Последняя из рода Блау (СИ) - Ри Тайга - Страница 30

— Ключ от лаборатории я хочу найти на своем месте сегодня вечером, — уже на пороге меня догнала ехидная фраза Мастера.

***

Ингредиентов в бывшей лаборатории Виртаса мы нагребли больше, чем нужно по списку, чтобы потом нельзя было рассчитать, для чего использовались те или иные расходники. Прямо в центре лаборатории, на столе, под сетью сложных светлых чар — меня дожидался сюрприз от бывшего Наставника — артефакт записи. Он что-то оставил лично для меня?

Чары были просто произведением искусства — и сокрытие от чужих глаз, и личная настройка на ауру адресата, и завязка на активацию именно светлой силой. Неужели дядя мог пропустить такой сюрприз? Я сунула пирамидку в карман халата — посмотрю позже, и отправилась в хранилище.

В хранилище я нацепила на себя всю статусную амуницию, которая полагалась: несколько дополнительных колец с боевыми зарядами, малую печать Блау вытащить поверх, чтобы сразу бросалась в глаза, черную палочку защиты полного круга, широкий пояс с халцедонами и нефритовыми подвесками, который сам стоил, как несколько алхимических печей.

Ликас отправился с нами.

***

В деревню мы не заезжали, Нике и трое крупных бородатых аларийцев, в цветастых одеждах кочевых, ждали нас на повороте из леса. Марта решила перестраховаться и послала троих вместо одного? Опять что-то увидела?

Нике и Ликас сразу померили друг друга высокомерными взглядами. Ещё вопрос, чье высокомерие достигает небес — аларийское, с их бесконечной дремучестью, или горцев — с их твердолобостью.

Нике оскалился в улыбке, сверкнув удлинившимися клыками, Ликас и аларийцы синхронно сощурились в ответ.

Я знала, что они друг другу понравятся.

***

Дороги на подъезде к Керну были непривычно пусты — никаких торговцев, караванов и крестьян, редкие одинокие военные, проносились мимо рысью. Казалось, город вымер.

Я показала на въезде свиток Мастера с печатью — ученица выполняет задание и следует в алхимическую лавку для закупки ингредиентов. Солдаты отнеслись к проверке серьезно — проверили оружие, просветили сигнальными артефактами, и на прощание, отсалютовав сжатым кулаком, предупредили, что в городе введено военное положение и комендантский час. Значит нужно успеть до заката.

Переулки тоже были непривычно пусты — никакой толчеи, снующих туда-сюда ремесленников. Копыта гулко цокали подковами по мощеным улицам, мы свернули на кольцевую внутри города — так меньше вероятности нарваться на очередной патруль и опять отвечать на вопросы.

До дома Фэй-Фэй оставался один квартал, когда нам навстречу вывернула небольшая кавалькада. Халаты сияли золотом и вышивкой, кони лоснились, сбруя тихо звенела в такт — богатенькие мальчики выехали на прогулку.

Нам не разъехаться. По правилам этикета, если стороны обладают равно высоким статусом, необходимо номинальное приветствие — Высший-Высшему. Приветствовать я не хотела, потому что прямо передо мной, почти круп в круп, гарцевал на горячем райхарце сир Дарин Валериан Квинт.

Я невольно сравнивала Дарина и Нике — как день и ночь. С одним я спала, с другим нет. Примерно одинаковый рост, разворот плеч, обоим по семнадцать, второй курс, примерно одинаковый уровень темной силы. При этом Нике достиг шестого круга сам, в то время, как у Дарина в распоряжении были все ресурсы клана — эликсиры, амулеты, книги, клановые алхимики. В-общем и целом Квинт проигрывал неотесанному горцу с разгромным счётом.

— Леди Блау, — Квинт склонил голову в традиционном приветствии, немного красуясь — светлые пряди картинно рассыпались по плечам. Змей подколодный, как есть змей. У каждого из Квинтов осталось что-то от их скользкого прародителя.

— Сир Квинт…, — мы тронули лошадей в встретились в центре, между двух отрядов. Квинт скастовал над нами купол тишины.

— Леди Блау, это приятная неожиданность. Род Квинтов счастлив, что вы не пострадали во время последних печальных событий, — он намекал на призыв на площади.

А я то как рада, что не пострадала.

