Сто килограммов для прогресса (СИ) - Кузнецов Константин Викторович - Страница 251

Так что надо эксперимент довести до конца, к мишени добавили еще одну секцию, но вместо бронелиста приварили листы обычной низкоуглеродистой стали такой же толщины — 20 мм. И опять обстреляли из пушек. Меньшее мраморное ядро прогнуло обычный лист чуть больше, чем броне лист, но рассыпалось точно так же. Чугунное ядро тоже раскололось на несколько частей, но сделало очень глубокий сферический отпечаток в листе стали, по центру этого отпечатка сталь разорвалась, но внутрь ничего не пролетело. Часть чугунных кусков застряло в пробоине, часть отлетело наружу.

Большое мраморное ядро тоже рассыпалось, погнуло шпангоуты и стрингеры, сильная вмятина в листе. Но сварные швы уцелели, разрывов тоже нет. Большая глубина деформации более пластичного листа поглотила большее количество энергии снаряда. Так что выводы неоднозначны. И тот и другой варианты бронирования имеют свои преимущества и недостатки. Надо думать.

* * *

В Воронеже стройка кипит, щепки летят. У нас вся крепость запроектирована как прямоугольник двести на четыреста пятьдесят метров. Но это пока слишком много. Сейчас решили сделать только западный кусочек крепости двести на сто метров. Да и то есть сомнения, что успеют до зимы. Сейчас только строят башни по углам этого кусочка.

Когда только прибыли два струга, полные людей, думали, быстро башни построим, но Командор в телеграмме сказал, чтобы сначала строили избы для людей, и только когда всех расселили… на плоту прибыли еще шесть семей из Донкова. Не дождались, срубили плот и приплыли сами. Федор им даже немного заплатил за бревна плота. Так что построили еще шесть изб, и только потом начали башни. Многих новичков деревянные полы в избах сильно впечатлили.

Но вот печек пока нет, кроме варочной печи на общей кухни. А к зиме печки нужны обязательно, морозы зимой тут не шуточные. Печник и гончар нашли подходящую глину и стали налаживать производство кирпичей. Федор выделил им в помощь на время сразу десяток людей. Надо сразу налепить много кирпичей, потом им еще долго сохнуть. Железные лопаты и тачки тут очень пригодились.

Тут же в хозяйстве кони появились, для них надо сено на зиму заготавливать. Вторым рейсом «Гефеста» Командор прислал пять серпов, пять кос-стоек, и мужика, который обучен косить этой невидалью. Сам Командор обучал мужиков еще в Чернореченске. Но Командор тогда сразу сказал, что косить сам он не умеет, но видел, как косят такой косой. Перечислил премудрости — косу сначала отбить, потом точить. «Коси коса пока роса».

Но тогда коса косить не хотела. Долго подбирали форму лезвия и рукояти, наклон и длину. И постепенно стало получаться. Но массово это применять не стали, проще конную косилку применить. Но сюда, в Воронеж, Командор прислал именно эти косы-стойки, сказал обучать местных жителей.

Федору даже пришлось строго приказывать нанятым закупам, чтобы они обучались косить. «Не мужицкое это дело, пусть бабы серпом машут!» Показали, что бабе не справиться с такой косой. Не, есть бабы что и топором машут будь здоров, но таких мало. Так что порешили, что коса-стойка для мужиков. А бабы граблями сено ворошат.

Так что вроде много людей с Рыбалей приехало, но уже все при деле, и опять людей не хватает. Пароход только отправился из Адлера, решили его не ждать, послали струг в Рыбали, за семьями гребцов, что остались работать в Адлере. Решили послать один струг, для двух стругов надо много людей отнимать от строительства. Но все семьи в один струг не влезут. Будут как донковцы — строить плот и на нем спускаться. Для этого взяли топоры, пилы и много скоб — ими хорошо плоты скреплять.

Перед отправкой «Гефеста» из Адлера в Воронеж в третий рейс, Командор спросил — что прислать? Заказывайте. Людей пароход повезет мало, так что груза можно будет взять много. Так все кто из Таврии три дня обсуждали, сочиняли список. Наверное, вспомнили все, что производит Адлер и продается на рынке в Мавролако. Похоже, руководствовались принципом — «проси больше, дадут половину». Только здесь он стал «проси все подряд». А новики слушали обсуждение с открытыми ртами, еще бы такие диковины обсуждают, многое из услышанного совсем непонятно. Потом бывалые граждане Таврии объясняли — какие чудеса бывают на свете.

