Дозоры.Сборник. Книги 1-10 (СИ) - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 272

– Очень неудобное заклинание, – сказал Лермонт с облегчением. – Хотя и надежное.

Хрустальный шар пошел трещинами и распался облачком пара. Семен, оказавшийся в этот момент вниз головой, ловко извернулся и приземлился на ноги. Поковырял пальцем в ухе, спросил:

– Так у вас всегда по субботам принято, господин Лермонт? Или по случаю нашего приезда?

Лермонт на незатейливое ехидство никак не отреагировал. Склонил голову набок, будто вслушиваясь в чей-то голос. И хмурился – все больше и больше.

А потом двумя движениями создал перед собой светящуюся рамку портала. Сказал:

– За мной, господа. Боюсь, это все было отвлекающим маневром.

Я не успел спросить, что он собирается делать с перевернутым фургоном, взорванной беседкой, уползающим бандитом, замаячившими уже на улице соседями. Рядом открылся второй портал – и из него один за другим принялись выпрыгивать Иные.

Не просто Светлые из Ночного Дозора – они были одеты в полицейскую форму, в бронежилетах и шлемах, с автоматами на изготовку!

Да, Томас-Рифмач, горазд ты кокетничать! Недооценили технологии! Вижу-вижу, как ты ее недооцениваешь…

Лермонт шагнул в портал. Я чуть задержался, ожидая Семена. А тот вдруг остановился, вперив взгляд в сухопарого рыжего мужчину. Завопил:

– Кевин! Старый хрыч!

– Симон! Тупая твоя башка! – восторженно закричал рыжий. – Ты куда? Погоди!

Они обнялись и принялись молотить друг друга по спинам с энтузиазмом спятивших зайчиков из рекламы батареек.

– Потом, потом наговоримся, – выдираясь из объятий Кевина, пробормотал Семен. – Вишь, портал стынет… Я тебе вина привез из Севастополя, помнишь? Мускатное игристое, вот!

Сплюнув, я покачал головой. Ну что за манера – «потом, потом…». В кино герой, который говорит старому другу такие слова, обречен на скорую неминуемую смерть.

Остается лишь порадоваться, что мы – не герои боевиков.

Я шагнул в рамку портала.

Молочное свечение вокруг. Легкость, сравнимая лишь с той, что испытывают космонавты. Тайные тропы, недоступные людям.

Что там сейчас будут делать Иные в форме полицейских? Стирать память случайным свидетелям, убирать все следы произошедшего взрыва, допрашивать нападавших, если те выживут. Черновая работа, из которой на самом-то деле и состоят будни Дозоров.

Но кто посмел? Напасть на сотрудника Дозора – уже безумный поступок. На шефа Дозора да плюс еще двух иностранных магов – совсем неслыханно. А уж использовать при этом людей…

Я вдруг четко осознал, что встреченный мной в «Подземельях» француз тоже был человеком. Нет, не Высший маг, спрятавший от меня свою сущность. Обычный человек. Но потрясающе ловкий, хладнокровный, артистичный. Не такая пешка, как отправленные на смерть бандиты. Уж не он ли выпустил в нас ракету?

А еще вампир. Неужели Костя? Неужели он все-таки выжил?

И в довершение всего защитные амулеты на бандитах, позволившие им выиграть время. Вампиры не способны создавать амулеты. Это работа мага, чародея или ведьмы!

Так с кем же мы столкнулись? Кто ломится в Сумрак за наследством Мерлина?

И способен ли он погрузиться до седьмого слоя…

Портал закончился, как всегда, неожиданно. Белое свечение сжалось в рамку, я шагнул в нее – и тут же меня схватили за плечо, резко дернули влево и вниз, уложили под прикрытием импровизированной баррикады – несколько опрокинутых столов.

Вовремя. Над головой пропела пуля.

Я был в «Подземельях Шотландии». В одной из первых комнат.

Рядом прятался за баррикадой Лермонт, а меня уложил на пол темнокожий Иной первого уровня. Судя по количеству заклинаний, «подвешенных» у него на пальцах, это был боевой маг.

Снова грянул выстрел. Стреляли из открытой двери, ведущей в следующую комнату.

– Фома, что случилось? – Я непонимающе посмотрел на него. – Почему мы лежим? Надо ставить Щит…

Лермонт даже не шевельнулся, но у двери, закупоривая ее, возник барьер. Я не успел удивиться глупости шотландского мага и порадоваться своей проницательности – снова ударил выстрел, и пуля просвистела над нами. Барьер ее не удержал.

