глаза, то вокруг меня возвышались белоснежные стены и зеркальный потолок. Прямо передо мной в кресле сидел человек, и задумчиво потирал подбородок, рассматривая десятки мониторов, развешанных на одной из стен. Услышав мои шаги, он оглянулся через плечо, и коротко бросил:

— Маузер, подожди минутку, я сейчас.

Ёлки-палки, и куда меня теперь забросило? А может, это уже и есть настоящий Рай? Хотя, какой к чертям Рай, я столько нагрешил, что меня даже из в Ад не пустят, скажут "Извините, у нас здесь приличные люди!". Один только грех в виде безбрачного сожития с демонически огненной рыжеволосой красавицей чего стоит. Мужики не поймут.

— Кхм!

— Рот надо закрывать, когда кашляешь, быдло физкультурное, — он развернулся в кресле, и устало потер глаза. — Привет.

— Здрасьте, — я таращился, как баран на новые ворота, рассматривая молодого, тридцатилетнего мужика, с вытянутым вертикально узким лицом, невероятно худой фигурой и с короткими, вьющимися светлыми волосами. — А вы кто?

— Асмодей.

У меня шевельнулось в памяти что-то знакомое. Собственно, на память я никогда не жалуюсь, просто уже столько всего произошло, что даже моя прошлая жизнь кажется мне смутным сном. И все-таки мне удалось вспомнить.

— Вы!

— Да, это я тот, кто послал тебя сюда. Я тот, кто нанял людей, чтобы они совершили вооруженный налет на клинику, и я тот, кто подкупил врачей, которые вместо вашего умерщвления должны были послать вас к Координатору живыми и невредимыми. И, конечно же, я тот, кто дает тебе подсказки, рисует стрелки, и указывает, когда и куда тебе надо топать.

— Ах ты, сволочь! — обрадованно взревел я, засучивая рукава, и готовя ноги к хорошеньким пендалям. — Как же здорово, что я тебя нашел!

— Угомонись, Маузер. Ты меня не искал, я сам тебя сюда вызвал. А если бы не укус змеи, мы бы с тобой вообще не встретились. Видишь ли, в твоем обычном состоянии я не имею возможности общаться с тобой напрямую, но сейчас твой мозг максимально сосредоточен, чтобы бороться с болью от трансформации, и мне удалось наладить канал. Ты здесь только своим сознанием, но уж никак не телом, и ты уж никак не можешь дать мне пендаль, даже если тебе сильно хочется.

Мой боевой пыл заметно поутих после такого заявления. Тем не менее, я решил, что сдаваться так просто не буду.

— Ты мне мозги не пудри, падла! Ах, блин! — пришлось обхватить голову, потому что она вдруг резко заболела.

— В твои никчемные мозги, чтобы ты знал, вживлена микросхема, — скучающим тоном сказал Асмодей. — К сожалению, ставили ее второпях, так что я не имею к тебе дистанционного управления. Но зато я могу насылать тебе невыносимую боль, ту самую, что ты испытываешь, когда осмеливаешься игнорировать мои приказы.

— Уже понял, — боль исчезла также резко, как и появилась. Это окончательно убедило меня, что с мужиком лучше не шутить. — Можешь тогда хотя бы объяснить, нафиг это все надо было?

— Не могу, слишком сложно. Да и времени у нас нет, трансформация вот-вот закончится, — он посмотрел на часы. — За пять минут я должен сказать тебе все, что хотел, а потом ты вернешься.