Пришествие Зверя том 2. Антология - Торп Гэв - Страница 128

Речевой модуль лексмеханика страдал от раздражающих трескучих помех, вследствие чего произносимые ею шипящие звуки словно вылетали из пасти змеи. Лорд-командующий старался игнорировать эти шумовые спазмы и думать только о содержании аналитического отчета техножрицы. Сейчас она указывала решетчатой механической конечностью на сероватый шар, который занимал центральную часть гололит-изображения, висящего посреди зала для совещаний.

Темную каюту освещало лишь тусклое сияние проектора. В сумраке небольшое помещение, рассчитанное на полдюжины офицеров, казалось еще более тесным: туда набилось больше десятка командиров с адъютантами, не считая исполинского Вулкана. Примарх, возвышавшийся над всеми участниками встречи, держался возле мерцающего огоньками блока стратегических когитаторов. Гигант стоял, переплетя пальцы, и смотрел куда-то в сторону, почти не следя за ходом собрания.

Чтобы расширить свободное пространство, из зала вынесли стол вороненой стали. Места прибавилось немного, но Курланд радовался и такому улучшению. Воин беспокойно переступил с ноги на ногу, чувствуя, что многим его соратникам не терпится перейти к более предметной дискуссии. Они только из вежливости соблюдали стандартные протоколы и слушали техническую информацию. Каждому было что сказать, но до сих пор все молчали.

— Начальные результаты орбитального с-с-сканирова-ния указывают на значительные учас-с-стки электромагнитных возмущ-щ-щений в верхней ионос-с-сфере. — По незаметной команде лексмеханика некоторые зоны медленно вращающейся сферы вспыхнули оранжевым цветом, а остальную часть палевого глобуса пересекли желтые полосы. — Болып-ш-шая час-с-сть данных возмущ-щ-щений предположительно вызвана мас-с-сш-ш-штабными орбитальными проникновениями. Ос-с-стальные, по наш-ш-шей теории, с-с-связаны с-с-с неэкранированными про-мыш-ш-шленными комплекс-с-сами на поверхнос-с-сти планеты.

— «Орбитальные проникновения»? — переспросил полевой легат Отхо Дорр, стратегический командующий сил Астра Милитарум; когда все транспортные суда доберутся до орбиты Улланора, под его началом окажется самое многочисленное соединение в группировке: почти девяносто тысяч солдат, а также десять тысяч боевых танков и других бронемашин.

— Взлеты и посадки кораблей, — объяснил другой адепт Культа Механикус, который весьма напоминал краба, примостившегося на сгорбленном человеческом теле. Его шею, словно брыжи, окружали растопыренные гидравлические придатки. — Выхлопы плохо изолированных плазменных двигателей на низкой орбите, выбросы из «грязных» атомных ускорителей челноков и тому подобное.

— И их очень много, — добавил магос-доминус.

Курланд знал, что оценивать чье-либо ратное мастерство по одной лишь физической силе в корне неверно. Тот, кто ставил воинские способности субъекта в зависимость от его размеров, в буквальном смысле думал как орк. И тем не менее, даже осознавая логические недочеты в своих суждениях, лорд-командующий считал лидера боевой конгрегации Адептус Механикус, мягко говоря, посредственным воителем.

В настоящий момент доминус выглядел как мозг в стеклянном сосуде.

«Бронированном сосуде», — признал Курланд, пока Герг Жокув подробно разъяснял, как влияют на анализ недостатки и сбои авгурных установок звездолета. Глаза, нос, уши и кожу техножрецу заменяли блоки сенсорных узлов и стержней, подсоединенные змеящимися кабелями к портам в резервуаре метровой высоты. Вместилище магоса ранее доставили в зал совещаний два сервитора-преторианца, громоздкие живые танки. Имперский Кулак видел только темный силуэт органа, погруженного в биотическую жидкость, но порой замечал участки, где стержни входили прямо в обнаженное серое вещество. Громадный раздутый мозг, покрытый в ряде мест искусственными пластинами, не поместился бы ни в один нормальный человеческий череп.

Неприятнее всего было то, что «речь» доминуса звучала из уст мертвенно-бледного юноши, находившегося рядом с подставкой птекнопического сосуда. Герг Жокув по какому-то невидимому каналу управлял телом сервитора — по крайней мере, челюстями и голосовыми связками, поскольку другие мышцы обмякшего лица, похоже, бездействовали.

