Стеклянное Рождество. Часть 1. Затянувшийся Сочельник (СИ) - Холод Корин - Страница 61

Женщина протянула руку вперёд, являя присутствующим два отполированных осколка. Тёмная зелень стекла на белоснежно-розовой ладони смотрелась первыми ростками после оттепели, когда снег ещё не сошёл, но уже отступил под дыханием весны.

Мо взглядом испросил разрешения, дождался лёгкого утвердительного кивка и осторожно взял осколки.

— Сие — части домов джиннов, — уверенно определил он. — Неведомым мне морем отполированы, незнакомым ветром шлифованы. Достойная вещь, и работать с ней, коли позволите, будет мне в интерес и в радость.

— Я пока не уверена, что из них можно сделать, — покачала головой Нуарейн. — Они слишком маленькие…

— Размер неважен, тем паче, что матерьяла в них больше, чем кажется, — Мо покивал своим мыслям. — Вот теперь, подруга древняя, твой совет потребен как никогда. И не столько мне, сколько ей. Новое нечто сотворить из этого стекла необходимо. А что — не ведаю, покуда не решите вдвоём, птицы странные, друг друга случайно нашедшие.

— Совет, совет… — Тень совершенно стариковским движением, чуждым на молодом лице, пожевала губами и сунулась чуть ли не носом в ладонь Нуарейн, рассматривая осколки. — Ну, парные клинки — это точно. Но на поясе она таскать их не будет. Не будешь ведь, правда? — Она метнулась назад мгновенным, почти неразличимым человеческому взгляду сальто и склонила голову набок, оценивающе осматривая фигуру подруги. — Скажи мне… А ты украшения носишь?

Отблеск грустной задумчивой улыбки коснулся губ Нуарейн, в то время как пальцы её левой ладони неосознанно коснулись сперва шеи, а затем виска, и провели по лбу.

— Нет, — медленно ответила она. — Сейчас не ношу. Но раз мне надлежит меняться вновь… я бы думала о чём-то, украшающем руки. Не что-либо иное.

«Серьги же!» — снова взвыла какая-то часть в душе, но Нуарейн твёрдо подавила этот порыв. Не хватало ещё раздвоение личности заработать с такими фокусами. Надо показать этому тонкому голоску, кто тут главный!

— Браслеты, значит, — довольно подытожила Тень. — Кольца — это слишком банально и мелко. Ты не из Тёмных Властелинов, да и чёрное трико с маской тебе не пойдёт, у тебя глаза зелёным не светятся. Хотя-а…

На лицо Тени начало вползать хулигански-заинтересованное выражение, но на её плечо легла огромная волосатая лапища, неумолимо развернула и повлекла в сторону выхода.

— Иди-иди, егоза, — спокойно приговаривал Мо, подталкивая в спину неугомонную вольнонаёмную помощницу Агентства. — Тебе ещё перед Александром свет Евгениевичем отчитываться. А соискательницу мою не замай, мысль твою я понял, крепко подумать надо — и без твоих фантазий влажных.

— Всё равно вы все мне проиграли! — весело верещала Тень, напоказ трепыхаясь в крепкой хватке гнома и не делая даже малейших попыток вырваться. — Воин спорил, что она оружие добудет, ты — что с пустой дланью возвратится, а длань-то не пустая оказалась, нет-нет-нет! Так что бочка и канистра — мои, мои, мои!

— Твои по праву, — прогудел хозяин кузни, — никуда не денешься, настигнет тебя сладкая доля победительницы. И горькая также. А сейчас дай нам с девой мудрой да холодной разобраться, что именно ей по сердцу, а не по разуму придётся.

«Мудрая да холодная дева» наблюдала за этой шуточной перепалкой и только сейчас начинала понимать, какая пропасть теперь отделяет её от прошлого. И насколько ей это начинает нравиться.

«В конце концов, ты сама сказала: надлежит меняться вновь», — хихикнул где-то внутри юный голос и замолк.

— Браслеты — это хорошо, — будто со стороны услышала Нуарейн свои слова. — И поясни про маску и трико, будь добра, прежде чем опять сбежишь заниматься страшным и важным. Должна же я хоть когда-то учиться местным шуткам?

Киото. Двадцать пятое ноября. Окраины города. Поздний вечер.

Линг Собачий Хвост лежал лицом в картофельных очистках. Вдыхая ни с чем несравнимый аромат свалки, он изо всех сил гнал от себя мысль о том, что, по его разумению, подобные времена давно прошли. Рядом тихо вздохнул Такеши.

