Дикарь - Суржевская Марина - Страница 18

— Что?

— Ничего.

— Вы не понимаете масштаба катастрофы! — горячо заявила я. — Но я знаю, что надо делать, не переживайте!

— Да что вы.

— Да!

— Я слышал, хаосники здесь не редкость. Их тут очень, очень много, — вкрадчиво сказал Хенсли, снова сунув руки в карманы. — И если вы так их боитесь…

— Надо развести огонь! — перебила я. — И заприте дверь. Говорят, хаосники могут оборачиваться огромными собаками или гигантскими летучими мышами. У вас есть спички?

Положила вилы и начала складывать башенкой поленья. Хенсли моргнул, глядя на мою протянутую ладонь.

— Спички, — терпеливо повторила я. — Понимаю, что вы испуганы, но держите себя в руках. Вместе мы сможем противостоять этому чудовищу! Я знаю, как с ним бороться, мы проходили это в академии! Я смогу нас защитить!

— Охренеть, — сказал дикарь.

— Шок — это нормально, не переживайте, — понимающе кивнула я. — Я тоже ужасно испугалась. Так у вас есть спички?

Не спуская с меня темных глаз, мужчина покачал головой.

— Думаю, истра Элеонора наградила вас еще множеством лестных эпитетов, — задумчиво буркнул он. — Да, думаю, вы изрядно ее раздражали. Прямо даже бесили наверняка… Идите в дом. А то вдруг этот ваш хаосник уже забрался и туда, пока вы тут болтаете. Обернувшись… м-м летучей мышью.

Я пискнула, замерев. И метнулась к двери, не забыв прихватить вилы. Кажется, за спиной прозвучало какое-то ругательство, но я не обратила внимания. Шок — он такой, никого не щадит!

Следующий час я посвятила внимательному изучению всех углов, шкафов и темных проемов. А убедившись, что, кроме сопящей Линк, в комнатах никого нет, снова придвинула к двери стул, положила на него кастрюлю с ложками и забралась под одеяло. Сердце все еще колотилось, но, как ни странно, мысль о дикаре, что остался во дворе, меня успокаивала. Пусть он не слишком дружелюбен, но все же мужчина. И внезапно я подумала, что хорошо иметь соседа. Пусть даже и такого!

Оказалось, что жить вдали от людей, в глуши, одной и с ребенком — не так уж и приятно.

Честно говоря, это просто страшно.

Спала я нервно и плохо, потому и проснулась уставшей и злой. Линк уже прыгала на постели, требуя завтрак, за дверью скулил мангут. При свете утреннего солнца ночные кошмары всегда кажутся глупыми и несущественными. Я привела себя в порядок, оделась, натянула платье на упирающуюся девочку и накормила ее слегка пригоревшей кашей.

Во дворе грелся Пых, ловя открытой пастью жужжащую муху, солнце ласково гладило камни дома, словно заливая расплавленным медом. С утра было свежо и все равно тепло. Я зевнула, оглядывая башенку дров. Огонь сосед так и не развел, вот же глупый! Я ведь все объяснила! С другой стороны, поленья целые остались, а хаосник, я надеюсь, уже далеко.

Подняла несколько деревяшек, решив перетащить их в дом, чтоб не напитывались влагой. И нахмурилась. Скинула поленья и присела, провела пальцем по земле. На жирном, темном дерне мерцала золотистая пыльца. Совсем немного, самая малость. На коже остался тонкий след, словно я прикоснулась к бабочке.

Я знала, что оставляет такое мерцание. Осколок. Крошечный прозрачный камушек, дорогой и редкий. Осколки находили в разных частях империи и продавали за большие деньги. Все потому, что осколок содержал магию. Капли силы, которой мог воспользоваться даже обычный человек, без дара. Говорят, за крупные осколки богачи готовы на все. Ведь магия — это власть, возможность войти в элитный круг высшего общества. Сколько бы ни было у человека денег, но без магии он всегда останется во втором круге.

Вот, к примеру, я. Даже со своей штилевой магией я была принята в столичную академию, мне платили стипендию и могли предоставить жилье, если бы я в нем нуждалась. А после окончания я получила бы распределение на какую-нибудь приятную должность.

Дар открывал много дверей, и у кого его больше, тот и главнее. Эту истину знали все. Поэтому и за осколками гонялись, поэтому они стоили дороже бриллиантов. И далеко не все знали о золотистой пыльце, что остается после их использования. Но мне довелось увидеть использование осколка, один раз, в юности. И я помню эту мерцающую пыль, которую ни с чем не спутать.