* * *

В Шахтинске добыча угля из новой шахты наладилась. Пласт угля толстый, рубить его удобно, пустой породы почти нет. Только надо крепить свод забоя, чтобы не обвалился. По наклонному ходу проложены стальные сварные рельсы, по ним ездит две вагонетки, на поверхность их вытягивают волы. Вагонетки едут до самого берега, там построен наклонный бункер из листовой стали. Из этого бункера уголь высыпается на баржи, и ручной перевалки угля почти не происходит.

Так что добывать сотню-полторы тонн угля в неделю стало довольно просто. Да и тот объем вывозят с перебоями — «Спартак «то на одной войне, то на другой. Когда есть время, он поднимает баржи против течения от Таны к Шахтинску. По течению они спускаются сами, а по морю идут под парусами. Медленно, но зато без парохода, на который сейчас большой спрос. Часть угля выгружают в Тане у причала, это запас для «Гефеста», ну и для «Спартака «на всякий случай.

Так что люди в Шахтинске работой не перегружены, но особый человек от Командора требует от консула и бригадиров, чтобы люди были заняты делом. Ему надо увидеть как кто работает. Поэтому вовсю развернулась стройка в Шахтинске. Сначала достроили стену проектной высоты по периметру, нарастили башни. Потом стали строить жилые дома. Но места внутри стен немного, так что решили попробовать строить двухэтажные, «как у Командора». Просушенный лес пилят на доски на паровой пилораме, делают мебель, свои столяры появились. От избытка деятельности город стал приобретать неестественный вид. Ровные дорожки, тщательно построенные дома, наличники окон украшены резьбой. Будто тут люди не живут, а город построен для выставки.

При этом постоянно изменяется состав рабочих, с каждым рейсом приезжали новые рабочие, то болгары, то с русских княжеств. Кто-то довольно быстро уезжал, в Мавролако или в Адлер. В Мавролако — значит в учебную часть, в солдаты. В Адлер — на завод или учиться. А кто-то застрял в Шахтинске надолго.

Глава 24

Начали ходовые испытания корвета «Зевс». На корабле еще много недоделок, но всем очень хотелось испробовать самый большой в мире стальной корабль, и я уступил. Честно говоря, мне и самому не терпелось. К тому же надо готовиться к постройке систершипа, а у нас есть сомнения в правильности конструкции корпуса корабля.

Силовая установка корабля у нас состоит из двух паровых машин тройного расширения, соединенных последовательно. Между ними на валу есть муфта, если ее разъединить, то гребной вал будет вращать только задняя машина. Не самое удачное решение, с точки зрения надежности было бы правильно соединить машины параллельно с помощью редукторов, и тогда была бы возможность использовать для движения обе машины — как вместе, так и по отдельности.

Мы даже построили один такой редуктор, но проблема в том, что шестерни мы до сих пор производим по обходной технологии — литьем из чугуна или бронзы по моделям. И при больших мощностях и оборотах становиться сильно заметно низкое качество наших шестерен. Редуктор сильно гудел и грелся, несмотря на обильную смазку, про высокий КПД передачи и речи нет. К тому же шестерни у нас только прямозубые, что тоже не добавляет тишины и плавности работы.

Начали осваивать нарезку зубчатых колес, построили зуборезный станок на базе горизонтального фрезерного. Но это все затянулось, для качественного эвольвентного профиля зуба, даже одного размера — модуля, нужен целый комплект модульных фрез, тщательно рассчитанных и сделанных. Потому что форма зуба даже одного модуля, немного меняется, в зависимости от числа зубьев шестерни.

Так что от редукторов пока решили отказаться. Наши паровые машины работают довольно надежно, при правильной эксплуатации и своевременном техническом обслуживании. Устранение типичных поломок уже отработано всеми механиками, запасных частей берут с собой много. К тому же — рядом стоят две одинаковых паровых машины — можно починить древним способом: «сделать из двух сломанных одну рабочую».