Пара инопланетного дикаря (ЛП) - Скай Калиста - Страница 38

— Дех. Определенно нет. Черт возьми, мы даже нормальный глиняный горшок изготовить не можем.

Затем я провожу руками по экрану, и он оживает фейерверком цветов и узоров, которые, выходят далеко за пределы поверхности предмета и поднимаются над ним в воздух.

— О, мои гребаные звезды, — восклицаю я.

Арокс кивает.

— Будь осторожна. Хенэкс сказал, что это что-то демоническое.

— Хенэкс может сам себя трахнуть, — спокойно говорю я ему по-английски. Это… просто чертовски безумно.

Я понимаю, что изображение реагирует на мой голос, но никак не могу распознать ни текст, ни изображения, ничего. Просто постоянно меняющийся, закрученный узор. Этот предмет так же чужд на этой планете, как и я. Уверена, Делия смогла бы больше сказать о нем, но самостоятельно я не могу расшифровать это изображение.

— Спасибо, — говорю я. — Это очень хороший подарок. Когда ты поможешь Эмилии вернуться домой?

Улыбка на губах Арокса дрогнула, и на мгновение я колеблюсь в своей решимости. Меня ведь не убьет небольшая задержка здесь, чтобы подольше насладиться прикосновениями Арокса, его членом и всем его существом? Мне хочется еще побыть в этом пузыре безопасности, который принадлежит ему и его племени. Как я могу расстаться с таким фантастически крутым и порядочным мужчиной, как он, который полностью погубил меня для других, потому что никто теперь не сравниться с ним?

Но в глубине души я знаю, что должна уйти. Девочки думают, что я мертва. И я не могу позволить им так думать. Возможно, у них неприятности. Даже если сейчас дела у девочек идут не хуже, чем до моего ухода, я хочу, чтобы им было так же комфортно и безопасно, как и мне последние пару дней. Я хочу, чтобы они были здесь. Мы сможем активизировать это ленивое племя и заставить его снова работать.

Арокс смотрит в открытую дверь, размышляя.

Я кладу руку на его массивное предплечье с мышцами, похожими на стальные тросы.

— Если ты не поможешь мне найти дом, то я пойду одна.

Я содрогаюсь от этой мысли. Прогулка в одиночестве по этим ужасным джунглям для меня верная смерть. Но я сделаю это. Девочки нуждаются во мне.

Арокс кладет свою руку на мою и сжимает. Я задерживаю дыхание. Это должно быть хорошим знаком.

Мужчина смотрит на меня своими невероятными глазами.

— Никто не пойдет, — говорит он. — Ни Арокс, ни Эмилия.

Затем он выходит из пещеры и запирает дверь снаружи.

Я бегу к запертой двери и бью по ней кулаками.

— Выпусти меня! Открой дверь! Арокс не благородный воин! Больше не Спутник!

Да, наверное, я немного схожу с ума. Но любовь всей моей жизни запирает меня в пещере, словно чертову заключенную, и я этого не потерплю. Я продолжаю стучать и кричать, пока у меня не начинают болеть руки. Это не помогает и выводит меня из себя.

— Сукин сын!

Я в последний раз пинаю дверь и сажусь на пол. Нет, я не собираюсь снова плакать сегодня.

Черт, он такой классный. Но у него в голове эта «посыльная» фигня. Должно быть, это исходит от того проклятого шамана. Мне не нравится, как этот парень смотрит на меня.

Кажется, теперь мне придется идти в джунгли одной. Я должна вспомнить путь, которым мы с Ароксом пришли сюда. Это было бы легко, если бы мы шли по прямой линии, но это не так. Черт возьми, мне будет трудно даже найти путь назад к горячим источникам. А девочки и пещера за много миль. Я так далеко от них, что даже не могу увидеть гору Буну с вершины холма, который находится в деревне.

Проклятье! Может, мне стоит подождать? Снова попробовать уговорить Арокса помочь мне? Стать ледяной королевой и отказывать в сексе, пока он не пойдет в джунгли со мной, рискуя своей жизнью ради чего-то, что его не интересует? Я уверена, что это сработает. Он не сможет видеть меня грустной каждый день.

Я лениво играю с устройством, которое он мне дал. Это вещь выполнена в том же стиле, который мы видели внутри огромного космического корабля, ставшим впоследствии Буной. Вероятно, он оттуда. Корабль потерпел крушение, и, возможно, выжившие вошли в джунгли, а затем потеряли этот предмет. Или, может быть, они были убиты.

