Перерождение (СИ) - Ри Тайга - Страница 59

Мой брат вернулся домой.

Глава 43. Воздаяние за содеянное

Я ерзала на кресле. Дядя и Луций склонились над свитками с замерами и сыпали терминами, мне понятными только отдаленно – никогда не была сильна в схемах и артефакторике.

Записи с приема и ночного нападения я отдала дяде ещё вчера, когда проводили Акселя. Ушло ровно три пирамидки. Но дядя все утро молчал: и за завтраком, и после, когда в обязательном порядке меня потащили изучать темный источник. То, что все в порядке, я могла бы сказать и так, ведь в прошлой жизни никаких проблем не было. Ощущалась легкая нестабильность, скачки уровней – второй – начало третьего и обратно, но я связывала это с недавним всплеском. Как все точно происходило тогда, я не помнила, слишком много страшных событий было в то время.

Замеры уровня моей силы их не удовлетворяли. По их расчетам должно было быть не меньше четвертого круга. Но, если учесть, сколько сожрали браслеты Арритидесов – это вполне логично. Про наручи я пока решила не говорить – не разобралась сама, точнее я уже открыла рот и потрясла запястьем, но как будто что-то толкнуло в бок – молчи, и я замолчала. Нужно будет – успею сказать позже.

Я ерзала на кресле в ожидании, когда дядя перейдет к стадии наказания за содеянное, что конюшня сойдет мне с рук так просто, я не рассчитывала. Но он, как будто специально издеваясь, начал изучать выкладки стабилизатора, которые передал Наставник.

Аш-ш-ш, Великий! Терпение никогда не относилось к числу моих добродетелей.

Я наметила себе план, нужно было обсудить с дядей Нике, Геба, и двоих легионеров, которым я дала Слово на приеме. Меня ждали Марта, мальчишка Браев, нужно было найти Ликаса и наведаться к Фей-Фей, и вместо этого я просиживала кресло тут. То, что мой стабилизатор работает, я могла бы сказать и так.

– А если вот так…, – я вытянула шею, чтобы лучше видеть. Дядя изменил направление силовых потоков на схеме. Коротнет, так точно коротнет. Я с удовольствием представила мастера-Ликаса со стоящими дыбом дымящимися волосами, если соберут схему так – это точно картинка ближайшего будущего.

– Коротнет, – мастер пожевал губами и отрицательно мотнул головой. Так вам, сир Блау! Это не ваша чистая артефакторика. – Запустим как есть, а потом будет править по узлам, – подвел итог Луций. Дядя неохотно кивнул – его давила жадность. Стабилизатор требовал сразу два силовых кристалла, причем не ниже тройки.

– Собирайте. Нужны результаты, – дядя приложил свою личную печать на свиток с нужными для работы материалами, полыхнуло силой – запрос мастера был одобрен Родом. – С патентом пока подождем, я постараюсь протолкнуть это, как военные разработки.

Теперь вопрос, где найти испытуемых для стабилизатора. Если дядя хочет использовать стандартную схему, а Блау специализировались исключительно на разработке военных артефактов, и, соответственно, патентовали в упрощенном порядке тоже только их, то первые подопытные должны быть из числа действующего военного состава.

– Вайю, расскажи ещё раз, как ты это увидела…, – дядя спрашивает про схему стабилизатора уже третий раз, используя разные формулировки. Как-как.

– Наставник уже проделал всю основную работу, просто увидела, как будет красиво и правильно. Тут, – я постучала по виску. Дядя никак не мог поверить, что я не могу выдавать схемы по заказу, он уже подсовывал мне три или четыре зубодробительных, из многофакторной артефакторики, но что я могла сказать? Мы не проходили такие артефакты, я не держала их в руках и не работала, что я могу об этом знать? Причем последняя из схем, точно была из оборонки. Неужели у дяди новые заказы и мы готовимся к войне? Вроде слишком рано.

Вот, если бы это было связано с целительством.

Этим он мучал меня с самого утра, уже скоро время обеда, а мы так и не продвинулись ни на шаг. В качестве наглядной демонстрации мне даже пришлось последовательно выплести плетения целительских чар со второго по восьмой круг. Конечно, запитать их силой я бы не смогла – ее пока просто не было в таком количестве, но сами узлы были верными. Плетения девятого круга я решила не демонстрировать, не потому что не смогла бы – пальцы скрипели, но слушались, многократные упражнения принесли свои плоды. Но у дяди и Луция был только восьмой, поэтому оценить правильность чар они не смогли бы все равно.