Дарин жадно всматривался, не в силах скрыть зависть — руки, усыпанные перстнями-артефактами, наручи-браслеты Арритидесов, малую печать Блау на груди. Как будто специально, издеваясь, нефритовые подвески на поясе нежно запели на ветру.

Квинта нужно отвадить. Ненужные вопросы — состав отряда, охотничий халат, который не подходит для выездов в город, странное время для посещения гостей.

— Леди…

— Сир Квинт, — лошадь подо мной нервничала, чувствуя райхарца так близко, — это нарушение правил приличия, но я спрошу прямо. Я…, — голос задрожал, — больше не в силах терпеть. Мне…, — сейчас бы слезы выдавить и платочек, — мне показали Вас…Вас…и мою кузину…это почти как в романе Мадам Ру… «светила полная луна и он лобзал кончики ее пальев»…, — надеюсь, цитата была верной.

Квинт побледнел, пятясь назад.

— …Сир…скажите мне, — ну давай же, псаковы слёзы не хотели катиться по заказу. Я украдкой посмотрела назад, на фигуру Нике, который напряженно изучал отряд напротив…Нике в операционной, смеющийся Нике,…постаревший Нике со шрамами… мертвый Нике…холодный…слезы покатились молчаливым потоком. Есть!

Купол тишины защищает только суть разговора, но не скрывает происходящего внутри. Если вы довели Высокую Сиру до слез, самое меньшее, чего можно ожидать — это вызов в дуэльный круг, от ближайших защитников, если причина была серьезной. Что Аксель умел и любил драться, знали во всеми Северном Пределе.

Я прикрыла глаза ресницами, чтобы скрыть торжествующий блеск — более двадцати свидетелей вашего позора Высокий Сир.

— Леди Блау, прошу прощения, что расстроил Вас упоминанием последних событий на площади, — Квинт предусмотрительно заранее сдернул купол тишины. — Не смеем Вас больше задерживать, — поклон, разворот коня и молчаливая кавалькада огибает наш отряд по тротуару, быстро удаляясь в сторону ремесленного квартала.

Ликас вопросительно нахмурил брови, я отрицательно качнула головой — всё в полном порядке, и лукаво улыбнулась Нике, утерев мокрые щеки.

— Время, — я повелительно махнула рукой в сторону дома Фэй-Фэй, пришпорив коня.

Глава 23. Эликсир 2

Большой дом рода Ву располагался на границе центрального и торгового кварталов. Хорошее расположение, с учетом того, что алхимическая лавка была здесь же, в правом крыле дома, как и алхимическая лаборатория. Спрашивать было не принято, но я знала, что Фэй-Фэй с братом иногда отправляются за город, в небольшое поместье у подножия гор. Больше у них в Керне не было ничего — это не просто упадок, это меньше, чем ничего, у многих купцов в городе было больше собственности и земли. У Рода Ву — осталась только Высокая фамилия.

Ву переехали из столицы около десяти зим назад, и ещё не стали по-настоящему своими в Северном Пределе, но уже не были и чужими. Знакомые чужаки. Фэй-Фэй редко упоминала родителей, единственное, что знала, что оба были талантливыми алхимиками, продолжателями дела семьи Ву, потом неудачный эксперимент, и остатки рода переехали в глухую провинцию — осталось только трое — Дедушка, Фэй-Фэй и ее маленький брат.

Я любила бывать у Фэй-Фэй. Широкие открытые террасы, отсутствие охраны на каждом углу, гармонично оформленные интерьеры — у Фэй действительно превосходное врожденное чутье и вкус.

Сестра встретила нас в малом саду. Домашний халат, расшитый аистами, руки, заляпанные пятнышками черной туши, кисточка за ухом, мольберт — Фэй-Фэй рисовала.

На тонкой рисовой бумаге оживали изящные цапли, ступающие по озерной воде в камышах. Потрясающе, как и всегда. Фэй будет истинным украшением факультета Искусств.

— Вайю, — короткий взгляд на неподобающее одеяние, кольца, печать, и Фэй-Фэй нежно обнимает меня за плечи. Никакого удивления во взгляде, как будто мы постоянно вваливаемся в их дом таким составом. — Прошу, — она указала на мягкие плетеные кресла, — я прикажу подать чай.