Бойня (СИ) - Панасенко Дмитрий - Страница 81

— Я… Э-э-э, мне дежурить надо. — С трудом выдавил из себя от неожиданности чуть не лишившийся дара речи Майло. — Сигнальные мины проверить…

— Сигнальные мины. Да ты — настоящий профи. — С непонятной интонацией протянула Элеум. На её лице не дрогнул не один мускул. — Но тебе надо больше общаться с женщинами.

Майло промолчал и опасливо втянул голову в плечи.

— Ладно. — Хохотнула наемница, спустя минуту. — Я не обиделась.

— Извини. Не хотел тебя… задеть. — Буркнул себе под нос Табс. И поерзав на своем импровизированном сиденье, отвел взгляд в сторону. — Ты действительно очень красивая. Просто…

— Просто я мутантка. — Закончила за охранника Элеум. — А Бъорк ценит чистоту крови.

— Я не это хотел сказать. — Тяжело вздохнул Табс.

— А по-моему, именно это, — прищурилась наемница.

— Я же сказал…

— Кити спит в грузовике. — Перебила охранника Элеум, и щелчком отбросив в темноту окурок, проследила, как он падающей звездой исчезает за скатом крыши. — В кузове. — Развернувшись, наемница слегка раскачивающейся походкой направилась к открытому люку. — Будешь делать обход, будь осторожней. Не провались девчонке на голову, тут полно дыр. Если она испугается, то расстроится, а когда она расстраивается, огорчаюсь я. Сильно огорчаюсь. — Ладони наемницы на мгновенье окутались пламенем.

— Я буду осторожен, — кивнул охранник, соглашаясь, и громко сглотнул набежавшую слюну.

— И не напорись на собственную сигналку, мальчик из Бъорка.

Снова заскрипела лесенка, и наемница скрылась из виду. Майло тяжело вздохнул. Ну и дернул же черт сказать пьяной наемнице, что она ему нравится. Знал ведь, что из этого может получиться. Сам не раз слышал рассказы, что у боевых рабов столько имплантатов и генных модуляторов, что они себя почти не контролируют. А Дохлая еще и из Зверей. Интересно, она сначала была рейдером, а потом в гладиаторы попала или наоборот? А если бы она настаивать стала? Что тогда делать? Молодой человек с усмешкой посмотрел на лежащий на коленях пулемет. Если в рассказах про чемпионов арены хоть половина правды, кулаками от такой не отобьешься. Даром, что тонкая и гибкая, наверняка, за долю секунды в бараний рог скрутит. К тому же, этот огонь… Колдовство какое-то… Табс неуютно поежился… Погиб, отстреливаясь из пулемета от собственной неожиданно воспылавшей страстью нанимательницы. Чушь какая-то.

— Черт, Майло, ну почему у тебя такой длинный язык? — Проворчал он себе под нос и чуть слышно, крякнув, встал с расстеленной куртки. Поморщившись от боли, стрельнувшей в давно, казалось, в прошлой жизни поврежденном колене. Табс несколько раз присел, взмахнул руками, разминая плечи, и поправив неудобно врезавшийся в шею ремень пулемета, огляделся по сторонам. Сейчас обход по периметру, проверка расставленных еще днем сигналок, и снова к люку. А то, что Нежить явно обиделась… Завтра проснется уже и не вспомнит. От нее ведь выпивкой за версту несет. В той бутылке было не меньше полулитра. А он сделал только один глоток. Протирочный спирт, надо же. К тому же они у нее уже есть… подруга. Не зря ведь, мордашку девчонки на шкуру себе набила. Майло скривился.

Кити. Кошечка, значит. Спросила, считает ли её красивой. Ну да, красивая. Все дети красивые, а девчонка, по сути, еще ребенок. Сколько лет? Шестнадцать? Семнадцать? Может, где и считают, что девчонка достаточно взрослая. Только в Бъорке так не принято. С другой стороны, в Бъорке таких, как Элеум и Кити считали не больше, чем за двуногий скот, не годящийся даже на корм старшим. Закусив губу, Табс принялся осторожно продвигаться к краю крыши. Когда он уходил, его предупреждали, что внешний мир полон дикости, жестокости и разврата. Говорили, что, если он уйдет, то не сможет вернуться во внутренний круг. Тогда Майло было плевать. Сейчас… «Можно уйти из общины, но Бъорк из тебя не уйдет» в полголоса передразнил он наемницу. Много ты понимаешь. Может и не уйдет… Зато можно жить, как подсказывает собственное сердце, а не вырезанные на стоящих в центре города Столпах завета правила… В грузовике… Это намек на то, что девчонка его ждет? Или, наоборот, предупреждение? Какая разница. Он профи и будет вести себя, как профи. Раздраженно плюнув, Майло склонился над первой сигнальной миной. Так. Проволока в порядке, запал не выкручен. Теперь следующая. Быстро оглядев ловушку, молодой человек двинулся дальше. Завтра он их переставит. Продумает как сделать, чтобы на охраняемую территорию и мышь без его ведома не пробралась. Удостоверится в безопасности периметра. И только тогда позволит себе поспать. Немного.