– А если вот это…, – мне под нос суют новую незаконченную схему, это уже что-то защитное.

– Дядя, – я застонала в голос и закрыла лицо руками. – Дядя, если что-то ещё придет в голову, не целительское, ты будешь первым, кто узнает…

Мое объяснение по поводу родового дара ему преподнес Наставник, поэтому все утро мы дружно пытались этот самый дополнительный родовой дар стимулировать и развить. Стимулировать и развить. Ведь не может же он ограничиваться такой бесполезной для Блау областью, как целительство?

Но он ограничивался. К глубочайшей скорби дяди. Ведь та же эмпатия работала в зависимости от погоды за окном. Дядя соглашался, кивал, но тут же настаивал на очередной попытке. Я – устала.

Про Геба говорить не пришлось, Наставник поднял этот вопрос сам – если парень «тянет», быть ему вторым личным учеником, после меня. Дядя неохотно, но всё же дал добро.

О том, что здесь тоже много политики, я даже не задумывалась. «Грязные» были не той темой, которую в высоких семействах часто обсуждают за завтраком. Оказывается, двое «грязных» в одном Роду – это почти прецедент, но я уже дала Слово. Поспешила, как обтекаемо выразился дядя. Больше, так спешить не следует, особенно в свете последних событий в шестнадцатом, где брат Лидса не последний легионер. Я кивала и каялась, Луций растекался в блаженной улыбке – кандидатура мальчика была одобрена.

– Двое легионеров на приеме, Юнис и Юстас…, – пересказывать историю не пришлось – дядя сам видел записи.

– Пусть Ликас…, – он поморщился, и кивнул Луцию, – …пристрой. – Дедок ответственно кивнул.

Ликас был темой, которая сразу выводила его из себя. Нарушил приказ – оказывается, следовать за мной на прием аларийцам было запрещено, поставил слово младшей в Роду в приоритет – это когда он отказался кого бы то ни было пропускать в конюшню, и видимо было что-то ещё, потому что Ликас был отстранен на декаду, отбывал наказание в дальнем гарнизоне, и по возвращении лишался всех своих привилегий.

Я искренне сомневалась, что аларийцы будут слушать кого-то, кроме Ликаса, хоть Великий им прикажи, но спорить с дядей сейчас не решилась. Пусть остынет.

Не знаю, какую именно интригу он ему почти порушил, но дядя высказался однозначно – если бы отряд не сумел сбежать, оторвавшись от «пустых» Мария, или, если бы их взяли, он предпочел бы видеть аларийцев только в одном виде – мертвыми. Блау чисты и непорочны. Блау не могут быть связаны даже с упоминанием измены в Легионе.

О том, что не будет Ликаса – не будет тренировок, я не упоминала. Если дядя не хочет вводить в поместье очередное непроверенное лицо, приближенное к телу, ему придется пойти на некоторые уступки.

Плюс, мне добавили по три часа ежедневно в дуэльном зале. Источник проснулся, игры кончились. То, что теперь меня вызовут на дуэль, как только я достигну третьего круга – это просто вопрос времени.

– А Тиры дядя, их наследник…

– Не лезь, – он оборвал на полуслове. – Один уже поиграл в политику…не лезь, Вайю. Развивай источник, тренируй плетения. Раз уж ты выбрала такую модель поведения, – он усмехнулся и показал в потолок, где повинуясь его руке, вспыхнула иллюзия герба Блау, – заявка была очень высокой. Поддерживай. Игры в светлую леди закончились. Времени не много, поэтому мне нужны результаты. Считай это наказанием – на Осеннем турнире школы я хочу видеть имя Рода в числе победителей. Дисциплину выбери сама.

Дисиплину? Победитель? Я вспоминала, в чем можно соревноваться. Первый тур – возвышенные гуманитарии услаждают слух и зрение друг друга музыкой, искусством, танцами и стихосложением. Ни в чем из этого я не понимала вообще. Цитра и я вещи несовместимые. Кисточкой я могу лихо выписывать рецепты зелий и иероглифы проклятий, танцую я как лошадь, а стихи…стихи – это тема гламурных мальчиков типа Костаса Тира. Первый тур отпадает, полностью.