Возвращение немого (СИ) - Романова Галина Владимировна - Страница 122

Трибуны взорвались криками. Эльфы и альфары хором, перебивая друг друга, выкрикивали проклятья или просто голосили в ужасе. Убийство волшебницы — событие из ряда вон выходящее. За такое обычно следует смертная казнь вне зависимости от того, кем оказался убийца. Леди Аннирель, как ближайшая родственница Наместника Сапфирового, напряглась. Обычай и законы чести предписывали ей присутствовать на главной трибуне. И она даже могла высказывать своё мнение, но от волнения лишь хлопала глазами и кивала головой, не в силах вымолвить ни слова. Ведь за страшное преступление отвечала семья её сестры. Какая радость, что Айниль умерла и не видит этого позора!

— Допросив свидетелей, мы отыскали виновную. Но Покровители уже покарали преступницу — леди Дехтирель, убийца и обманщица, долгое время притворявшаяся Хозяйкой Острова, скончалась при загадочных обстоятельствах. Однако, её брат, покрывавший сестру, знавший всё о её замысле и своими руками устранявший свидетеля, должен был взять на себя её вину и ответить за её поступок, но великолепный лорд Ровилар взял на себя вину сына и дочери и был низложен. И ныне мы постановляем — объявить открытый турнир, после которого…

Остаток фразы потонул в громких криках. Не все знали подробности, и зрители были поражены услышанным.

— После которого, — переждав шум и гам, — победитель будет объявлен новым Наместником Сапфировым.

Тот, чьё имя и звание сейчас выкрикивала толпа, находился в небольшой комнатке за трибунами. Шесть Преданных с оружием наголо стояли на часах у двери. Еще четверо караулили небольшое окошко снаружи.

Рави бессильно развалился в кресле, уронив голову на руки и не замечая стоявшего над ним отца. Тот, вскинув голову, прислушивался к отдалённому гулу трибун и отдельным выкрикам лорда Глессиара. Он был в церемониальных одеждах Наместника — тунике и длинном плаще сапфирово-синего цвета. Волосы были распущены, и украшенный драгоценными камнями обруч — венец Наместница — отсутствовал, как и все прочие украшения и регалии. Даже фамильный перстень и висевший на поясе кинжал были у него отобраны.

— Видишь, что ты наделал? — обратился отец к сыну. — Теперь я низложен и должен буду передать платиновый венец тому, кто победит на турнире… Я так надеялся, что это будешь ты!

— Прости, — глухо в ладони пробормотал Рави.

— «Прости!» — передразнил лорд Ровилар. — Я бы с радостью вручил венец тебе, но, видимо, не суждено. Интересно, сколько кандидатов выйдет сейчас на поле?

Он подошёл к окошку, попытался осмотреться. Но оно выходило на сторону, противоположную турнирной арене.

Требовательный стук в дверь заставил обоих лордов встрепенуться.

— Милорд, — на пороге стоял Мастер Оружия, временно исполняющий обязанности командира Преданных, — вас просят подняться на трибуну, чтобы своими глазами видеть поединки и собственноручно возложить венец Наместников на победителя.

Лорд Ровилар покосился на сына. Тот ссутулился ещё больше, сжимаясь в комок. Послышался тихий всхлип.

— Кто, — спросил бывший Наместник, — командует когортой?

— Я, — отсалютовал Мастер Оружия. — Временно. До назначения нового командира или полного расформирования части.

— Прости, сын, — тихо сказал бывший Наместник и шагнул к порогу: — Я готов!

— Милорд, — Мастер Оружия быстро приблизился к нему вплотную, — Преданные готовы сражаться за вас. Прикажите — и любой выйдет на поединок, защищая вашу честь!

Лорд Ровилар бросил взгляд на сына — слышал ли тот?

— Вы… на это готовы?

— Да, милорд. Мы верны присяге. И, если венец примет новый Наместник, мы либо уйдем в изгнание вместе с вами, либо покончим с собой. Вся когорта, как один!

— Мой сын…

Рави встрепенулся, резко вздрогнул, как от удара. Глаза его заблестели.

— Милорд, — произнёс он, — а можно мне тоже… турнир ведь открытый? И принять участие может любой…

— Да, — кивнул лорд Ровилар. — Любой, кто состоит в кровном родстве с… правящей династией.

— Тогда мог выйти я сам? — он встал, сжимая кулаки.

