Проклятие Короля драконов (ЛП) - Форд Дж. Келлер - Страница 38

— Думаешь, он знал врага?

Мангус закрыл глаза. Его губы шевелились, веки трепетали. Через миг он покачал головой.

— Нет. Там началась борьба, — он указал на стол, — закончилась тут, — он указал себе под ноги. Темное пятно было на досках. Мангус коснулся ее пальцами. Он оглянулся через правое плечо. — Другой враг стоял там, у двери. На жертву напали тут еще раз, пронзили каким-то оружием. Он убежал за дверь, пылая.

— Что случилось с врагом на полу? — спросил Дэвид. — Он убежал?

— Нет. Его унесли. Видно по каплям, ведущим к двери.

Дэвида поражали способности мага. Он бы этого не увидел. Вообще.

Трог сжал плечо Дэвида.

— Выйди и скажи шимам, что мы тут заночуем. Я разведу огонь.

Через пару часов они сидели за столиком, ели трех зайцев, которых убил Трог, и пили эль, кроме Дэвида, настоявшего, что им нужен кто-то трезвый на случай проблем. Это вызвало хохот у него товарищей, и Дэвид не обижался на их насмешки. Он мог сделать хоть это. Где еще он получит защиту сильнейшего рыцаря Фолхоллоу и генерала армии магов? Это было справедливым обменом.

После ужина они сидели у огня, слушали вой зимнего ветра снаружи домика. Нервы Дэвида натянулись, как резина, до предела. Дома он играл бы в видеоигру или слушал музыку. Тут ему нужно было слышать голоса. Истории. Он попросил Мангуса начать, и маг не был против.

— Я был твоего возраста, парень. Мужественный. Красивый. О, я думал, что был в мечтах леди. У меня была магия, очарование, и я был новичком на самом роскошном корабле — «Песне ветра». Этот корабль большой, юный Дэвид, больше любого корабля любой вселенной, и когда его паруса наполняют ветры моря, — он отклонился, рука будто рисовала картину, — он становится еще красивее, — его рука опустилась, он улыбнулся. — Я думал, что стал чем-то большим. Мы причалили тем днем в гавани Галл, торговом городе Пряных островов. Я оказался в таверне среди матросов и девушек, готовых развеять их тревоги. Я подрался в ту ночь с мужчиной, который решил, что мне нельзя лезть к одной из девушек. Я был пьян, но он — пьянее. Он закончил на полу, и я ушел оттуда с тремя девушками и кружкой, наполовину наполненной виски. Они были восхищены, а я в шестнадцать лет тоже думал, что чего-то добился. Я хотел забрать их с собой в Фелиндил. Девушки были согласны…

— Они точно были пьяны и сошли с ума, — сказал Трог.

— Они были чисты, как кристаллы в замке Балват.

Двое рассмеялись. Дэвид улыбнулся. Он не знал, к чему была отсылка, но там точно был оксюморон. Он был уверен.

— Я проник с ними на борт шхуны, и мы добрались до кладовой, сбивали вещи. Они смеялись, я смеялся, но я и боялся. Джаред может услышать шорох мыши в сотне ярдов от него. Я знал, что он вот-вот ворвется и подожжет меня за такое. Я впервые был на его корабле, и я слышал истории, что чуть не прогнали меня оттуда, но это была «Песнь ветра». Я шутил с девушками, пару раз поцеловался, порадовал их магией, а потом услышал колокол отплытия. К сожалению, пришлось попрощаться с красавицами, и я пошел на борт к товарищам. Я был в ужасном состоянии, меня пару раз даже стошнило. Пришлось все убирать, и первый час пути я не мог даже голову поднять. Потом я вернулся в кладовую, а девушек не было.

— Интересно, почему, — сказал Трог.

Мангус склонился.

— Я запаниковал. Они обещали в пьяном состоянии, что останутся на месте. И я искал их, шарил по стенам, а потом мастер Джаред схватил меня и отвел в свою каюту, где я и столкнулся с грузом, который искал. Я знал, что оказался по уши в драконьем навозе. Чуть сам не обделался. Вкратце, он поселил девушек в каюте подальше от меня, высадил их на острове Сейджвик через несколько дней, обещая им путь домой, и лишил меня магии на месяц. Это было больно, — он потер шею сзади. — Лучше бы он молнию пустил по моему телу.

— Думаю, больше ты так не делал, — сказал Дэвид.

Мангус и Трог рассмеялись.

— Мои губы на замке, — сказал Мангус.

