Дерзкая. Трилогия (СИ) - Шитова Наталия - Страница 91

Возможно, что я тоже неправа, и стоит простить друга за его слабость и жестокость. Слабость прощать трудно, но я была бы готова сделать это, если бы все свои оценки Олег мог попридержать. Я не стала бы никогда требовать от Олега, чтобы он изменил мнение о Валерке. Но неумение и нежелание Олег разглядеть, что объект его ненависти уже сломлен и раздавлен, и вслед за этим неоднократные яростные попытки бить лежачего надломили во мне прочный, казавшийся незыблемым стержень — мое трепетное отношение к Олегу…

Я вышла из дома на тренировочную площадку. Уже в полной темноте по площадке кто-то бегал, звенело оружие. Вглядевшись, я заметила Тарона, Гудри и еще нескольких молодых воинов, они азартно фехтовали, гоняясь друг за другом. Слышались возбужденные вскрики и короткие команды Тарона. Уже который день подряд я видела вокруг Тарона одни и те же молодые лица. Судя по всему, юный иерарх отбирал себе тех, на кого впоследствии собирался положиться, и предпочитал сам их тренировать.

Я осмотрелась, но Валерки нигде не было видно. Я беззвучно позвала его, но ответом мне было молчание. Я не отставала. А знала, что он слышит мой зов. Но он упорно молчал. Если бы мне точно знать, в какую сторну он пошел, направленный импульс пробил бы брешь в его отчаянной защите. Но, чтобы мой панорамный зов не просто сообщал о моем желании поговорить, а прорвался в сознание Валерия, мне нужно было бы войти в такое глубокое медитативное состояние, из которого потом можно было вовсе не выйти. Это малоприятное положение было уже мной проверено на личной практике. Сила и способности сознания имеет, к сожалению, границы, не зависящие зачастую от человека. Это как рост: лопни, но, если захочешь стать выше на полметра, вряд ли горячее желание поможет тебе. Я выругалась про себя, в надежде, что если Валерий и не услышит, то почувствует, что я думаю по поводу его нежелания отвечать мне.

Я пошла прямиком через площадку, на которой продолжали резвиться Тарон со своей командой.

Когда я поравнялась с их плотной вопящей, визжащей группой, от нее отделился высокий силуэт с короткой рапирой в руке и, издавая грозный клич, бросился на меня. Тарона я узнала сразу же. Распаленный своими забавами, он, возможно, хотел просто пошутить, но настроение у меня было нешуточное. Я выхватила свой кинжал, тот самый, из лесного арсенала Тарона, и встретила его выпад, намеренно подставляя свое оружие поперек скользящего движения клинка рапиры. Мне было физически трудно удержать руку и не опустить ее вниз под сильным напором Тарона, но чутьчуть изменив наклон кинжала, я заставила Тарона скользнуть вслед за своей рапирой и потерять точку опоры. Он упал на бок, не выпустив из руки оружие, но мой кинжал уже пронзил его широкий рукав и пригвоздил прыткого нападающего, до рукоятки вонзившись в землю.

— Не рыпайся, мальчик! — я пошла прочь, оставив Тарону самому подниматься с земли.

Через несколько секунд он меня догнал, загородил дорогу и протянул кинжал.

— Никогда не шути так, потому что тебя могут неправильно понять, сказала я, принимая оружие и отправляя его обратно в ножны.

— Да уж, хорошо еще, что моя шутка стоила мне только прорезанной куртки, — хмыкнул Тарон, и стал серьезным. — А что ты такая дерганная?

— Ты не видал Валеру?

— Он пошел к оружейному складу. И он был расстроен.

— Как ты это разглядел в темноте и посреди своих игрищ?

— Ну, знаешь, даже в бою нужно видеть, что вокруг тебя происходит… Валерия я узнал, а то, что он был не в себе… Да он просто разбрызгивал вокруг себя слезы… Я уже и раньше однажды воспринимал такое состояние…

Я пошла в направлении оружейного склада, но Тарон опять догнал меня и схватил за руку:

— Погоди… Наверное, я должен кое-что тебе сказать…

— Давай в другой раз, Тарон. Меня сейчас беспокоит кое-что другое…

Тарон нетерпеливо топнул ногой:

— Но мне нужно непременно выяснить, насколько я прав в своих подозрениях!

Я остановилась:

— Ну, выкладывай! Только ближе к делу и без предисловий.