Я скольжу рукой по его поверхности, и снова появляется красочный узор. Он вращается, кружится, мигая в основном зелеными и синими цветами.

Я щурюсь. Конечно, я не жду, что там будут какие-то известные мне буквы, но неплохо было бы увидеть хоть что-то похожее на текст. Возможно, инопланетяне не нуждаются в буквах или цифрах.

Затем я переворачиваю этот инопланетный «айпад» и почти роняю его. Потому что теперь я понимаю, что это за огни! С другой стороны предмет транслирует что-то вроде фильма, создавая изображение прямо в воздухе. И это фильм о не-птеродактеле! Он взлетает в небо, а затем ныряет вниз и оказывается слишком близко к камере, после чего, видимо, предмет падает и кажется, что все вокруг кружится. В конце я вижу только коричневую грязь, и запись останавливается.

Затем видео начинается сначала, и я делаю скользящее движение по поверхности предмета, потому что не хочу еще раз смотреть на не-птеродактеля. В отличие от моего айпэда, это не останавливает воспроизведение, поэтому я кладу руку на экран, чтобы мне не пришлось снова просматривать запись. Это останавливает изображение на моменте, когда не-птеродактель открывает рот и видны все его ужасные зубы. Чтобы не смотреть на них с такого близкого расстояния, я концентрируюсь на том, что вижу на заднем плане. И устройство увеличивает эту часть изображения без моего прикосновения к экрану.

Я смотрю на облако на заднем плане, а затем изображение увеличивается.

— Круто!

Похоже, устройство видит, куда я смотрю, и увеличивает масштаб. Тогда как мне уменьшить масштаб?

Я отвожу взгляд от экрана, и картинка меняется на изображение джунглей, как при виде сверху. В середине — фиолетовый треугольник, и когда я сосредотачиваюсь на нем, то снова вижу не-птеродактеля.

— О нет, нет, нет.

Я снова отворачиваюсь, изображение уменьшается, и я вижу джунгли сверху. Океан с одной стороны и много маленьких озер, разбросанных повсюду.

И я вижу Буну. Это идеально ровная сфера с ракетными двигательными установками может быть только разбитым космическим кораблем. Он гигантский.

Я некоторое время играю с устройством, увеличивая и уменьшая карту и пытаясь найти пещеру и эту деревню. Мне не удается это сделать, но, по крайней мере, я вижу Буну, которая находится довольно близко к дому. Если я смогу добраться сюда, то пойму, куда идти дальше.

День проходит. В пещере есть еда и напитки, так что, думаю, у Арокса нет причин приходить и проверять меня. Странно, но несмотря на все произошедшее, я не сомневаюсь в его чувствах ко мне. Я уверена, что он любит меня, и через некоторое время я, возможно, смогу убедить его помочь мне. Ну а если не могу, что ж…

Тогда мне просто нужно идти в лес самостоятельно. И прожить свою, вероятно, очень короткую жизнь с разбитым сердцем. Я знаю своего пещерного человека всего пару недель, но уже не представляю жизни без него.

Я вовсе не виню Арокса за эту ерунду с Посланником. Мы с девочками обсуждали подобное. Для пещерных людей их вера — это все, что нужно, чтобы понять мир, и объяснить то, чего они не понимают. Внезапные попытки опровержения истинности их верований будут похожи на то, как если бы одному из нас сказали, что два и два равны девяти. Мы просто не поверили бы. Арокс не религиозный фанатик, но он всю жизнь прожил с верой в предков. Это трудно изменить, и я полностью понимаю его.

Сквозь щели двери я вижу, что на улице темнеет. Деревня кажется тихой, и я ложусь на пол у стены пещеры и натягиваю на себя одну из шкур.

Я почти засыпаю, когда слышу какое-то движение в пещере. Отвернувшись, я решаю дать Ароксу понять, что несчастлива с ним.

Но он начинает издавать странные звуки. Как бормотание, но гораздо более тонким голосом, чем обычно…

Я быстро сажусь и оборачиваюсь.

— Алиса!

Да, это мой друг Серый призрак. Дверь пещеры открыта. Должно быть, она открыла ее снаружи. Алиса умнее, чем кто-либо думает. И теперь она сидит в трех футах от меня, удовлетворенно мяукая, а с ее мордочки капает саленовый сок. Еще один желтый плод она держит двумя руками.