Падение Диссы (СИ) - Ткач Олег - Страница 32

— Вам не продам. Другие купят.

— Вот как? — удивился Тилиус. — А вот господин курсорус считает, что и нам продашь. Жаль будет его разочаровывать.

Хозяин подвала едва заметно улыбнулся и медленно убрал руки от оружия. Тиль почти почувствовал, как охранники в скрытых нишах, следуя примеру начальника, немного расслабились.

«Оно и к лучшему», — подумал курсор. Завяжись в темноте драка, они бы с Сенжем победили. В худшем случае отделались бы парой ранений. Но зачем испытывать судьбу лишний раз, если можно было решить все миром? Жаль только, что Сенж придерживался другого мнения. Но, хвала Всеединому, в этот раз его напарник сдержался и промолчал.

— Господина курсоруса разочаровывать нельзя, — сказал Ночной.

— Нельзя. Так что с товаром, Филин? — с наигранной веселостью спросил Тиль, обводя головой скрытые темнотой стены подвала, служащие своеобразными витринами скрытой лавки.

Чувствуя, что настала пора сделать предложение, Тиль, медленно и плавно, чтобы не давать случайного повода для драки, вытащил из-за пояса мешочек Долимара и перекинул его Филину. Седой разбойник ловко поймал и покачал позвякивающий мешочек в руке, словно пытаясь по весу определить количество монет, и перекинул обратно. На его лице снова засветилась дружелюбная улыбка.

— Чьи монеты, тот и заказывает, — он подмигнул все еще напряженно выжидающему Сенжу. — Не так ли, господа курсоры?

Филин слыл матерым головорезом, давно отошедшим от дел. Он открыл подпольную лавку, где скупал и продавал самые разнообразные амулеты, артефакты и, конечно же, сталь. Его клиентами были в основном караванщики и наемники, которым было не по карману идти в дорогую магическую лавку. Курсоры, с разрешения Долимара Трэйдорга, его не трогали, потому что и сами иногда обращались за специфическим товаром, который был вне закона. Магические гильдии смотрели на это сквозь пальцы — конкуренция была незначительная, ну и, в случае чего, можно было уйти от ответственности, возложив вину на нелегальную торговлю.

— Так чего изволите?

По знаку Филина один из охранников дернул за веревку, скидывая кусок плотной ткани, прикрывающей закрепленную над потолком деревянную чушку. Встроенные в нее светящиеся камни, ламины, залили подвал тусклым синеватым светом. Тилиус мгновенно пробежался взглядом по огромному количеству вещей на полках. Одновременно он отметил, что охранники спрятались от них дальше, за полками.

— Добрую сталь и пару магических побрякушек, — Тилиус убрал мешочек обратно в пояс. — Это барахло прибереги для простаков. Показывай, что есть в загашниках, Филин.

Покупка затянулась почти на час. Сперва курсоры долго и придирчиво выбирали метательные ножи и кинжалы, отдавая предпочтение тем, что были зачарованы. Затем перешли в угол подвала, где стояли просторные полки с заряженными амулетами, артефактами и обычными солханскими сферами силы. Если выбором оружия целиком руководил Сенж, сопровождая свои решения о покупке прямыми и честными комментариями, от которых у Филина краснело лицо и в бешенстве выкатывались глаза, то выбором магических атрибутов занялся Тилиус. И он тоже особо не стеснялся в выражениях, когда Филин пытался подсунуть очередное барахло.

— Нужны два амулета для поглощения магического удара, неси самые мощные!

— Извольте, кур… То есть, господа курсоры! Лучшее, что у меня есть!

Тилиус обладал слабыми зачатками силы, но их не хватило бы, реши он проверить амулеты. В ход шло знание натуры Ночного и немного блефа.

— Да ты издеваешься, мать твою! — повышал он голос и напирал на Филина. — Что ты нам подсовываешь? Сивонна Бачча! Они же не заряжены и до половины!

Сенж, привыкший к такому торгу напарника, тут же делал выражение лица еще мрачнее, хватался за рукоять кинжала и придвигался к Тилиусу. Филин тихо ругался, рассыпался в извинениях и лез на верхние полки, откуда доставал другие амулеты.

— Самые мощные! — разводил пройдоха руками. — И заряжены как надо, клянусь Всеединым и могилкой своей любимой матушки!

Когда все необходимое было выбрано и свалено на стол в одну приличную кучу, начался торг. Филин оказался превосходным торгашом, но и Тилиус не уступал ему в ловкости и хитрости. Вволю поторговавшись, так, что оба были раскрасневшиеся и запыхавшиеся, они звонко ударили по рукам. Мешочек Долимара полегчал на три четверти, но ни одна из сторон не выказывала обиды. Курсоры быстро распихали все по карманам и складкам одежды и направились к выходу.

