Восточный маг: миротворец (СИ) - Щеблыкин Константин - Страница 48

Видя, что ситуация выходит из-под контроля, командующий отрядом герой приказал покрошить замедленного врага на мелкие кусочки. Это стало фатальной ошибкой. Каждый удар, достигший вёрткого, как ртуть тела заставлял его замереть на долю секунды, но потом, вытянувшаяся наконец конечность забиралась под доспехи или пронзала одного из воинов, и бог его знает, что происходило внутри, но цель падала замертво с огромной рваной раной в груди, если это был пустынник, и без видимых под доспехами повреждений, если рыцарь.

Меньше чем через минуту отряд перестал существовать, и металлический голем, втянув в себя все свои конечности, снова принял человекообразную форму. Потеплел и завибрировал амулет связи.

— Мои наблюдатели не заметили никого на пять миль вокруг границ сектора, но мало ли что может случиться. Поэтому оставляю Тытыща вам для охраны. Доставите карту в замок и можете считать свою миссию выполненной.

— Да владыка! — орк только рад лишнему мечу в отряде.

— И вот ещё что… Вы справились на сутки раньше, а потому свободных дирижаблей у меня сейчас нет, так что я вышлю вам на перехват парового голема из ближайшего форта, через час — полтора будет у вас.

Глава 18. Беда

***

Обидевшийся на меня демон-лорд Сатарх всё-таки сдержал своё слово, и привёл под мои стены армию, насчитывающей больше двух тысяч голов нежити и демонов, и это не считая трёхголовых церберов. В этом ему помогли ещё три игрока, все как один владыки ада. Все трое находились в одном альянсе, и нежить, которую я вижу, скорее всего одолжили там же, потому что в войске нет скелетов, рыцарей смерти и неупокоенных душ. Только вампиры, пятёрка костяных драконов, личи, и несколько сотен зомби — как раз то что нужно для удачного штурма.

Так или иначе, соотношение десять к одному это очень и очень плохо даже для такого сильного в обороне замка, как мой, не спасут и бонусы от миротворца. Скорее они даже не смогут полностью компенсировать навыки военачальника, каковой наверняка найдётся среди четверки адских владык. Одна надежда на объединенные силы конклава и стационарные артефакты.

Я потянулся к вмурованному в перила кристаллу с Великим барьером… и ничего не случилось. Уже догадываясь, что произошло что-то из рук вон плохое, ведь магия это не гремлины, она работает как часы, повторяю попытку постановки защитного купола. Ничего. Зато рядом жахает мощным фаерболом стационарный боевой кристалл, возле которого стоит маг из нового выпуска артефакторов. В личей полетел, вряд ли сразу кого убьёт, но защиту потреплет точно, мы его всем конклавом зачаровывали, там сила магии под триста, и без магического щита он слона не то что зажарит, а испепелит на месте.

Бегло осматриваю артефакт барьера магическим зрением. Всё как всегда, изъянов и трещин нет, вот только… в магическом зрении становится заметна какая-то еле видимая паутина в воздухе, накрывшая весь город. И центр кругов этой паутины сходится на вражеском герое.

Похоже, эта тварь пристально наблюдала за мной, иначе почему, как только я на него посмотрел, он вытянул в мою сторону коготь, а другой рукой показал старый как мир жест ладонью по горлу. И расхохотался, продолжая обидно указывать пальцем.

Что ж, это действительно обидно, особенно то, что он застал меня врасплох, но что по-настоящему сейчас важно, так это знание, что источником аномалии является именно он, а значит, с оборудованием у нас всё более-менее в порядке, просто часть отключилась.

— Коллеги! Кто может подсказать что за паутина в небе, и почему не работают чары Великого барьера?

Сразу двое магов наложили на себя заклинание Истинного зрения, и принялись вертеть головами. К ним тихо подошел самый старый, маг земли Аль-Сахра, и попросил наложить эти чары из неподвластного ему раздела магии света на него. Одного взгляда старику хватило, чтобы опознать аномалию.