****

Была уже глубокая ночь, когда тент грузовика дрогнул, и в кузов фургона скользнул чуть слышно скрипнувший металлом высокого борта темный силуэт. Беззвучно ступая по настеленным на пол небрежно оструганным доскам, неясная ломкая тень прошла мимо расставленных вдоль бортов скамей-рундуков, обогнула прикрученный к полу небольшой низкий столик и склонилась над забившейся в угол брошенного на пол широкого матраса, свернувшейся калачиком и оттого кажущейся еще меньше, чем обычно тонкой, гибкой фигуркой. Будто что-то почувствовав, Кити вздрогнула, засопела и сунув в рот палец, перевернулась на другой бок. Присев на край матраса, Элеум громко вздохнула. Черт возьми. Ну почему судьба опять вываливает ей на голову очередное ведро дерьма. Ей ведь, действительно нравится эта девчонка. Искренняя, чистая, непосредственная… Да, Элеум понимала, что ступила на тонкий лед, но другого выхода просто нет. Финк не знает, что такое дружба. Зато прекрасно умеет манипулировать другими людьми. Да и Болт…

Что бы этот коротышка ни говорил про то, насколько люди могут меняться, доверия к маленькому засранцу Ллойс не испытывала ни на грош. Надо же. Болт раскаялся. Небось, еще и в церковь Распятого, чьи шпили она заметила над теплицами, ходит… Элеум невольно фыркнула. Ну да. Святоши Распятого Бога много говорят про прощение. Про то, что человек может измениться. И что Господь милостив. Чушь. Если Господь добрый — почему в мире столько дерьма? И не надо говорить про испытание, любящие родители не испытывают детей, заставляя приносить в жертву внуков…

Неожиданно Кити всхрапнула, вытащила изо рта палец и чуть слышно вскрикнула.

— Спи кисонька, — чуть слышно прошептала наемница, поправив сползшее с так и не проснувшейся девушки одеяло, и горестно покачала головой. Черт, ну кто дергал её за язык? А сейчас приходится переигрывать на ходу. Ну кто мог предположить, что ими заинтересуются сразу столько людей… А девчонка еще слишком маленькая и неопытная, чтобы понять, что происходит. С другой стороны, она чувствует, что что-то не так. А эта банда… Как же не вовремя… И что на нее действительно нашло? Зачем она дала Кити револьвер? Ну что ей стоило немного напрячься и аккуратно раскидать этих сосунков по навозным кучам? А теперь… Черт, да девчонка ее просто напросто боится. Даже больше, чем в первые дни. Она даже помыться спокойно не смогла. Как только Элеум в душевую зашла, сжалась, как побитый котенок. А ведь, еще вчера при виде ванны с горячей водой визжала от радости, сама просила Элеум потереть ей спину. А сейчас, стоило Ллойс взять в руки мочалку, как девчонку начала колотить нервная дрожь.

Наемница бессильно ссутулила плечи. Нет. Так нельзя. К черту. Завтра же. Завтра же она все объяснит. Кити поймет. Она достаточно взрослая и умная, чтобы понять. Только… Элеум вздохнула. Да. Завтра. Но после… всего. Старый жирдяй непрост. Очень непрост, и похоже, очень остро чувствует фальшь. Черт. Черт. Черт. Ну, почему всё так сложно. Почему нельзя просто приехать, починить чертову фуру и свалить отсюда, на хрен… Элеум вздохнула и злобно оскалилась. В пекло. Обычный нервяк перед боем. Ее всегда перед выходом на арену колотило. И не помогало ничего, кроме… Запустив руку во внутренний карман жилетки, Элеум вытащила из-за пазухи маленький прозрачный контейнер и нервно облизнула губы. Винт. Дрянной, сразу видно. Но наверняка, поможет… Вон как кисоньку вштырило. Ллойс слегка сжала пальцы. Контейнер затрещал. По пластику побежала сеть мелких трещин. Чертово зелье. Вцепилось в душу, как клещ. Зачем она сперла этот сраный коробок у лоточника? Для Кити? Чушь, она вообще не надеялась на операцию. Ну, кто знал, что здесь, в этой дыре больницу держит не полупьяный костоправ, а настоящий киборг-медик? Захотела насолить скользкому, торгующему смертью засранцу? Тоже нет. Она всегда искренне считала, что выбирать, как сдохнуть — это священное и неотъемлемое право каждого, а дурь — не самый плохой способ устроить себе экспресс в ад. Или может, просто по привычке? Обычной наркоманской привычке тащить любую дрянь, что не успели приколотить гвоздями? Уже ближе к истине, но не стоит себе врать. Она сперла винт, потому что ей просто захотелось закинуться. В дороге всё было проще. Нет возможности, нет и желания, но сейчас…