— Нет! — отец бросился к сыну, схватил за плечи и крепко встряхнул. — Ни за что! Всё, что угодно, но только не это!

— Почему?

— Ты не знаешь, — бывший Наместник посмотрел на Преданного, который дисциплинированно стоял на пороге, — условий турнира. По старым обычаям, поединки ведутся до смерти одного из бойцов. Не до первой крови, не до победы за явным преимуществом, не до потери оружия или признания себя побежденным — только до смерти! Ты не знаешь, но я сам стал Наместником только после того, как погиб мой предшественник. У нас с ним дело не дошло до стычки — шла война, и он погиб в одном из сражений. Но у него не было сыновей, только дочери, и я должен был сразиться насмерть либо с ним, либо с моим зятем. Мне повезло — Аннирель, младшая сестра моей Айниль, была еще не замужем, когда платиновый венец перешёл ко мне. Иначе… — он оборвал сам себя, подумав, что теперь супругу Мастерицы Развлечений никто и ничто не помешает выставить свою кандидатуру. — Пойми, сын, я не хочу, чтобы ты погиб. Ты можешь победить, согласен, но еще вернее тебя убьют. Так что живи. Без власти, без славы…

«Без чести», — хотел добавить он, но промолчал, понимая, что сыну и без того тяжело.

— Тогда, может быть, стоит обратиться к Преданным? — наследник упрямо стоял на своём. — Они же присягали и должны…

— Должны — «что»? Сразиться вместо тебя на турнире?

Рави кивнул.

Бывший уже Наместник посмотрел на Мастера Оружия, и тот пожал плечами:

— Почему бы и нет? Не думаю, чтобы это что-то изменило, но попытаться вы можете.

Он кивнул и вышел, ненадолго оставив отца и сына одних, но почти сразу вернулся:

— Вы можете последовать за мной.

Рави просиял, с улыбкой подмигнув отцу. Но бывший Наместник лишь покачал головой. Он был старше и больше видел жизнь. Его сыну еще предстояло многому научиться. И, самое главное — не сваливать свои проблемы на других.

— Следуйте за конвоем, — отдал распоряжение Мастер Оружия.

В узком коридоре ждали две группы Преданных. Все в доспехах, при оружии, похожие, как братья. И все одинаково отводили глаза, не желая даже намекать, что чувствуют.

На пороге комнаты отец и сын последний раз обнялись, предчувствуя, что в следующий раз могут встретиться очень нескоро. Потом вперед выступил кузнец.

— Прошу меня извинить, — промолвил он, — но таков порядок. Позвольте ваши руки.

— Я понимаю, — кивнул лорд Ровилар, выполняя приказ.

На запястья бывшего Наместника надели браслеты, соединённые тонкой изящной цепочкой — чисто символические кандалы, долженствующие больше напоминать ему самому, кто он есть, чем окружающим. Рави вытаращил глаза, пока его отца заковывали в эти цепи, но лорд Ровилар даже ухом не повёл. Когда кузнец закончил свою работу, он расправил плечи и решительно направился прочь.

Он появился на главной трибуне как раз вовремя — лорд Глессиар Нефритовый заканчивал свою речь. Заметив бывшего Наместника, зрители разразились громкими криками. Где-то затопали ногами. Коллеги-Наместники поднялись, приветствуя его. Женщины — леди Аннирель, семья Шандиара Изумрудного — остались сидеть, глядя на него снизу вверх.

Среди собравшихся находилась и Хозяйка Сапфирового Острова. Старая волшебница единственная улыбнулась ему:

— Помните ли вы тот день, когда я допустила ошибку на турнире, и вы после этого объявили меня низложенной? Пришла пора расплачиваться по счетам!

— Я, кажется, уже всё оплатил, — вздохнул лорд Ровилар. — Чего еще вам от меня надо, матушка? Признания моей вины? Но я покаялся позавчера на малом Совете Наместников…

— От вас — ничего, — волшебница улыбнулась. — Я сознательно пошла на этот шаг, пытаясь делом показать, что ваша дочь — никуда не годная волшебница. И что мало иметь звание — надо еще и обладать необходимыми знаниями, а также уметь их применять, а не только кричать на всех углах: «Я этого хочу — значит, это произойдет!» Одного нашего «хочу» мало. И без таланта ничего не добьёшься, даже если в прямом смысле слова пойдешь по трупам… что она и сделала.