— Ты самый лучший сканер в окружении Юры, включая и его тоже…

— Во-первых, Валерий ничуть не менее способный сканер, во-вторых, я просила без лишних проволочек!

Тарон успокаивающе поднял обе ладони и отозвался скороговоркой:

— Все, все, Рэста, я понял… Видишь ли, через меня время от времени проходят какие-то странные токи… Это напоминает контакт, но если это и так, то этот контакт мне не предназначен… И тем не менее, я его чувствую. Но не могу определить ни источник, ни адресат. Тем более, что связь идет в обоих направлениях, и все время через меня…

— Это похоже на Даррину?

— Не очень, только отчасти, — неуверенно сказал Тарон.

— Ну конечно, мальчик, конечно, отчасти, раз в переговорах постоянно участвуют двое… — я видела, как возмущенно нахмурился Тарон при слове «мальчик», но он, как видно, признавал за старшей сестрой, убеленной сединами, право так называть себя. — Я думаю, что это не случайно идет именно через тебя. Скорее всего, Даррина, не имея пока возможности физически дотянуться до тебя, обрабатывает кого-то здесь в надежде убрать тебя чужими руками еще до того, как мы переберемся к ней на задний двор… Думаю, что тебе не стоит шататься в гуще незнакомых тебе людей. Лучше побереги себя и не бывай нигде один…

Тарон хмыкнул, потому что, как все горячие и уверенные в себе люди, даже не рассматривал возможность, при которой он сам не смог бы вовремя избежать опасности без посторонней помощи.

— Второе, — продолжала я, — Немедленно расскажи об этом Юрке. И третье: как только ты почувствуешь это снова — найди меня и мы попробуем вместе с этим справиться. Ты тоже довольно силен, а со временем ты разовьешь свои способности до уровня не ниже, чем у Валерия.

— Меня беспокоит не угроза моей жизни, с этим я как-нибудь справлюсь, а то, что Даррина может свить нам здесь шпионское гнездо, а мы даже знать об этом не будем, — Тарон был очень взволнован.

Я, в свою очередь, могла бы успокоить его, сказав, что все это пустяки, но его рассказ говорил за то, что до пустяков далеко. Даррина действовала очень тщательно и осторожно, ведь подумать только: ни я, ни Валерий, который знал ее саму и ее приемчики, как свои, даже не заподозрили, что Тарона обрабатывают у нас под носом. Нужно было непременно выяснить, кого облюбовала наша давняя и неумолимая соперница. К тому же не один Тарон был для нее объектом домогательств. Мне она даже в лицо обрисовала мое, по ее мнению, плачевное будущее.

— Все это очень серьезно, мальчик. Поэтому будь начеку.

Он кивнул и, уже развернувшись, заметил:

— Спасибо за урок. Я запомню этот прием.

— На здоровье, — я поспешно пошла туда, где размещался оружейный склад. На самом складе Валерке делать было, во-первых, нечего, а во-вторых, наш главный оружейник Гайл в это время уже был где-то далеко, поэтому Валерку просто не пустили бы в помещение. Он должен был быть где-то рядом, в лесу или в деревне, которая размещалась совсем близко от лагеря Юры. Оттуда Юрка набирал первых своих последователей, и оттуда стараниями своих новых союзников снабжал свою армию всем жизненно необходимым.

На себя Юра взвалил, как всегда все самое трудное. Кроме общего руководства, он держал в своей голове еще массу конкретных задач, которые ему раньше не на кого было переложить. Сейчас, когда из Диких Земель подоспели мы с Олегом, Юра собирался поручить мне сканерскую разведку, а Олег, по его планам, должен был вплотную заняться индивидуальной физической и боевой подготовкой воинов, как только он сам освоит все дополнительные виды оружия, не знакомые ему до последнего времени.

Себе и Тарону он оставил стратегию, полностью переключив Валерия на двери, Гайла на снабжение вооружением, а Марсена на оперативно-тактические рейды. Все, таким образом, оказывались при деле, их вполне достойном.

Значит, мне, как сканеру-разведчику, и надлежало разобраться с непрошенными гостями, свалившимися на Тарона в виде непонятных безадресных контактов. Хотя они были безадресными и непонятными только для Тарона, поскольку вороненок был еще слишком неопытен и неискушен в излишествах невербального общения. Все это было поправимо, и главное теперь состояло в том, чтобы обеспечить Тарону возможность набраться недостающего опыта. Даррина со своими планами могла лишить мальчика такой возможности, а меня шанса помочь ему.