Дэвид повернулся к Трогу.

— А ты? У тебя есть необычная история?

— Это скорее забавная история. Мы с Гильдором были юны, одиннадцать и девять, если я правильно помню. У Гильдора был ужасный день. Его превзошли в сражении. Из-за проигрыша он должен был посетить женское чаепитие, чтобы узнать об этикете, а это было ужасно скучно. Потом его отправили натирать броню и оружие, а потом учитель помыкал им, заставил его вычистить все серебро в шкафчике, потому что Гильдор пожаловался, что устал и хотел уйти к себе. Когда его отпустили, то дали только хлеб и воду, а еще сказали подумать над своим поведением. Следующим утром Гильдор рассказал мне и Фарнсворсу о произошедшем. Конечно, нам нужно было отомстить, и мы с Фарнсворсом проникли в комнату мастера Маккеллина, пока он купался, украли у него всю одежду и нижнее белье, бросили это в свинарнике, — Трог рассмеялся от воспоминания. — Старик вылетел из комнаты, голый, как ощипанная курица, еще и похожий на нее, он кричал и размахивал руками. Мы с Фарнсворсом сказали, что Гильдор тут ни при чем, но Гильдор не потерпел этого. Он взял на себя всю вину, его за это побили. Мы с Фарнсворсом поклялись, что мужчину прогонят. Он ушел сам через несколько недель после того, как Фарнсворс пустил в его комнату куриц и натер его кровать свежей рыбой.

— И добавил меда в его средство для волос, — добавил Мангус.

Трог рассмеялся.

— О, да. Я забыл об этом. Пчелы весь день летали вокруг него.

— Забавно, — сказал Дэвид. Его лицо болело от улыбок.

— А ты? — Мангус опустил руку на плечо Дэвида. — Расскажи нам о себе. Обнажи душу.

— Тогда смешно не было, но теперь, если подумать, было забавно, особенно для зевак. Я был в летнем лагере несколько лет назад. Мне было одиннадцать или двенадцать. Мы сидели у костра, слушали страшные истории, когда что-то холодное и влажное заскользило по моей штанине. Как раз на страшной части истории я понял, что это была змея. Я вскочил и быстро побежал, вопя. Слетела обувь, потом штаны, и я бросил змею в озеро. Тогда я заметил тишину и взгляды, слышно было только сверчков. А потом какая-то Мелони указала на меня и закричала: «Он в трусах!». Все вокруг костра расхохотались. Я, конечно, был в ужасе. Я убежал в свой домик, сверкая в свете луны белыми трусами.

Мангус и Трог рассмеялись.

— Капля унижения всегда прочищает голову, — Мангус сделал еще глоток эля. — Это укрепляет характер, сынок. Удерживает на земле. Учит не смеяться над теми, кому повезло меньше, а помогать, даже если просто присутствием и молчанием.

Дэвид склонился и кивнул, вспомнив после случая, как Шарлотта пришла к нему и сидела рядом с ним на кровати, пока он вытирал слезы. Никто больше не помог ему. Никто не пришел проверить, в порядке ли он. Только Шарлотта. Той ночью она ничего не сказала. Она сидела и слушала. Это ему и требовалось.

Стало тихо, и это заставляло его думать. Дэвид встал и размял ноги, вопросы без ответов накопились на кончике языка.

— Трог, это не по теме, но почему вы с Эриком так не любите магов? Я еще понимаю, Пасрига и Сейекрада, но ты дружишь с Мангусом. Славандрия и Лили добрые. Откуда враждебность к магам? Сейчас-то нужно объединяться. Фолхоллоу для всех. Я не понимаю.

Трог прикусил нижнюю губу, склонился на стуле, теребя кулон, который был в его руках уже больше часа.

— Если вкратце, они дали матери Эрика умереть. Гильдор умолял магов защитить Хирз. Он знал, что убийцы и шпионы работали на Эйнара. Он молил магов помочь. Он отказались, и Гвиндолин умерла. Я не простил их. И Эрик тоже, наверное, — он провел большим пальцем по кулону. — У меня от нее остались лишь записка и этот кулон.

Он поднял кулон за цепочку. Сапфир, окруженный завитками серебра, мерцал в свете огня.

Дэвид склонился с восхищением.

— Можно посмотреть?

Трог отдал ему кулон. Дэвид поднял камень выше и вгляделся. Внутри кружился туман. Он сразу понял, что это. Он посмотрел на Трога.

— Ты знаешь, что это?

— Это сапфир. Очень редкий сапфир с Пряных островов.