— Вы можете найти его? — прорычал Боэмунд, прервав лекцию магоса. — Где он, Великий Зверь Улланора?

— Мы определили несколько вероятных мест, точек активности в широком диапазоне частот.

Последовала пауза, за время которой помощники Жокува перенастроили экран. На гололите вспыхнуло несколько обширных красных пятен с рунными надписями на лингве-технис.

— Каждое из них площадью в десятки тысяч квадратных километров, — заметил волчий лорд Асгер. — И тут четыре таких зоны. Четверть всей поверхности мира.

— Нам нужна большая точность, — вмешался Курланд, ощутив, что между представителями Космодесанта и Адептус Механикус возрастает напряжение. — Мы не можем штурмовать всю планету. Мы пришли убить Великого Зверя, а не захватить Улланор. Сейчас не время для такой войны. Сама Терра под угрозой, и у нас нет права медлить.

Его заявление встретили молчанием, продлившимся несколько секунд.

Следующим взял слово Аднахиил, ротный магистр Темных Ангелов. Сбросив капюшон рясы, он открыл лицо, пересеченное глубокими морщинами, и коротко стриженные седые волосы. Один глаз воина мерцал красным светом: под реалистичным шариком-протезом скрывалась бионика.

— Поскольку никто другой, похоже, не желает брать это на себя, позвольте мне задать вопрос, несомненно интересующий всех нас. — Говоря, Аднахиил смотрел на Вулкана, но не дождался какой-либо реакции и перевел взгляд на Курланда. — Почему Улланор так плохо защищен?

Очевидный ответ так и не произнесли вслух. Через пару мгновений Боэмунд предложил альтернативное объяснение.

— Действия орков редко имеют стратегическое обоснование. — Маршал перенес вес на другую ногу, и по его черной броне пробежали желтые и зеленые блики от гололита. — Они не обдумывают грандиозные планы, просто идут в атаку, пока не победят или не проиграют. Меня не удивляет, что чужаки не озаботились обороной своего мира.

— Может, и так, — сказал Асгер, — но есть недавний пример со штурмовой луной. Я читал доклады о том, как орки с боевой станции над Террой, изображая нехватку сил, выманили людей в наступление и затем нанесли удар.

— Если бы ту атаку возглавляли опытные командиры, они предвидели бы опасность, — сказал Боэмунд.

— О чем и речь, — отозвался волчий лорд.

— Значит, ловушка, — подытожил Тейн.

Он обвел взором собравшихся офицеров и военачальников, надеясь, что кто-нибудь выскажет другое предположение. Никто не возразил, даже Боэмунд.

— Ловушка, которой нам не избежать, — с мрачным лицом добавил Курланд. — Возможно, враг на это и рассчитывает. Нельзя истребить Великого Зверя, не высаживая войска. Если мы отказываемся от идеи с убийством, надо просто вернуться на Терру и разработать другой план.

— Никакого отступления! — прогромыхал Вулкан. Выйдя под свет гололита, примарх словно бы заполнил собой каюту и привлек всеобщее внимание. — Умрет или Великий Зверь, или мы. Так будет и так должно быть.

— Что вы имеете в виду, господин Вулкан? — спросил Жокув. — Мы обязаны избегать бесцельной траты ресурсов. Зачем идти в пасть к врагу, не имея уверенности в успехе?

— Магос-доминус, ты ведешь войну, основываясь на формулах и расчетах. — Сузив глаза, примарх отвернулся. — Рассчитываешь баланс потерь и успехов, прогоняя их через алгоритмы логических машин. Для тебя все сводится к вероятностям. Я попрошу тебя выйти за эти рамки и… поверить.

— Мой господин? — Боэмунд пришел в смятение, на его лице читались то растерянность, то рвение. — Поверить во что, господин Вулкан?

— Возможно, в нас, — ответил примарх. — В справедливость. И в возмездие, если понадобится. Если их недостаточно, тогда верьте в меня. Нам ничего не осталось, кроме как стремиться к победе, даже если мы не видим пути к ней. Магос, не сочти за оскорбление, но мир не ограничивается предсказуемыми и материальными вещами. Отвагу бойцов и перипетии войны нелегко уложить в какую-нибудь систему.