— За вас Ночные награду назначили, куры, — сказал им Филин вслед, а когда они резко развернулись, указал мозолистым пальцем на Сенжа. — За тебя вдвое больше обычного, парень.

— Знаем, — с показным равнодушием кивнул Тилиус, незаметным движением дотрагиваясь до Сенжа и давая ему понять, что лезть в драку не стоит. — Но ты ведь не думаешь, что и в самом деле найдется безумец, решивший бросить этим вызов Долимару Трэйдоргу?

— Вокруг полно более безопасных целей для любителей быстрой наживы, — согласился Филин и тут же добавил вполголоса: — Но времена меняются.

— Меняются, — согласился Тилиус. Он сразу понял, куда клонил Ночной. — И в Трущобах развелось много проходимцев.

— Которые способны на все за звонкую монету, — закончил фразу за курсора Филин и рассмеялся. — То ли дело я и моя торговля! Жаль, что я понял это только к старости. Куда выгоднее торговать с вами, чем пытаться схватить, попутно расхерачив все свое нажитое, а то и лишившись какой-нибудь части тела, к которым я испытываю глубокую привязанность и не готов пока расставаться. Передавайте господину курсорусу мое почтение, работаю, как договаривались. Сами еще заходите. Могу и на заказ поработать, если что.

Выйдя на улицу, курсоры, не сговариваясь, юркнули в разные стороны и исчезли в грязных и кривых улочках Верхних Трущоб. Трущобы были целым самостоятельным городком, зажатым с одной стороны высокой городской стеной, с другой — королевским торговым трактом, а с третьей небольшими горами, тянущимися вдоль побережья далеко на север. Почти у самых гор была огромная низина, словно котлован, уходившая пологими склонами вниз на пару десятков метров. Жалкие шалаши и крытые кое-как землянки были единственными жилищами, заполняющими эту низину. Это был Крысиный городок, или, в простонародье, Крысятня, — самое дно в социальной иерархии Диссы, ниже которого опуститься было попросту невозможно. Назван он был так из-за огромного полчища крыс, обитающих на его территории. Посредине городка, в самой низине располагалась огромная яма, конечная точка канализации Диссы. Все начиналось с огромной насосной станции в северо-восточной части города, рядом с гарнизоном. Круглосуточно пара волов ходили по кругу, запряженные так, что приводили в движение огромный вал, который подавал воду в наземный акведук. Это была глубокая траншея, стенки которой выложили камнем. Она проходила вдоль городской стены, захватывала дворец, и снова шла вдоль стены. Наклон ее постепенно увеличивался, и вода спокойно бежала, смывая отходы жизнедеятельности большого города. На всем расстоянии акведук был укрыт плитами, чтобы скрывать зловоние, кроме специальных небольших колодцев, куда, собственно, и сбрасывались отходы. Оканчивался акведук в яме посредине крысиного городка. От этого над котлованом всегда стоял страшный смрад, который, если сильный ветер изредка дул на юг, мог разнестись над всей столицей. В Крысином городке обитали золотари, за мизерное жалование наполняющие тележки и тачки отходами, которые отвозили дальше в горы и скидывали в одно из многих глубоких ущелий, переходящих в бездонные расщелины. Так яма не заполнялась до краев и не подтапливала нечистотами Крысиный городок и Верхние Трущобы.

Тиль не хотел проходить через Крысиный городок, рассчитывая ограничиться перебежками по Трущобам, но в последний момент почувствовал какое-то внимание к своей спине. Проклиная вездесущих стукачей Ночных, курсор ловко юркнул в щель между ближайшими домами, перемахнул отчаянно скрипнувший хлипкий забор, в два прыжка пересек соседнюю улочку, резко забрал влево, рассчитывая, что слежка проскочит по инерции вправо, запрыгнул в окошко покосившегося хлева, едва не влетев в кучу навоза, и затаился за пустующими стойлами. Тиль выждал несколько минут и осторожно выглянул на улочку. Не заметив ничего подозрительного, курсор выбрался наружу и зашагал быстрым шагом в сторону Крысиного городка, мысленно подготавливая себя к изощренной пытке жуткой вонью. Сделав внушительный крюк и изрядно прослезившись от одуряющих запахов Крысятни, Тиль вернулся в Трущобы. Трижды убедившись, что хвоста не было, он пошел к добротным зданиям возле тракта, выглядевшим настоящими дворцами по сравнению с хибарами Трущоб. Зайдя за нужный трактир, он услышал едва различимый свист и, перепрыгнув через забор, нырнул за штабель пустых пивных бочек. Сенж уже поджидал его.