— А мне казалось, я никогда не вернусь в это дерьмо, — одними губами прошелестел он, но Линг услышал.

— Молчи, кретин, — таким же образом ответил он, взглядом указывая на стоявшего в десяти шагах молодого китайца. Тому явно приспичило по-маленькому, и довольно давно, но он стойко держался, обозревая окрестности. Невзирая на всю бдительность юного наблюдателя, свалка не подавала никаких признаков жизни. Наконец он не выдержал и отошёл всего на три шага в сторону, судорожно хватаясь за ширинку.

Линг безмолвно скомандовал: «Вперёд», — и, подавая пример, потёк меж мусорных куч, следя за спиной так неудачно вставшего охранника.

Сэнсей Фил мог бы гордиться: даже помойные крысы не почуяли перемещений его учеников. Три тени средь теней осторожно приблизились к убогой лачуге какого-то местного бездомного и обратились в слух.

«Готов?» — жестом спросил Линг у Ясуо. Тот обозначил подбородком намёк на кивок и легко пробежался пальцами по рукояти бамбукового меча, с которым не расставался последний месяц.

«Да уж, этот месяц многое в нас изменил», — подумал Линг, прислушиваясь к невнятным стонам из лачуги. Пока что необходимой информации в них не содержалось, и глава тройки мог предаться любимому делу — размышлениям. В последнее время это только помогало сосредоточиться на окружающей реальности, так что он не боялся упустить момент, когда стоны перейдут в членораздельную речь.

А подумать было о чём. С тех пор как Белый Лис посвятил подопечных в свои далеко идущие планы и подтвердил серьёзность своих намерений, тренировки усилились вдесятеро. Тем не менее, не жаловался никто. Белый Лис достаточно ясно обозначил свою принадлежность к миру богов и духов. После долгой беседы в его кабинете о том, чем, собственно, предстоит заниматься ученикам Сэнсея Фила, все трое пришли к однозначному выводу, оглашённому Такеши. Прешагнув порог и закрыв за остальными дверь, он в своей непередаваемой манере заявил:

— Бодисатва или нет, но этот мужик явно далеко пойдёт. И лучше нам идти вместе с ним. Иначе — жопа.

И корректный Ясуо только кивнул, соглашаясь с этим кратким, хоть и не очень приличным «резюме». Последовавший месяц основательно обновил представления молодых людей об их способностях, и результат не заставил себя долго ждать: банковский сейф с тремя уровнями защиты, сменивший несчастную розочку, был вскрыт всеми доступными и недоступными способами. Неоднократно. Всеми членами Команды, как они сами стали себя называть, каждый раз вызывая странную ностальгическую усмешку на губах Белого Лиса, когда он слышал это слово.

Тренировки и обучение, в которое теперь входило овладение западным этикетом и английским языком, знание карт метро столиц различных стран и просто крупных городов, верховая езда и масса других не очень понятных, но явно необходимых вещей, длились до пасмурного осеннего утра, когда Белый Лис вызвал всю троицу к себе.

— У меня получилось расшевелить Триады, — начал он после должных приветствий. — Уход Линга ко мне и моё ответное письмо им были первыми камушками, потянувшими за собой сель. Они с самого начала подозревали, что я не вполне человек, и я дал им, как и вам, достаточно подтверждений этого факта. Я ждал от них действий, и эти действия воспоследовали. А теперь вместе с ними начнём действовать и мы. Ваша цель — окраины Киото, мой секретарь даст вам точные координаты нужного места. Туда бойцами одной из китайских семей будет доставлен служитель храма Ясака. Триады полагают, что этот человек хранит информацию о ключе к некой силе, которая поможет им справиться со мной. Признаюсь честно: их каналы информации в этом отношении превосходят мои на несколько порядков. Я не уверен, что этот человек действительно что-то знает, но Триады крайне в нём заинтересованы, а значит, это может быть следом. Или дорогой к нему. Или пылью с её обочины. Так или иначе, с вами этот человек ничем делиться не будет. Вам придётся подождать, пока они развяжут ему язык, услышать, что именно он им скажет, а потом… — Белый Лис сделал выразительную паузу, глядя на бамбуковый меч Ясуо, — можете его спасти. Я правильно понимаю, что вы не желаете отнимать жизнь даже у членов Триад?