— Я когда-то давно уже видел такое. Это Плащ Инквизитора, так же известный как Накидка отречения, артефакт, наделённый божественной силой, блокирующей высшую магию. Во время войны Серого Альянса, Прелаты Священной Империи использовали такие штуки против Князей Ада. Одна такая сохранилась в музее Аль-Сафира, но, мне кажется, та, что мы видим, скорее всего, была захвачена демонами как трофей.

— Благодарю, почтенный Аль-Сахра. Просветите меня вот в каком вопросе: обычный фаербол высшей магией не является, но ведь он здесь усиленный, и расход у него увеличен. Каковы границы допустимой магии под этим плащом отречения?

— Полагаю, что всё, расходующее меньше сотни маны, не должно вызывать серьёзных возмущений, так что нам доступны заклинания до третьего круга включительно, и даже есть возможность незначительно их усилить.

— Джинны! Двое — сделайте для нас что-нибудь хорошее, остальные четверо — отработайте чем сможете по армии противника.

На меня, как впрочем, и на всех вокруг, легли защита и ускорение.

А вот перед входом в замок творилось непонятное. Один из джиннов создал под ногами грязь. Второй вызвал дождь. Хороший такой дождь, скорее даже ливень. Третий наложил на всю армию противника замедление. Что сделал четвертый, я, наверное уже и не узнаю, но желанной боевой магии я так и не увидел, а судя по тому, что ливень не удалось прекратить ни мне ни противнику, там что-то с чем-то вошло в резонанс. Возможно, колдуны противника тоже собирали тучи, скажем, для защиты вампиров и прочей нежити от солнца, или это был редчайший случай магического закрепления, но дождь установился всерьёз и надолго, во всем городе и его окрестностях превращая и без того вязкую грязь в жидкое болото.

Своё наступление противник начал с создания огромного копья из чистой тьмы, разнесшего в щепки ворота. Судя по вложенной мощи, это был одноразовый артефакт, захваченный специально для подобной цели, но, тем не менее, своего враг добился.

Эффект от заклинания замедления Сатарх нивелировал своими чарами массового ускорения, но вот моих летунов замедлить не смог, то ли не было у него в арсенале нужной магии, то ли были дела поважнее. А моим големам было абсолютно без разницы, с какой скоростью неподвижно стоять в воротах.

***

— Давай, давай, шевелись! — маленький гремлин прыгал вокруг полуорка, тащившего на себе бочку, основательно пролитую воском и опечатанную сургучом. — Только не вздумай уронить, а то мы тут все друг друга перережем, никакого штурма не надо. Тащи на стоянку птиц рух, и взлетаем!

— Так они же в небе кружат, разве нет?

— Там сейчас только две курьерские, они в бою не участвуют, и паладин уже должен был из вывести из гнезда, давай, шевелись уже, орясина! — изнывал от нетерпения гремлин.

— Сам бы попробовал потащит такую дуру!

— Как?! У меня же силы не хватит!

Так, препираясь, странная парочка добежала со своей ношей до площадки возле огромных стойл, где дежурили, дожидаясь своего часа, две курьерские птицы рух, увешанных самыми разнообразными артефактами, увеличивающими скорость полёта, и даже парочкой напоминающих реактивные ускорители труб.

— Что так долго?! — Раздраженно встретил героев паладин — Залезайте быстрее! Дамир, это твоя ласточка, бочку в седельную сумку засунь, а ты, мелкий, полетишь со мной на Орлике, вторым номером.

Пампа всё же решился вложить полученные за найденную возможность строить ценные здания вне замков очки прокачки в кровного летающего маунта. Теперь, что бы ни случилось, он возрождался вместе со своим кровным питомцем, а когда паладин был в седле, они с грифоном могли действовать как единое существо, объединяя способности и запас здоровья. При этом, если было на то желание, ничто не мешало им разделиться, и действовать, как две независимые боевые единицы.

— А нам владыка за угон курьерского руха головы не поотрывает? — запоздало поинтересовался полуорк.

— Не, он скорее на месте испепелит — серьёзно рассудил гремлин. — И мы ведь второго, на самый крайний случай оставили, так что вроде не должен?