– Прошу прощения, погорячился… – пробормотал я. – А сквозь Сумрак?

– Та же беда, что и с ракетой, – пояснил Лермонт. – Пули зачарованы до второго слоя.

– Пошли через третий!

– На третьем – барьер! – напомнил Лермонт. Я пристыженно замолчал.

Темнокожий маг привстал и метнул в коридор несколько заклинаний. Я успел заметить Опиум, Фриз и Буку. В ответ опять выстрелили. Все с тем же четким, механическим ритмом…

– Лермонт, это автомат! – быстро сказал я. – Лермонт, это такой же автомат, что в меня стрелял!

– И что с того? От легких заклятий он защищен. Предлагаешь палить файерболами, устроить пожар и обрушить на нас мост?

Нет, Томас-Рифмач не паниковал, не впал в отчаяние. Он явно пытался что-то придумать. И, наверное, у него был какой-то план. Вот только я медлить не хотел…

Из портала, по-прежнему висящего в воздухе, шагнул Семен. Тут же присел и на корточках шагнул к баррикаде. Да… опыт порой важнее Силы…

Где-то далеко, за стенами и дверями, раздался крик. Душераздирающий человеческий крик, оборвавшийся на высокой ноте.

…А ярость порой важнее опыта.

Я скользнул в Сумрак.

Первый слой. Декорации будто обрели реальность. Стены из гипсокартона и пластика стали каменными, под ногами зашуршали какие-то сухие стебли. Наверное, в Сумраке помещения выстроила человеческая фантазия – слишком много людей прошло здесь, искренне принимая правила игры, заставляя себя поверить в подземелья.

В подземелья и драконов.

Маленький дракончик с топорщащейся красной чешуей стоял в каменной арке, загораживая мне проход. Дракончик был ростом мне по плечо, он опирался на две лапы и длинный, свернутый штопором хвост. Перепончатые крылья нервно хлопали по спине. Блестящие фасеточные глаза уставились на меня, пасть открылась – и выплюнула сгусток пламени.

Вот каков ты в Сумраке, «Стрелок И»…

Я отпрыгнул к стене, бросая в дракончика файербол. Совсем маленький, чтобы не вызвать никаких потрясений в реальном мире.

А сам ушел на второй слой.

Подземелье не изменилось. Зато дракончик здесь был черным и немного повыше. Глаза у него округлились и потемнели, а еще появились растопыренные уши. Чешуя превратилась то ли в жесткую шерсть, то ли в прижатые к телу хитиновые иглы. Пасть вытянулась вперед. Крылья превратились в маленькие подрагивающие лапки. Я подумал, что так бы выглядел гибрид Чебурашки и крокодила Гены.

Пасть раскрылась, в мою сторону ударил сноп синих искр.

Увертываясь, я продвинулся еще на несколько шагов. И, снова позабыв про барьер, шагнул на третий слой Сумрака.

Вначале мне показалось, что я наткнулся на стену – гибкую, упругую, но непроницаемую стену. Но это было лишь секундное ощущение.

Миг – и я оказался на третьем слое.

И сразу же понял, как это соотносится с предсмертным человеческим криком.

Кто-то вновь открыл барьер. Открыл чьей-то живой кровью.

Но зато дракончика тут не было…

Я побежал по коридору, не заботясь о том, чтобы уничтожить робота-стрелка. Лермонт справится и сам. Никуда не денется. Мне важнее схватить убийцу. Кто бы он ни был – вампир, маг, чародей. Незнакомый – или бывший приятель…

Видимо, это было центральное место «Подземелий». Средоточие Силы, центр воронки, замочная скважина. Та же самая «Кровавая река» – только здесь она выглядела канавой, заполненной пузырящейся, густой как смола черной жижей. Сверкающий черный стол. И на нем неподвижное тело в запятнанном кровью белом халате.

Похоже, на этот раз с жизнью расстался один из вольнонаемных людей, состоящих на службе в Ночном Дозоре Эдинбурга. Один из патологоанатомов или иных экспертов, работающих на Лермонта.

Неужели Лермонт не оставил в «Подземельях» надежную охрану? Не устроил засаду для налетчиков? Бросил доверившихся ему людей на произвол судьбы?

Один лишь взгляд на реальный мир сказал мне все.