Чёрному, с любовью (ЛП) - Андрижески Дж. С. - Страница 67

Он вложил в свои слова ещё больше давления, помедлил, а затем добавил:

— …до того, как вы позволите эмоциям взять над вами верх. До того, как вы совершите нечто излишне торопливое, о чем мы все пожалеем, вы должны послушать.

После его слов воцарилось молчание.

В это время я могла лишь смотреть на Ника.

Я смотрела, как он изучает меня с другого края комнаты, как его хрустальные глаза открыто оценивают меня, и в них безмолвно расцветает тот кровавый оттенок. Где-то посреди всего этого я осознала, что он всё ещё не сказал ни единого слова.

Меня охватила какая-то беспомощная ярость, когда это молчание затянулось.

Брик знал нас лучше, чем я думала.

Кем бы ни был Ник теперь, я не могла позволить Блэку убить его.

Я не могла позволить кому бы то ни было убить его — только не тогда, когда я видела в его глазах и лице столько прежнего Ника. Я не могла позволить им убить его, пока я не поняла, кем он, бл*дь, стал.

Я просто не могла.

Я посмотрела на Блэка в то же мгновение, когда он посмотрел на меня.

Встретившись со мной взглядом, он нахмурился.

Я чувствовала, как он улавливает из моего света то, что я только что осознала — то, что Брик явно понимал во мне лучше меня самой. Возможно, Брик понимал это во всех людях и видящих — включая Блэка, Энджел, Декса и Ковбоя, и всех остальных, кто дорожил Ником. Я чувствовала, как при взгляде на меня в Блэке нарастает гнев, беспомощность, но я знала, что ничто из этого не адресовалось мне.

Я также ощущала его понимание.

Я чувствовала, как он думает о том, что если бы рядом с Дорианом сидела Кико, или Декс… или я.

Я чувствовала, как он в первую очередь представляет там меня.

От этой мысли по его свету прокатилась рябь боли, и он перевёл полный ненависти взгляд на Брика.

Ещё несколько долгих минут никто не говорил ни слова.

Теперь я чувствовала, что все взгляды и свет по нашу сторону стола сосредоточились на Блэке, на том, что он сделает. Я вместе с остальными всматривалась в его лицо, чувствуя, как напрягаются мои мышцы от осознания, что возможно, мне действительно придётся сражаться с кем-то из них, чтобы сохранить жизнь Нику.

Прежде чем я успела углубиться в эту мысль, Блэк потянулся ко мне. Он взял мою ладонь, лежавшую на столе, и грубо стиснул её в своей руке.

Наградив меня тяжёлым взглядом, он один раз качнув головой.

«Нет, Мири. Нет».

Я посмотрела ему в глаза, и он во второй раз качнул головой.

«Никогда, док».

Он повернулся лицом к Брику.

— Говори, — сказал он. Его голос прозвучал бесстрастным, холодным как лёд. — Расскажи нам всё, что нам нужно знать об этом твоём новорождённом. И делай это аккуратно, Брик, — добавил Блэк ещё холоднее. — Делай это очень, очень аккуратно, бл*дь, иначе я не могу обещать, что сумею их контролировать. Любого из них. Включая мою жену.

Он помедлил, не моргая, затем добавил.

— …Особенно мою жену.

Обернувшись через плечо, он бросил многозначительный взгляд на строй вооружённых видящих, а также на Декса и других членов человеческой команды.

Затем, всё ещё сжимая мою ладонь, он посмотрел на меня.

Я смотрела лишь на Брика.

Король вампиров проследил за пристальным взглядом Блэка, посмотрел на моё лицо, взглянул мне в глаза.

Я видела, как он настороженно оценивает меня, изучая нечто увиденное, затем переводит взгляд на Дориана. Тот ответил на его хмурый взгляд изящной хмурой гримасой. Я чувствовала, что они в каком-то роде переговариваются, но не слышала и не видела в них этого обмена.

Затем Брик перевёл взгляд на Блэка.

В отличие от усмешки, которую я обычно видела на лице короля вампиров, особенно когда он обращался к моему мужу, выражение лица Брика сделалось ещё более серьёзным и совершенно неподвижным.