Я снова тронула землю, закусив губу. Значит, кто-то использовал здесь осколок. Совсем недавно, след сохраняется не более суток. Кто-то сделал это сознательно и намеренно, стоя напротив моей двери… Зачем? Для чего? Может… может, чтобы создать иллюзию?

Я медленно выпрямилась, прищурилась, вспоминая события ночи. Да, я была напугана и не совсем разумна, но на память никогда не жаловалась. По крупицам перебрала картинки — воспоминания. То, как Хенсли смотрел, как двигался…

Обернулась на закрытые ставни северной половины. Вот, значит, как? Или я идиотка, как уверяла истра Элеонора, или меня ночью банально надули. Зачем? Понятно зачем. Чтобы сбежала из Оливковой рощи к людям, за надежные городские стены. Поджав хвост и подвывая от ужаса. Да еще и рассказывая всем и каждому про кошмарного хаосника, блуждающего поблизости.

Страх людей перед потерявшими контроль магами общеизвестен, это самая любимая страшилка и детей, и взрослых. И, конечно, другая на моем месте сбежала бы уже утром.

Но не я.

Первым порывом было снова вломиться в дверь соседа и двинуть ему кулаком в нос. Но нет.

— Посмотрим, кто кого, — пробормотала я себе под нос и решительно двинулась в дом.

Через час мы уже подходили к Дейлишу. Я так неслась, заправленная своей злостью, что Линк едва за мной поспевала. Но, миновав виноградники, притормозила и по улицам городка уже пошла с улыбкой.

Марта, как обычно, помахала мне рукой, стоило войти.

— София! Как хорошо, что вы пришли! Заходите скорее!

Кофейня встретила нас ароматными запахами кофе, миндаля, ванили и шоколада. Чудесно!

— София, милая! — Сегодня Марта выглядела по-другому: раскрасневшаяся и какая-то сияющая. На ней было зеленое платье с круглым воротничком, на груди красовался мой подарок.

— Дорогая, у меня для вас новости!

— Что случилось? — почему-то испугалась я.

— Все замечательно! — Марта всплеснула руками. Кофейник плясал над столом, грозя пролить напиток на белоснежную скатерть. Рядом танцевал сливочник и кружилась тарелка с крошечными меренгами. И все это говорило о волнении хозяйки кофейни. — Милая Софи! Я лишь хотела сказать, что вчера ко мне заходили сестры Долинье, и они тоже захотели себе такую брошь! Конечно, не бесплатно!

— Что? — растерялась я.

Моя брошь? Но ведь это просто тряпочки, кружева и бисер, ничего драгоценного! Истра Элеонора называла их ужасающими и безвкусными, как и я сама. Так что во время своего проживания в Лангранж-Холле я если и мастерила украшения, то за плотно закрытыми дверьми.

— Вы сделаете украшение для истры Долинье? Конечно, она жуткая зазнайка, и в другое время я ни за что не стала бы с ней общаться, но сейчас… — Марта таинственно подмигнула мне и улыбнулась. — Сейчас у меня на редкость хорошее настроение! Истр Вудс пригласил меня на прогулку у озера!

Я вспомнила седовласого истра и понимающе кивнула. Вон оно что! Оказывается, Марта влюблена!

— Очень рада за вас, — рассмеялась я.

— О, истр Вудс! — Хозяйка кофейни красноречиво закатила глаза и вскочила. Похоже, бурлящие внутри чувства не давали Марте сидеть спокойно. — Я ужасно волнуюсь! Просто как юная девушка, вы представляете? А мне ведь уже… хм…

— Марта, вы прекрасно выглядите, — искренне уверила я.

— Да? — Она кокетливо склонила голову. — Спасибо, моя дорогая Софи! Так что мне сказать истре Долинье?

Я задумалась. Пожалуй, план моей мести созрел окончательно.

— Знаете, Марта, у меня есть идея, — медленно сказала я. — Что, если вы пригласите истру Долинье в Оливковую рощу?

— Что? — слегка опешила моя знакомая.

— Да-да, — торопливо продолжила я. — Я испеку мясной пирог, мы поговорим, а потом я покажу истре свои украшения. У меня есть несколько в запасе. И она сможет выбрать, если что-то понравится. А если нет… Ничего страшного, я совсем не обижусь. — Так как Марта продолжала шокированно молчать, я добавила в голос меда: — Я ведь новенькая в городе, никого не знаю, и буду рада пообщаться! Конечно, дом пока не готов к приему гостей, но я могла бы накрыть стол во дворе! Днем уже достаточно тепло! И, возможно, кто-то еще захочет взглянуть на мои украшения, я буду рада!