Оно таким и оставалось, когда он начал говорить.

Глава 21

Семья

— Наоко сообщил мне, что вы в курсе стандартных средств, которыми можно сделать вампира, — начал Брик, и теперь в его голосе сильнее звучала луизианская тягучесть.

— …Он говорит мне, что вы определили схемы, биологические связи между людьми и нами. Хоть он и говорил мне, что эта информация не выходила за пределы лидерской верхушки, но судя по вспышке вашего друга…

Брик лениво показал в сторону Джема.

— …Далее я буду исходить из предположения, что данный факт изменился с тех пор, как Наоко перестал быть частью команды.

Вампир обвёл взглядом стол, словно оценивая нас.

Его глаза оставались совершенно неподвижными, пока он продолжал голосом, в котором всё ещё звучала та полная присутствия мелодия.

— Наоко говорит мне, что ваши учёные знают наши группы крови и то, как они взаимодействуют с ДНК конкретных людей. Он говорит нам, что вы знаете, как эти связи определяют, каких людей мы можем легко обратить в вампиров, а каких — нет.

Не дожидаясь ответа, он посмотрел на меня.

— Это правда. Всё правда. Обычно это единственный способ, которым мы можем размножать наш вид.

Он посмотрел на Ника, наградив его откровенно ласковым взглядом, отчего мне захотелось заскрежетать зубами.

Прежде чем я успела отвернуться от них обоих, взгляд хрустальных глаз Брика вернулся к Блэку.

— Причина тому проста. Мы ценим собственные жизни, — глаза вампира оставались серьёзными, почти мрачными, пока он наблюдал за нашей стороной стола. — Новорождённые нестабильны. Они взрывоопасны. Многие из них умирают. Многие совершают самоубийство. Многие просто не могут контролировать себя, и их приходится устранять ради безопасности нашего сообщества в целом. Они часто не уважают и не понимают необходимость анонимности всей расы. Некоторые из них обращаются против своих создателей или вампирского рода в целом.

Помедлив, Брик показал на Ника, словно подкрепляя свои слова.

— Они совершают необдуманные поступки, — добавил он, на мгновение показав клыки и посмотрев на лицо Ника. Там проступила своеобразная раздражённая нежность, словно родителю приходится извиняться за ребёнка-хулигана. — Например, врут и манипулируют своими создателями, чтобы выбраться из-под их наблюдения на несколько часов. Например, намеренно идут против приказов и нападают на дражайших друзей, с которыми их создатели хотели бы заключить союз…

Умолкнув ненадолго, Брик покачал головой.

Взгляд его хрустальных глаз вернулся к Блэку.

— Я сожалею об этом, Квентин… поистине сожалею, — с нажимом сказал он. — Как я и говорил тебе по телефону, Наоко всё ещё страдает от некоторых проблем, вызванных его новым состоянием. Дориан делает всё возможное, чтобы обучить и успокоить его. Однако Наоко довольно упрям. А ещё он довольно умён и часто находит самые неожиданные способы сбежать от нас.

Увидев его ласковый взгляд, адресованный Нику, я ещё крепче стиснула зубы.

Чем дольше он говорил, тем сильнее я продолжала скрежетать зубами.

— …В любом случае, — добавил Брик, бросив на меня лёгкий взгляд. — Я веду к тому, что вампиры нечасто по доброй воле связывают свои жизни с такими нестабильными существами. Вампиры должны достигнуть определённого возраста, чтобы их яд достаточно вызрел, и они смогли делать маленьких вампиров. Поэтому те, кто способен сделать нового вампира, обычно прожили довольно долго, они счастливы и довольны тем, кто они есть.

Брик впервые позволил себе лёгкую улыбку.

— …По той же причине большинство вампиров в таком возрасте не желают рисковать собственными жизнями для создания новорождённого, который вполне может привести к их смерти через считанные месяцы, а то и дни или даже часы. Таким образом, если для этого не существует весомой причины, мой вид обычно создаёт новых вампиров через генетическую совместимость нашего яда. В данном случае, если новорождённый сделает что-то колоссально глупое…

Подняв ладони в своеобразном беспомощном жесте, он посмотрел на меня.